Наследник Черной Воды - Роман Г. Артемьев

Даже странно как-то. Готовился, волновался, потом в самом лесу – дичайшее напряжение, от пота одежда промокла. А ведь недалеко от поместья отходил, если вдуматься. И не так уж и надолго.

Вот в таком, философски-просветленном состоянии, я напоролся на Ксантиппу.

– Где ты был? – требовательным тоном сходу спросила бабка.

Похоже, снова ухудшение. К счастью, я уже научился с ней разговаривать в подобные моменты.

– В лесу. Учился охотиться.

– Охотился? – она несколько раз кивнула. – Хорошо. Хорошо. Твои дед и прадед были великими охотниками. Учись, и станешь как они.

Да не дай Старейшие! Срочно переводить тему, или она на час на уши присядет.

– Как там Мерри?

– Она ещё маленькая, – поджала губы бабка. – Ест, спит, пробует держать голову. Не переживай о ней.

Сестру из моей комнаты забрали и перенесли на женскую половину вскоре после похорон. Особой разницы нет, потому что в основном ребенком занимаются лары, ну и Ксантиппа положенные ритуалы проводит. В то же время, мне было бы спокойнее, находись Мерри рядом, под моим личным присмотром.

Ей всего два месяца, вроде, рано головку держать? Хотя такие как мы физически развиваются быстрее.

– Где твой отец?

– На Перекрестке, пьянствует, – с охотой сдал я Лотаря.

– Говори почтительнее, мальчишка! Он – глава рода!

– Просто ответил на вопрос. Могу идти? У меня занятия с владыкой.

– Не заставляй его ждать!

Вот и пообщались. Каждый раз – как по минному полю…

Прежде, чем пройти в ритуальный зал, следовало привести себя в порядок. Баня в поместье замечательная, построенная по римским образцам и позднее с фантазией улучшенная. Раз в месяц я позволяю себе расслабиться и посидеть подольше, сбросить нервное напряжение. Сейчас меня ждал урок у старого вздорного призрака, поэтому я быстро разделся в аподитериуме, минут пять посидел в тепидариуме, через каллидариум проскочил в лакониум, где просидел минут десять в сухом пару, и напоследок окунулся в бассейн с теплой водой. Отвечающий за бани лар, чувствуя, что сегодня посетитель не настроен на массаж и прочие процедуры, удалился, фоня расстройством. Смысл своей жизни лары видят в заботе о членах рода и жутко обижаются, когда понимают, что их помощь не нужна. Слава Старейшим, обида быстро проходит.

Хремет уже находился в библиотеке. Он не может отходить далеко от гранитной плиты, служащей носителем матрицы его сознания, зато саму плиту перемещает, как хочет. Зачарована она на совесть, так что случайно повредить её невозможно. Вот и летает дух по всему поместью, иногда вмешиваясь не в свои дела, портя окружающим настроение и ворча о ничтожных потомках, похеривших величие Дома.

Не сказать, что он не прав.

– Что ты приволок?

– Сходил в лес, владыка. Хотел показать пару находок.

Чем приятно общение с Хреметом, так это возможностью говорить вслух. Изнанка, конечно, всё равно реагирует, но старикан даже в виде огрызка настолько могущественен, что гасит колебания.

– Мусор, – выдал оценку призрак. – Хотя кое-что можно использовать. Ты помнишь, что тебе скоро проводить первый обряд?

– Мне всего семь, до одиннадцати ещё четыре года? – удивился я.

– Ты хочешь сказать, что теперь служение покровительнице начинается с одиннадцати? – медленно спросил Хремет. – Собачья моча!

Пока старик ругался, я думал, сколько ещё открытий чудных ждет его в нашем времени. Он уже два года как пробудился, а до сих пор приходит в шок и ярость от современных обычаев.

Наконец Хремет успокоился. Жаль – матерился он виртуозно.

– Мне плевать, что там думают в других Домах, я буду воспитывать тебя так, как воспитывал своих сыновей! Ты станешь сильным или с честью умрешь, пытаясь!

Очень оптимистично это прозвучало.

– Вы поэтому даёте много упражнений на концентрацию?

– Да. Сила в обрядах не важна, значение имеет только способность удержать имя демона.

– Так, может, больше заниматься менталистикой?

– Нельзя, – с явным сожалением мотнул головой призрак. – Есть риск потерять эмоции, превратиться в ничего не желающего равнодушного болванчика. Загляни в склеп, там четверо таких сидят.

– Поверю вам на слово, владыка.

За язвительность немедленно прилетел подзатыльник.

– Молчать! Почему не на площадке?

Тонкие воздействия на материальный мир тренируются с помощью песка. Поднять одну песчинку, удержать её в воздухе, следом вторую, третью, десятую. Построить фигуру. Занятие муторное, требующее концентрации и умения сосредотачиваться на простых вещах, быстро надоедает и быстро выматывает. Оно не сложное, нет – именно выматывающее. И требующее немалого терпения.

Поэтому в тот день о намерениях старика провести меня через первую инициацию я не размышлял. Не до того было.

Глен не подвел, и уже спустя двое суток представил на рассмотрение три кандидатуры потенциальных целителей. Вернее, формально целителями считались двое, ещё один в Гильдии не состоял и официально не практиковал, хотя образование имел профильное.

– Он малефик, – рассказывал о кандидате бармен, сидя рядом за столом и периодически поглядывая на бумажку с пометками. – В черноте хорошо разбирается. Ну и медик хороший, для его профессии положено.

– Опытный?

– На Перекрестке лет сто практикует, до того жил в Италии.

– Он связан со Священными Домами?

– Вроде бы имел дела с Белым Хладом, но это не точно. О таких вещах молчат, юный лорд.

В ответ на его сентенцию ничего, кроме как кивнуть, не оставалось. Действительно, Дома не любят публичности. О внутренних делах стараются не распространяться, особенно если речь идет о проклятьях на ком-то из представителей, то есть вопрос касается безопасности.

То, что кандидат – малефик или, по современной терминологии, проклятолог, скорее плохо, чем хорошо. Мерри требуется лечить не только от проклятий, зуб даю, от всякого рода мутаций и врожденных болезней она тоже страдает. Специалист широкого профиля в данном случае предпочтительнее. Также большим недостатком является связь с Домом Белого Хлада, с которым у нас традиционно отношения колеблются на грани вражды. В смысле, раньше колебались, пока Блэкуотеры не закуклились в поместье. Но никаких гарантий, что старые обиды не всплывут в самый неприятный момент, никто не даст.

Да и просто не стоит допускать к ребенку человека, возможно, связанного с другим Домом.

– Что по двум другим?

– Первый, Бернар Вулф, состоит в Гильдии и давно у нас практикует. Очень опытный. У него клиника в Белых Стенах. Работает хорошо, берет дорого. Много учеников, кое-кто уже сам мастер, ну и в целом слава идет добрая. – Огладил бороду Глен. Рассказывал он медленно, обстоятельно, размеренным тоном. – Второй, Питер Синклер, у нас недавно. Раньше работал в Палатах Мидаха, но ушел оттуда после какого-то скандала. Независимый больно, вот и выперли. Он спрашивал про Блэкуотеров, когда здесь только появился, похоже,