Воспоминания минувших дней - Гарольд Роббинс

— В чем дело? — недоуменно спросил один из них.

Снаружи раздавались шум и крики. Подойдя к окну, Дэниэл выглянул наружу. Обитатели городка выходили на улицу и устремлялись к шахтам.

— Что там? — крикнул Дэниэл, перегнувшись через подоконник.

Какой-то мужчина остановился и посмотрел на него.

— Обвал, — ответил он. — Там, в Западном проходе.

Глава 8

— Эй, ты, принеси еще один факел! — Голос директора гулко раздался во мраке прохода.

С трудом пройдя по размытой земле, Дэниэл взял со стены факел и вернулся назад, к месту, где произошел обвал. Дойдя до директора, он вопросительно взглянул на него.

— Встань на стойки и держи факел, — последовал приказ.

Директор сделал знак Энди, и они, поднявшись на стойки, уставились на размытую землю. Под ними струилась вода, а совсем рядом слышался шум работающего насоса.

Несколько минут директор и Энди молча рассматривали отверстия, через которые в шахту просачивалась вода. Дэниэл с интересом смотрел на них. Рядом с высоким, мускулистым Энди, одетым в испачканную углем и пылью спецовку, маленький опрятный директор, которому каким-то чудом удавалось уберечь одежду от грязи, казался пришельцем из другого мира. Дэниэл внимательно взглянул на директора, и снова опустил глаза. За несколько минут, что они простояли на стойках, вода успела подняться почти на дюйм.

— Вода еще прибывает, — невозмутимо сказал директор.

— Да, сэр. — Говоря с рабочими, Энди обычно не стеснялся в выражениях, и вежливые слова звучали в его устах немного странно.

— А почему вы не попросили насосы?

— Я послал за ними Дэниэла, но он вернулся ни с чем.

— Почему ты не принес насосы?

— Секретарь сказал, что он ничего мне не даст, — ответил Дэниэл, откашлявшись.

Директор повернулся к Энди.

— Думаю, нам имеет смысл вернуться в офис. И захвати с собой парня. — Сойдя со стоек, он осторожно, чтобы не замочить ног, направился к выходу.

Энди взглянул на Дэниэла и сплюнул.

— Ты уверен, что разговаривал именно с тем, с кем надо? — спросил он.

— Я никогда не лгу, мистер Андреевич — спокойно ответил Дэниэл.

Ничего не сказав, Энди пошел к выходу.

— Продолжайте откачивать воду и попробуйте хотя бы немного разгрести эту грязь, — произнес он, проходя мимо рабочих.

Шахтеры работали без перерыва, но вода все прибывала. Не успевали бросить лопату земли на отверстие, которое нужно было засыпать, как образовавшаяся полость заполнялась водой. Энди на мгновение остановился, потом позвал Дэниэла, и они вместе направились к выходу.

Вид толпы, напряженно ожидавшей появления шахтеров, произвел на Дэниэла гнетущее впечатление. Когда его глаза привыкли к свету, он увидел женщин в черных траурных платках, детей, грустно смотревших на него, и мужчин, хорошо знающих, что такое гибель во время обвала в шахте.

Когда они проходили мимо, от толпы отделился пожилой шахтер.

— Ну, как там, внизу?

Не отвечая, Энди покачал головой. Послышался сдавленный крик, а затем снова воцарилась напряженная тишина.

— Прошло уже два дня, — сказал кто-то. — Вам не удалось подобраться к ним?

— Пока нет, — ответил Энди. — Земля мокрая, а кроме того, она все время оползает.

Одна из женщин зарыдала, и какие-то люди, очевидно, родственники, обступили ее и повели к городу. Во время обвала не принято было показывать другим, что надежда потеряна.

Пройдя сквозь толпу, Дэниэл и Энди вошли в здание администрации. Их встретил секретарь и показал рукой на дверь кабинета.

— Мистер Смэзерс ждет вас, — сказал он.

Кроме директора в кабинете было еще два человека. Они сидели за столом, внимательно изучая разложенную схему проходов. Заметив Энди и Дэниэла, директор оторвался от плана.

— Прошу вас, — сказал он. — Это мистер Андроевич, мастер дневной смены, а это мистер Картер и мистер Риордан — государственные инспекторы по технике безопасности.

Картер и Риордан кивнули, но ни один из них не поднялся с места, чтобы обменяться с Энди рукопожатием.

— Эти джентльмены изучают причины обвала, — сказал Смэзерс.

Энди молча кивнул. Причину обвала мог без труда назвать любой, кто хотя бы день проработал под землей. Шахты заливало. Если бы рабочие имели насосы, они, наверное, смогли бы что-нибудь сделать, но сейчас было уже слишком поздно.

Первым заговорил Картер.

— Как я понимаю, вы прекратили работу и попытались остановить воду. Но почему вы не воспользовались насосами?

— Я просил насосы, но мне ничего не дали, — ответил Энди.

— Вы лично?

— Нет, сэр. Я послал Дэниэла.

Взоры присутствующих обратились на Дэниэла.

— С кем ты разговаривал? — спросил Картер.

— С секретарем.

Инженеры переглянулись.

— Если вы не верите мне, — спокойно сказал Дэниэл, — можете позвать его, он вам все расскажет.

— Мы уже говорили с ним, парень, — произнес Смэзерс. — Он сказал, что никогда тебя не видел. Почему ты врешь?

Дэниэл почувствовал, как в нем поднимается гнев.

— Я говорю правду, мистер Смэзерс. Там погибло двадцать семь человек, и некоторые из них — мои друзья. Я не стал бы врать, если бы был виновен в их смерти.

— Но секретарь говорит, что никто к нему не приходил, — повторил Смэзерс.

— Я был у него. Сторож даже не хотел выпускать меня из шахты.

— Странно, — сказал директор. — Мы читали его отчет. Он ничего об этом не говорит.

Дэниэл побледнел. Все будто сговорились, решив подставить его, чтобы спасти свою шкуру.

— Мистер Смэзерс, он называл мое имя?

— Твое имя? — спросил директор. — Я только сейчас узнал, как тебя зовут.

— Может быть, секретарь знает.

— Нет. В его обязанности не входит разговаривать с рабочими.

— Он записал мою фамилию в книгу, — сказал Дэниэл. — Он рассердился, когда я сказал ему, что Энди может прийти сам, и спросил мою фамилию.

— Но даже если он знает, как тебя зовут, — ответил Смэзерс, — это еще ничего не доказывает.

— Это доказывает, что я был здесь.

— Я знаю Дэниэла, — неожиданно вмешался Энди. — Он честный парень.

— Боюсь, вы ошибаетесь, — спокойно сказал директор. — Парнишка много всего может наговорить.

— Разве трудно пойти и посмотреть, записано что-то в книге или нет? — спросил Энди. Его лицо начало покрываться краской.

Смэзерс взглянул на Энди и поднялся с места.

— Пойдемте, джентльмены.

Они вышли из кабинета. Секретарь по-прежнему сидел на своем месте.

— Хэтч, вы знаете этого парня?

— Нет, сэр.

— Вы когда-нибудь видели его раньше?

— Нет, сэр.

— Достаточно? — Смэзерс вопросительно посмотрел на инспекторов.

Картер и Риордан кивнули.

— Хэтч, принесите мне его документы, — сказал директор, закрывая за собой дверь кабинета.

— Постойте! — вскричал Дэниэл. — Если он не знает, как меня зовут, как же он будет искать мое дело?

В глазах директора промелькнуло уважение.

— Соображаешь, парень.

Вскоре появился секретарь, положил на стол лист бумаги и повернулся, собираясь уйти.

— Подождите, Хэтч, — сказал Смэзерс, рассматривая бумагу. — Это не то.

Секретарь смущенно посмотрел на директора.

— Нет, сэр, — возразил он. — Это именно его дело. Дэниэл Бун Хаггинс. Вот отметка, и можно… — Он внезапно умолк, почувствовав взгляды присутствующих.

— Что теперь с ним сделают?

— Ничего. — Энди привстал с коряги, на которую они присели, выйдя из здания администрации, и посмотрел в сторону шахт.

— Но ведь во всем виноват он… — Дэниэл еще не до конца пришел в себя после потрясения, вызванного скандалом в кабинете директора.

— Замолчи, — коротко ответил Энди. — И поскорее забудь обо всем. Ты думаешь, они возьмут всю вину на себя? Скажи спасибо, что тебя пока ни в чем не обвиняют.

— Они должны привести какие-то доказательства.

— Они это сделают. Запомни мои слова, доказательств у них сколько угодно на любой случай.

Дверь офиса распахнулась, и на крыльцо вышел Смэзерс.

— Заходите.

Когда они проходили мимо Хэтча, тот уткнулся в какие-то бумаги, не отваживаясь поднять на них глаза.

В кабинете Картер и Риордан непринужденно о чем-то разговаривали.

— По-моему, мы пришли к общему мнению относительно причины обвала, — начал директор. — Нам стало известно, что дневная смена произвела несколько взрывов, но не укрепила стойки. Таким образом, во всем виноваты они сами. Им следовало быть более предусмотрительными. Мы хотели бы узнать, что вы об этом думаете.

Энди тяжелым взглядом уставился на Смэзерса.

— Более предусмотрительными, — тихо повторил он.