Потаённые желания Тёмного Властелина (СИ) - Фрост Ника

— А мы на другой планете? — я подошла к нему и, встав рядом, тоже попыталась в той стороне что–то рассмотреть, но ничего особенного не увидела. Только чернота и искореженные, сухие силуэты деревьев посреди пустоты.

— Нет. Это Армадан, — сухо ответил Маору и опять замолчал.

— А что мы тут делаем? — шепотом поинтересовалась я.

— Не «мы», а «я». Я здесь по делу. А ты… Ты же сейчас увидишь какие бывают последствия, когда необдуманно используешь разные заклинания.

И такой тон мрачный у него был, когда он это сказал, что у меня перед глазами почему–то промелькнули мафиозные боевики. Поэтому я сразу подумала о том, что я узнала о чем–то, чего не должна была никогда узнать. И что сейчас мне он наглядно продемонстрирует, что бывает с такими, как я, излишне любопытными…

— М-может, не надо? Я… Я больше так не буду!

— То, что ты так больше не будешь, обещаешь третий вроде раз, — Маору мельком посмотрел на меня и опять начал буравить взглядом темноту, в которой я расслышала какой–то хрип, а потом злобное рычание, от которого у меня волосы на голове зашевелились. И мой хвост, выползя из–под платья, обвился вокруг ноги мужчины и начал кончиком аккуратно наглаживать её, умасливая его. — Я подумал, что тебе, как начинающему магу, стоит посмотреть на последствия, которые могут ожидать каждого из нас.

— Да о чем ты говоришь? Где мы, и что ты тут делаешь?

Рычание стало слышно уже отчетливо, и я смогла различить топот множества лап и скрежет острых когтей по спекшейся до состояния корки земле. В нашу сторону сейчас бежало много… очень много животных, и они были настроены совсем не дружелюбно. Рыки были злыми, челюсти щелкали, а вдалеке показались сотни ярко–красных огоньков — глаза тех хищников.

— Повторяю, мы с тобой сейчас на Армадане, — в отличии от моего голоса, который от страха дрожал и готов был сорваться на визг, голос Маору был спокойным. Он, видя, что в нашу сторону несется целая стая огромных хищников, был абсолютно расслаблен. — Когда–то здесь был расположен город, который носил гордое название Харфут. У него было стратегически выгодное расположение — через него проходили несколько торговых путей, он стремительно развивался, и тут жили тысячи жителей…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Был? А что с ним случилось? — поскольку Мао надолго замолчал, я решила сама задать уточняющие вопросы.

— Город был уничтожен. Весь. Они взбунтовались против моей власти и убили всех демонионов, что жили тут и работали. Моих послов, их семьи. Когда я узнал об этом, я пришел к Совету и приказал сдать город и ответственных за убийства, и дал им на размышления ровно сутки. Выбор был за ними. Горожане могли отдать мне виновных, Совет мог сам решить сдаться… Или они могли хотя бы увести невиновных, зная, чем мой гнев может грозить для всех. Но Совет Харфута решил прикрыться горожанами, как живым щитом. Я никогда не бросаю слова на ветер. Изолировав тех, в ком дар ещё не успел пробудиться, я стер город с лица земли, как только истек отпущенный на размышления срок. Это урок для всех. Для горожан, которые знали о моем ультиматуме, но не привели Совет, поддавшись на их сладкие речи. Военным, магам, святошам, что поддерживали совет. Совету города, что решил отнять жизни моих граждан… Также все достаточно наглядно увидели, как я буду действовать, если подобное случится ещё раз.

— Все… умерли? — я ещё раз оглянулась, пытаясь увидеть хоть какое–то доказательство тому, что тут был когда–то город: кусок каменной стены здания или что–то вроде того. Но пейзаж был всё такой же унылый.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Да, — мужчина кивнул, — все, кроме детей и беременных женщин. Их ауры легко отследить и их можно защитить индивидуальными заклинаниями. Но все остальные умерли. И уже больше четырех сотен лет на этой, ещё на долгие годы безжизненной, земле ничего не будет расти. А сила тьмы, которую я обрушил сюда, была столь разрушительной, что она будет поглощать свет и порождать бездушных созданий… За этим мы сюда и пришли. Дабы эти твари не плодились и не выбирались за пределы этой зоны, каждые несколько месяцев я прихожу сюда и уничтожаю их стаи. Для тебя же это станет наглядным пособием использования силы. В своё время я перестарался и использовал слишком сильное заклинание. Подумай об этом. Оглянись вокруг. Вот что таится и внутри тебя. Сила, способная созидать и разрушать. Для тебя всё это в новинку: магия, заклинания. Чувство безграничной силы внутри. Но не относись к ней, силе Тьмы, как к шутке, не воспринимай заклинания, как развлечения. Тебе повезло, что ты переместилась сюда. А если бы ты ошиблась где–то при произнесении заклинания или вложила больше силы, чем требуется? Ты могла бы затянуть с собой и часть замка вместе с детьми, слугами.

— Я?.. — осознание того, что я могла натворить, напугало меня в сотни раз больше, чем алые глаза хищников, что бежали в нашу сторону.

— Да. Ты, Лиэна. У тебя начало получаться, и ты, почувствовав силу, вседозволенность, решила использовать что–то новое. И это могло обернуться трагедий для других.

Каждое его слово вбивало в меня очередной гвоздь. Я и правда действовала необдуманно. Я решила испробовать новое заклинание, даже не задумываясь о последствиях. Для меня это было, действительно, сродни приключению, шутке, пробе моих способностей… Глупая–глупая! Если бы из–за этого пострадали дети, я бы никогда не смогла с этим жить.

— Я… Извини, Маору. У меня нет оправданий своим поступкам. Ты абсолютно прав. Впредь я никогда так не буду больше поступать и…

— Никогда не говори «никогда», Лиэна, — жёстко оборвал мужчина меня. — Жизнь не статична и не следует нашему плану. Но, как я говорил, есть в тебе доброта, сочувствие, а мудрость придет с возрастом. И, если ты сможешь сохранить эти эмоции, не поглотит тебя злость, алчность, не придет с возрастом холод внутри и безразличие, ты сможешь использовать силу правильно.

— А ты… ты сожалеешь о том, что совершил, когда уничтожил тут всё?

— Нет. Никогда. Я сделал то, что должен был. Я сберег невинных. А для других это стало отличным уроком: никогда не повторять ошибки города Харфут. А то, что я перестарался, я за это и отвечаю. Однажды я полностью избавлю эту землю от излишков силы тьмы, выведу этих тварей, и здесь опять расцветет город, — он расцепил руки, потянулся и оторвал мой хвост от своей ноги. — А ты посмотри, пока я тут буду развлекаться, по сторонам и подумай о своем поступке. Я тебе подобное прощу только один раз, а в следующий — лишу силы и оставлю ровно столько, чтобы тебе хватало только на нормальное существование. Ты меня поняла?

— Да, — я кивнула.

Оправдываться тем, что я так больше не буду поступать, было по–детски. «Я так больше не буду», — дети говорят, искренне в это веря, но я‑то уже взрослая. И я должна нести ответственность не только за свои поступки, но и за слова. Мне срочно нужно избавляться от ветра в голове, научиться продумывать наперед всё и не относиться к магии, которой меня наградил Мао, как к развлечению. Сила, в любом её проявлении — это серьезная ответственность.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Примерно час я буду занят, не мешай мне, — сказав это, он обернулся, тихонько прищелкнул пальцами, и я оказалась посреди полупрозрачного перламутрового шара, примерно два метра в окружности. И этот шарик сразу начал медленно подниматься в воздух. — Я хоть выпущу тут пар и отвлекусь. А то за эти дни меня умудрились довести до состояния белого каления.