Алло, Милиция? Часть 2 - Анатолий Евгеньевич Матвиенко

зачастую придётся отлучаться к тем, кому сегодня дал подписку. Там не меньше чем на месяц работы. Да и Лёхе обещал помочь, через меня ему морду разбили. Обещаю — вам проблем не создам.

Попрощавшись со следователями, он шёл на остановку троллейбуса и заметил в себе желание крутить головой, отмечая подозрительных людей и подозрительные машины.

Глава 5

5

Элеонора уже смыла косметику и переоделась в обычный спортивный костюм, выйдя из режима непрерывного ожидания Бекетова в секс-готовности №1.

— Егор? Заходи. Я волновалась целый день, почему не звонил.

— Только из-за того, что не звонил?

Он разделся и разулся.

— Нет! С самого утра припёрлись четверо. Не представились, не предъявили удостоверения, но вели себя как властелины мира. Я отнекивалась, но Прокофьевна…

— Знаю. Мне рассказал один из «властителей мира», когда нашёл меня по её наводке. Налей чаю горячего, посекретничаем.

— Идём на кухню. Рассказывай!

Он сполоснул руки над раковиной. Конечно, кухонная мебель и посуда здесь были на два порядка роскошнее, чем в логове Пантелеича. Как только Гиви, человек не бедный, наверняка привычный к комфорту, терпел неудобства в той съёмной квартире?

— Много не расскажу, только главное. Бекетов пользовался поддержкой очень влиятельных людей. Он исчез, те уверены, что совсем. И нервничают.

— Сильно нервничают?

— Самого нервного пришлось отправить к доктору — вправлять конечности. Немного погорячился, со мной бывает. Не волнуйся! Выздоровеет. Проблема в другом. Пока они крышевали Бекетова, прикрывали и «Верас». Сейчас вы голые как попа новорождённого младенца. Скоро набегут шакалы, в первую очередь — ОБХСС. Ваши левые схемы с реализацией грузинского левака из Москвы, художества с золотом и прочие нетрудовые доходы давно взяты на карандаш. А мясо? Я видел у вас в гастрономе. По госцене лежат одни кости, срезанное с них продаётся рядом в ларьке «Потребкооперация» по удвоенной цене. Опера ждут только команды «фас».

— Валентина Ивановна сегодня это почувствовала. Она — заместительница Бекетова. Начала дёргаться, потом распоряжаться. Наорала на меня, грозилась уволить.

— А ты?

— Пообещала переспать с директором торга, чтоб он уволил её.

— Эля, ты — прелесть!

— Правда? Что же ты не замечаешь? Кстати, если списали Бекетова со счетов, я — свободна.

— Кого мне уволить или убить, если ты переспишь со мной? Чай обещанный поставь, кстати.

— С тобой — по-дружески. За так. Или мне одеть шпильки, прозрачную ночнушку, намазать свисток?

— Да ты и в спортивном прикиде сексуальнее девяноста девяти процентов виденных мной девушек. Один процент оставим Голливуду. Пойми. Ты сама сказала: по-дружески. А друзей не трахают. Если я сплю с девушкой, то это уже — отношения, а не дружба. Не поверишь, мужчины очень привязываются к дамам, оказавшись с ними в постели.

— Правда?

Она нагнулась к Егору, рассевшемуся на кухонном стуле, и принялась поглаживать его по джинсам, медленно и настойчиво наращивая напор. Не могла не почувствовать, какое напряжение возникло под джинсовой тканью.

Он вытерпел с минуту, откровенно получая удовольствие. Потом перехватил её кисть и убрал от себя.

— Сейчас штаны испачкаю, не надо. Лучше налей чаю, и поговорим за жизнь.

— Я уж думала, ты — педик. Нет, возбуждаешься как нормальный. Чуть джинсы не порвались. Ну и сила воли у тебя!

— Эля, не спеши. Ещё в прошлый раз просил. Сейчас… успокоюсь немного.

Она действительно сделала чай и поставила вазочку с печеньками.

— Что ты хотел обсудить?

— Ты достаточно освоилась и, наверно, ответишь на вопрос: все процессы отлажены, без Бекетова работают?

— Большей частью — да. Знаем, где товар получать, как рассчитываться. Конечно, возникают проблемы, но тут же решаемые.

— Эта Валентина Ивановна — толковая?

— Вполне. Только стерва редкостная, хуже меня.

Егор чуть чаем не поперхнулся от такой оценки.

— Замечательная характеристика. Короче, идея такая. Я предлагаю очень высокому человеку взять «Верас» под крыло. Если согласится, подчёркиваю — если, твоя Валентина Ивановна должна будет исполнять все его приказания. Нет, спать с ним не обязательно, ни ей, ни тебе. Сохранишь ту же работу, квартиру, служебную машину, зарплату по ведомости и левую тоже.

— Квартира принадлежит кому-то из родственников Бекетова.

— Которому проще платить рублей шестьдесят в месяц и не выселяться.

— А секс-услуги… Поверь, я — не проститутка. Жить с определённым мужчиной, одиноким, пусть за деньги, это совсем не то, что давать направо и налево. Хотя он предупреждал, что может потребовать извращений. Например — дать снотворное и поиметь безжизненное тело, — Элеонора подпёрла подбородок ладошкой. Она сидела напротив через стол, больше не приставая с фривольными подкатами. — В общем, твоё предложение супер. В чём подвох?

— Не знаю. Это только на словах всё просто. Начнём с того, что высокий человек может меня не послушать. Что выплывут обстоятельства, с которыми справлялся только Бекетов. Вот так, на кухне и за чаем, я не в состоянии просчитать игру на десять ходов вперёд. Но надеюсь, что получится. Ты же меня поддержишь? Спасибо за чай.

Он поднялся.

Элеонора стремительно шагнула навстречу и обвила руками его шею. Но не тёрлась, не приставала с поцелуями.

— Если у тебя есть такой хороший друг, то никакой любовник не нужен.

— Ты пока подумай, куда сплавить Прокофьевну и кого поставить на её место. Она запросто навлечёт на вас массу неприятностей.

— Если тебе что-то надо из её товаров, я принесу. Выбирай и меряй здесь. Понравится — заберёшь.

— Если есть такая хорошая подруга, особенно в торговле, то любовница… Нет, всё равно нужна.

Он ушёл от Элеоноры, посмеиваясь. Если отбросить чистоплюйство и забыть, что та была готова сожительствовать с Бекетовым за деньги или решать вопросы в торге через трахен-трахен, вполне неплохая девушка, а что без комплексов — это её выбор.

Вот только поглаживание через штаны не прошло бесследно, там осталась тяжесть. Раз предоставлен свободный график, честнее всего сгонять в Гродно на денёк. Если Настя сумеет найти, где уединиться.

Вдруг благостные мысли, перемешанные с эротическими фантазиями, словно ледяным ветром сдуло.

«Дать снотворное и поиметь безжизненное тело».

Тут у убийцы два варианта. Отмерять гораздо больше снотворного. Или дождаться, когда жертва уснёт, а потом закачать принудительно раствор снотворного в смертельной дозе. Человек склонен к рефлекторным глотательным движениям. Пока жив.

Теперь понятно, как Бекетов убил Ингу. Не исключено, что опробованный сценарий ждал и Элеонору. Потом — следующую девицу. Безнаказанно.