Чужой дневник - Марина Канаева

— Да ну его! Представь, опять накрылся! Я задолбалась уже ремонтировать!

— Дин, я поговорить хотела…

— Дай угадаю. Про видящих?

— Да. Мне любопытно, кто тебе о них рассказал…

Подруга стояла спиной ко мне, и я едва подавляла желание повернуть её к себе лицом, чтоб увидеть глаза.

— Там, откуда я пришёл, о них всем известно, — сказала она и повернулась. Я закричала, и резкий толчок отбросил меня к стене. Я провалилась просто в липкую тьму.

Этой ночью я снова пришла в храм: интуиция подсказывала, что скоро путь сюда будет мне навек заказан.

Я три дня почти не спала; если же я засыпала, то мне снился густой вязкий дым, от которого дышать становилось всё тяжелей. Я знала, что скоро моя судьба рухнет в пропасть…

Внезапно очи Мараны запылали зелёным потусторонним светом. Я поняла: началось. Несколько мгновений спустя я услышала ржание коней за воротами.

— Посланник князя Киевского! Откройте! — услышала я зычный, стальной какой-то голос. И его звучание пронеслось по телу волной зимнего холода.

С обречённостью я услышала, как с натужным скрипом открываются ворота. Я скользнула к выходу, рванулась к тайному проходу в стене. Интуиция гнала вперёд. Быстрее, быстрее…

Там, за спиной, раздался испуганный крик стражника, стук копыт. Вокруг заревом полыхали отсветы первого огня. Вверх стал подниматься чёрный дым.

Я подбежала к проходу, но дорогу мне заступил младший жрец. Вот и хорошо, буду не одна…

— Бежим, быстрее! Они пришли с дымом, они желают…

— Знаю, знаю. Но поверь — нам обоим бояться нечего! Единый бог принесёт дары своим верным слугам. Идём. Тебя ждут дома.

Я резко рванулась, забилась в руках жреца — всё тщетно. Меня потащили к дому вождя.

Вокруг всё полыхало. Храм, где я сидела ещё несколько минут назад, уже догорал, и изумрудные отсветы плясали над пеплом. Вокруг клубился чёрный дым, вязкий и густой, как ночные кошмары.

Те палаты, где я выросла, уже занимались. Всё добро, вынесенное оттуда, лежало, сваленное небрежной кучей просто в магическом кругу. Около них застыл мужчина с длинными тёмными волосами.

— Тий! — окликнул его юный волхв, — радуйся, предводитель: я привёл тебе подарок!

Черноволосый обернулся, и я застыла на месте, пришпиленная к земле силой чёрных очей его. На миг мне показалось, что я падаю в бездонную пропасть.

— Кто это? — спросил Тий равнодушно. Его голос, мягкий и бархатистый, окутал меня, как туман, и вызвал непреодолимую дрожь.

— Кларисс, дочь нашего вождя. Пусть демоны, которым он молился, сожрут его в аду!

Тий поднял на меня свои призрачные глаза.

— Скажи мне, в кого ты веруешь, Кларисс? — спросил он вкрадчиво.

Вился дым. Он давно загородил полную луну в небе, и звёзды, скрыл под покровом руины храма, спрятал знамёна нового нашего божества…

— Я верю только в золотого бога, — отозвалась я спокойно, — Он может купить всех остальных.

Тишина пологом повисла над мёртвой площадью. А потом там, среди трупов и копоти, я впервые услышала его странный, пугающий смех.

— Оставь мне эту! — бросил Тий, бегло оглядев меня. Один из стражников быстро кивнул и двинулся к палатам. Минуту спустя я услышала крик. Кажется, то был голос одной из сестёр…

— Иди за мной, — велел мне черноокий, и я не смогла ослушаться.

Мы шли в покои отца. Стражники лежали в коридорах сломанными куклами. Витал запах крови.

А потом, в зале для приёмов делегаций, я стояла и наблюдала, как умирал мой отец. Багровый поток хлынул на золото.

— Посмотри внимательно на своего бога, — велел мне Тий. И я смотрела.

И это зрелище тысячу лет приходило ко мне в кошмарах…

***

Егор

Я развалился в комнате поверх покрывала, разглядывая узоры на обоях. Я потянулся к собственному мобильному, невольно вспомнив тот, с узором в виде серебристой лианы, который дарил Инге. Снова набрал её номер. "Вне зоны доступа"…

Захотелось напиться. Причем основательно так, до свинского состояния…

Что ты скрываешь от меня? Почему бежишь? Я не потерплю, чтоб у тебя были секреты. Ты — или моя, или нет. Я должен знать о тебе всё.

И узнаю. Эта игра будет любопытной…

***

Инга

Сижу. Верчу в руках телефон. Кресло — мягкое. Плед — не греет. Руки — ледяные. За окном — жара. В душе — холод.

Разглядываю телефон, приглядываюсь к рисунку, что его обвивает. Какая-то лиана…

Мобильный выключен. Я знаю, он будет звонить.

Нет. Хватит. Лгать.

Себе, ему, обоим.

Я пошевелилась и зашипела от боли в плече. Меня хотели убить, и, кажется, я даже догадываюсь, почему. Из груди вырвался стон.

Нет, прошлое не проходит. Оно возвращается. Раз за разом, шаг за шагом, напоминая о том, что безумно хотел бы забыть.

Я потянулась к стационарному телефону, набрала номер.

— Сергей Геннадиевич?

— Ты? Какого демона?! Я предупреждал тебя, дрянь, чтоб ты больше не смела мне звонить, появляться в моём доме, видеться с моим сыном? Ты…

— Довольно.

Голос — хриплый. Боль — молотом в висках.

— Хватит. Я не делала тебе ничего плохого. Зачем я тебе снова понадобилась?

— Что? Ты что несешь, ненормальная?!

— Я? А зачем ты хотел меня убить? — я говорю равнодушно, и мне становится всё холодней.

— Ты спятила?? На кой ты мне, маленькая…

Я резко бросила трубку. Возможно, он лжёт. Но если нет, то у меня проблемы…

***

Артём

За окном стремительно темнело. В небе появлялись первые яркие звёзды. Мы с Егором, по давней привычке, сидели в полумраке в компании мыслей и крепкого виски.

— Думаешь, стоило отпускать её одну? — спросил друг равнодушно, задумчиво щуря тёмно-серые глаза. Сейчас, в темноте, они казались почти чёрными.

— Кошка сказала, что бестелесные не могут причинить Видящей вред. На мой взгляд, она не лгала.

— Кто знает…

— Между прочим, суперский напиток.

— Да в этом я и не сомневался.

— Глянь, что-то горит!

Всю расслабленность с нас как ветром сдуло. Егор подавился виски.

— Уже поздно, — сказал Егор хриплым шёпотом, — а её нет…

Мы наперегонки метнулись к двери.

Алым заревом полыхал заброшенный дом, стоящий в самом конце улицы. Вокруг него собиралась толпа зевак, но пожарных нигде не было видно. Вопли, причитания…

Из окон двухэтажного строение валил дым. Я застыл на месте, чувствуя, что мир подёрнулся плёнкой, и всё вокруг приобрело странную чёткость. Вход завалили горящие балки. Войти нет возможности.

— Её там не должно быть. Она б туда не сунулась! — выдохнул Егор, явно пытаясь себя в этом убедить. Я же осознавал одно: она там.