Жизненный цикл Евроазиатской цивилизации – России. Том 3 - Александр Владимирович Семенков

с тем происходит важная перемена и во внутреннем строе государства: об руку с новой династией становится и идет новый правительственный класс. Старое боярство постепенно рассыпается, худея генеалогически и скудея экономически, а с его исчезновением падают и те политические отношения, какие прежде в силу обычая сдерживали верховную власть. На его место во главе общества становится новый класс, дворянство, составившееся из прежних столичных и провинциальных служилых людей, и в его пестрой, разнородной массе растворяется редеющее боярство. Между тем раньше заложенная основа политического строя, классовая разверстка повинностей, укрепляется, превращая общественные классы в обособленные сословия. [Ключевский В.О.: Том 3, С. 3–4. История России, С. 21933–21934].

«Идеолог боярства Курбский, переживший падение Избранной рады, самым решительным образом протестовал против ущемления привилегий знати и передачи функций управления в руки приказных бюрократов. Писарям русским, утверждал он, «князь великий зело верит, а избирает их ни от шляхетского роду, ни от благородна, но паче от поповичей или от простого всенародства, а то ненавидячи творит вельмож своих». Не менее резкое суждение о новых сановниках высказывал другой защитник старины, Тимоха Тетерин, выходец из старой дьяческой фамилии. Царь больше не верит боярам, писал Тетерин одному знатному боярину, есть у него «новые верники-дьяки… у которых дьяков отцы вашим (бояр) отцам в холопстве не пригожалися, а ныне не токмо землею владеют, но и головами вашими торгуют»[9].

86.2. Правление великого князя Василия III Ивановича

В 1470 году Иван III Васильевич объявил своим соправителем сына от первой жены – тверской княгини Марии Борисовны – Ивана Ивановича Молодого, дав ему титул великого князя. В 1490 году Иван Молодой умер (ходили слухи, что он был отравлен мачехой, Софьей Палеолог). После смерти Ивана Ивановича снова открылся вопрос о наследнике трона. Двор разделился на две группировки: одна поддерживала кандидатуру Дмитрия Ивановича сына Ивана Молодого (внука Ивана III), а другая – старшего сына Ивана III от Софьи Палеолог – Василия Ивановича (родился в 1479 году). За всем этим стояла личная борьба двух женщин: Софьи – матери Василия и Елены – матери Дмитрия.

Несколько лет Иван III Васильевич не мог решить, кого сделать своим преемником. Главные советники Ивана III: князь Патрикеев, и дьяк Федор Курицын склонялись к кандидатуре Дмитрия. С другой стороны, Софья, естественно, интриговала в пользу своего сына. Некоторые противники Ивана III тоже предпочитали Василия Дмитрию. Среди них были бывшие слуги удельных князей, а также некоторые священники, болезненно воспринимающие терпимое отношение Ивана III к «ереси жидовствующих». Было известно, что соперница Софьи, княгиня Елена Молдавская, разделяет взгляды этого течения. При подобных обстоятельствах можно было ожидать, что Софья и Василий постараются войти в контакт с политическими и религиозными противниками Ивана III.

Между придворными группировками развернулась острая борьба вокруг вопроса о престолонаследии, имевшего в условиях феодальной монархии первостепенное политическое значение. В 1497 году заговорщики из среды придворных, поддерживавших Софью и Василия, замыслили убить Дмитрия. Заговор был, однако, раскрыт; его участников казнили. Как только заговор был раскрыт, подготовка к официальной коронации Дмитрия завершилась, и в 1498 году Дмитрий Иванович был торжественно венчан в Успенском соборе в качестве соправителя своего деда. На голову Дмитрия впервые возложили «шапку Мономаха», ставшую символом московской великокняжеской власти.

С торжественной коронацией Дмитрия политический кризис, казалось, был преодолен, стабильное положение правительства восстановлено и, более того, благословлено митрополитом и епископским собором. Однако на самом деле рана не затянулась. Раскрытие заговора и особенно участие в нем Софьи и Василия болезненно отразились на физическом и душевном состоянии Ивана III.

Но уже в 1499 году Иван III поставил Василия Ивановича великим князем Новгорода и Пскова, а в 1502 году Дмитрий вместе со своей матерью Еленой, дочерью молдавского господаря, недавней единомышленницей великого князя по терпимому отношению к еретикам, были «пойманы» и отправлены в заточение. Василий Иванович стал великим князем Владимира и Москвы вместе с отцом.

В правление Василия III фактически завершается объединение великорусских земель и превращение Московского княжества в национальное государство. Территория Московского княжества за счет продолжения объединения русских земель вокруг Москвы увеличилась в шесть раз по сравнению со временем княжения его отца. К Москве были присоединены Псков (1510), великое княжество Рязанское (1517), княжество Стародубское и Новгород-Северское (1517–1523), а также Смоленск (1514). Московская Русь, о которой во времена татарщины на Запад доходили лишь смутные, полуфантастические слухи, становится самым обширным государством в Европе и стремительно выходит на мировую арену. Налаживаются дипломатические связи между Русью и другими странами, завязываются сношения с императором германским, папой римским, с венгерским и датским королями, венецианским дожем, турецким султаном и шахом персидским. Московские великие князья, преисполненные гордости за свою страну, не без надменности взирают на европейских правителей. Так, когда германский император предложил Василию III королевский титул, тот отверг предложение, заявив: «Мы, Божиею милостью, государь в своей земле изначала. От первых своих прародителей поставлены от Бога, … а поставления ни от кого не хотели и теперь не хотим!»

86.3. Боярское правление

Особенно отчетливо устремления боярских родовых кланов к олигархической форме правления проявляются после перехода власти в руки малолетнего Ивана IV (1530–1584), когда начинается череда боярских правлений. В историографии этот период часто рассматривается как едва ли не попытку возвращения ко временам удельно-вотчинного раздробления. Великий князь Василий III рассчитывал сохранить сложившийся порядок вещей, учредив при Иване IV, в силу его малолетства, особый опекунский (регентский) совет, получивший название «седьмочисленной думы». Опеку над великой княгиней Еленой Глинской и сыном он поручил своим ближайшим помощникам, в числе которых были младший брат Василия III удельный князь Андрей Иванович Старицкий, и самые влиятельные члены Боярской думы – князья Василий и Иван Шуйские, Михаил Глинский, бояре Михаил Юрьев, Михаил Тучков и Михаил Воронцов. После смерти Василия III бразды правления перешли в руки назначенных им опекунов, что вызвало зависть и недовольство других членов думы. Князь Василий III, разделив Боярскую думу на две части, тем самым противопоставил «седьмочисленную думу» прочей думе, что, по его мнению, должно было ограничить ее влияние на дела государственного управления. Со временем семибоярщина выродилась в орган боярской олигархии. Но в момент своего учреждения она была сконструирована как правительственная комиссия, призванная предотвратить ослабление центральной власти. Избранные советники должны были управлять страной и опекать великокняжескую семью в течение двенадцати лет, пока наследник не достигнет совершеннолетия. Однако «седьмочисленный» опекунский совет, который, по существу, был одной из комиссий Боярской думы, управлял страной всего несколько месяцев, после чего его власть стала стремительно рушиться.

Передача власти в руки опекунов