Некромантка - Дарья Лакман

— Да, в тот момент я была несколько… — она постучала тростью о пол. — Не в состоянии. Похоронами занималась церковь и школа. Все-таки мама была известной личностью и многим помогла. Нашлись те, кто смог все устроить, как надо, пока я была…

— Не в состоянии, — закончил мужчина и понимающе кивнул.

— Да. Извините за вопрос, мэстр, но как вы очутились в школе? Я думала, инквизиция не отпускает своих работников из-под материнского крыла просто так. Неужели отпустили и разрешили преподавать?

— Да. Мне всегда нравились дети, нравилось чему-то их обучать, — он охотно продолжал развивать мысль, — у меня целая прорва племянников, и с каждым мне нравится возиться как со своим. Так распорядился Господь, не дано мне иметь детей, и я решил посвятить себя этому, — он обвел пространство вокруг себя, улыбаясь и плавно шагая. — К тому же, что может быть почетнее, чем нести слово Божие, тем, кто в нем особо нуждается?

— Да, согласна, учить детей и прививать им любовь к Жизни, это достойная цель, — Имельда не стала упоминать имя Бога, предпочтя альтернативу, надеясь, что инквизитор не станет акцентировать на этом внимания. И кстати о именах… Имельда вдруг поняла, что мужчина так и не представился: — Извините, а как вас зовут? К сожалению, хоть вы и были коллегами с моим отцом, я не знаю вас, и даже не представляю, как к вам обращаться.

— Ох, что же это я! — спохватился мужчина и остановился. — Прошу прощения, госпожа, мое имя Улвар Тиш, — мужчина слегка поклонился.

— Приятно познакомиться, мэстр Тиш.

— Улвар, вы идете? — мужчину окликнули и весьма вовремя. Имельда не представляла, что говорить ему дальше. Не начать же, в самом деле, расспрашивать о том, имел ли он дело к тем событиям, что свели ее, и Матильду, и Тимора вместе.

— Да, да! — отозвался друзьям и тут же вернул внимание к девушке, — прошу простить меня, — мужчина кивнул, принося извинения.

— Еще увидимся.

Имельда сдержанно улыбнулась и кивнула в ответ. Маэстро Улвар свернул в соседний коридор и присоединился к четырем магам, которые увлеченно что-то обсуждали и, наверняка, направлялись к кому-то из них в преподавательские апартаменты культурно отдохнуть за бокалом хорошего вина. Имельда развернулась и неспешно продолжила путь, но на душе уже было не так спокойно, как на пути сюда, в зал. Теперь, оказывается, у нее под боком имеется инквизитор, который, возможно, имеет отношение к событиям, которые являются тайной за семью печатями! Но имеет ли? Может ей показалось это? И знает ли он нечто большее о ней самой, что может принести ей проблемы?

Впервые Имельда жалела, что не может пользоваться своими скрываемыми силами как должно…

— Думал, он никогда от тебя не отвяжется. Любопытный черт, — беззлобно пробурчал молодой мужчина, вынырнув откуда-то сзади, словно из пелены теней.

— Вот … — сердце ёкнуло. Девушка вздрогнула, не ожидая появления нового лица в непосредственной близости от себя, хотя секунду назад ничто не говорило о том, что здесь есть кто-то помимо неё. — Какого черта так пугать, Боилд!?

— Ой, неужто действительно испугалась? Ты же у нас бесстрашный практик, один из лучших! — явно декламируя кого-то, коверкал слова молодой человек.

— Чего тебе? — ворчливо отозвалась и продолжила путь.

— Это так ты встречаешь старых друзей? Хм, — он состроил преувеличенно расстроенную гримасу.

— Не припомню, чтобы мы дружили, клоун.

— Эй, я не обзывался. А как же «кто старое помянет, тому глаз вон»? Ну же, Имельда, — он обогнал девушку и встал перед ней. Высокий и стройный, с широкими плечами, в годы их обучения он повелевал сердцами половины юных девчонок, обучающихся здесь.

— Во-первых, не зови меня так, пожалуйста. А во-вторых, ты как был шутом, так и остался, — смиряясь, уже без особой злобы произнесла Имельда, глядя на него снизу вверх. При своем не малом, для девушки, росте она все равно была ниже этого ловеласа.

— А ты все такая же злобная и колючая недотрога, — издевательски усмехнулся. — И как же прикажешь к тебе обращаться? Ты что же, имя сменила?

— Лучше бы, конечно, чтобы лично ты никак ко мне не обращался. Но вряд ли такое чудо произойдет, так что ограничимся простой фамилией, — Боилд фыркнул на ее просьбу тем самым выражая свое отношение к такого рода идеям, но никак не прокомментировал. — Что тебе нужно, Ремолус? Я очень устала и хочу скорее вернуться в комнату. Давай быстрее к делу.

Несколько секунд мужчина стоял и разглядывал девушку с усмешкой, а потом устало провел ладонью по лицу, словно стаскивая с себя маску, невидимую глазу.

— Хотел посмотреть.

— На что?

— На тебя. Ты единственная за эти годы, кого я увидел с нашего выпуска… живой.

Имельда сглотнула вязкую слюну и опустила взгляд куда-то в район его груди. Прочистила горло.

— Да, я тоже, — она помолчала, вспоминая Итана, но его уже можно было не считать, и подняла взгляд:

— Жаль, что это ты.

Мужчина сощурил глаза, наблюдая, как девушка, хромая, обходит его. Было видно, что в нем поднимается нечто неприятное, он сжал губы и развернулся, резко хватая Имельду за руку.

— Ты! Самоуверенная, вредная девка, судьба прокляла меня за то, что именно ты попала в эту школу. Думаешь, я рад, что мне в коллеги попалась такая сука, как ты?

Перед глазами девушки было яростное лицо парня, который когда-то давно, так же, как и сейчас, портил ей жизнь. Мерзко, зачастую исподтишка, но у нее были друзья, чтобы справляться с этими мелкими стычками и не страдать от них действительно серьезно. Но сейчас, после тяжелого дня, когда рядом не было друзей, а действие трав подходило к концу, она совсем была не настроена терпеть выходки этого человека, который точил зуб на нее с самого детства просто так. Потому что мог.

Перед глазами мелькали смутные картинки жизни этого человека: дети в школе, использованные брошенные женщины, его отец, отчитывающий его за что-то еще в самом детстве… И эти жуткие яркие эмоции, которые сейчас наполняли молодого мужчину, топили Имельду, тянули на дно и не давали дышать. Она схватила его пальцы, сжимающие ее предплечье, и рывком сорвала их с себя, сделав пару неловких шагов назад. Она тяжело дышала.

Парень, поняв, что потерял контроль, сделал шаг назад и сам постарался себя успокоить.

— Всего-то и хотел, что выразить соболезнования. Неужели не могла, просто, молча, выслушать и проявить понимание?

— Много ли ты меня понимал в детстве? — прошипела девушка и поспешила уйти от этого человека как можно скорее. Мужчина постоял еще немного и тоже развернулся, и ушел.