Спаун. Возвращение - Евгений Павлов

Он достал портмоне и положил тисненую картонку перед эскулапом.

– Кстати, каковы прогнозы?

– Ситуация, мистер Вэйн, в которую попал ваш друг, далеко не безнадежна, хотя повозиться придется! Дать стопроцентные гарантии я не могу, но операция, а, может, и не одна, надеюсь, поставит его на ноги! Ну, а далее – реабилитация…

Кэлвин натянул на себя маску профессионала академического уровня.

– И вот тут-то собака зарыта! Понимаете, человеческий организм ведет себя порой непредсказуемо… Но на моей памяти случаи полного восстановления в подобной ситуации случались довольно часто. Так что будем надеяться на лучшее!

Гость стал собираться.

– У вас самого-то, мистер Вэйн, нет проблем со здоровьем?

Услужливая улыбка Кэлвина уже порядком надоела Джону.

– Нет, со мной все в порядке. Позвольте откланяться…

Улица Атлантик-стрит. Бар «Вечера Мракана»

Вечером того же дня Арчибальд Кэлвин сидел за столиком в глубине популярного среди городской богемы заведения. Все это время из головы доктора не выходила сцена его утренней встречи с Джоном Вэйном. А, точнее, то, с какой легкостью тот расстался с весьма приличной суммой!

“Вот оно – блюдечко с голубой каемочкой! – думал Кэлвин, посасывая из бокала мартини. – Да как к нему подобраться?”

– Как дела, док?

К его столику подсел некий Морган Макрент, в далеком прошлом мелкий карманный воришка, а ныне бизнесмен среднего пошиба, связанный, по утверждению злых языков, с мафией.

– Дела…

Кэлвин рассеянно посмотрел на знакомца, продолжая размышлять о своем.

– Дела – как сажа бела!

– Загадками говоришь… Зачем вызывал?

– Да понимаешь, Морган, тут один клиент нарисовался с неограниченными, так сказать, финансовыми возможностями…

– С этого места поподробнее!

Кэлвин, не говоря ни слова, достал из бумажника чек, повертел перед глазами Макрента и положил обратно.

– Что это?

– Золотое яичко, которое снес бывший коп!

– Не води меня за нос, Арчибальд…

– Триста пятьдесят тысяч за лечение Генри Своллса от… Джона Вэйна!

– Док, ты, часом, с ума не сошел? Триста пятьдесят кусков?

– Да нет, пожалуй, я даже не добрал. Ты только прикинь, это же сам Джон Вэйн – живой денежный мешок!

Кэлвин залпом допил мартини.

– Если б я только знал о нем раньше, назвал бы совсем другую сумму…

– Я, конечно, рад за тебя, но что ты мне-то хочешь предложить?

– А ты не догоняешь, Морган?

Кэлвин преобразился.

Вместо респектабельного профессора на Макрента смотрел прожженый циник.

– Надо еще Вэйна потрясти, улавливаешь мою мысль?

– Каким образом?

– Вот для этого-то я и пригласил тебя!

Кэлвин пододвинулся к собеседнику.

– Нужно похитить моего пациента!

– ?

– Да-да, и это я хочу предложить тебе!

– Мне? А как это сделать?

– Ну, Морган, это ты сам придумай. Со своей стороны укол снотворного я гарантирую!

– Ну, док, ты и хитер! Все просчитал…

Макрент подмигнул Кэлвину.

– На тебя-то ведь никто и не подумает, глупо красть больного из собственной клиники!

– А дальше – больше! Об этом станет известно Вэйну, и ему ничего не останется, как отвалить нам зелень! – ухмыльнулся тот.

– Но ты, док, подталкиваешь меня на уголовное преступление… А что я, собственно, буду иметь с этого?

– Тебе ли, Морган, говорить об этом?

Кэлвин забарабанил пальцами по столу.

– Процентов тридцать тебя устроит?

– Узнаю твою хватку, док! Я возьму на себя всю черновую работу, а ты – весь в белом, ну, уволишь одного-двух охранников…

Макрент сунул под нос подельнику кукиш.

– А вот это не видел? Пятьдесят на пятьдесят!

– О’кей! – кивнул Кэлвин.

А про себя подумал: “Черта тебе лысого, а не доллары!”

Особняк Вэйна. Вечер

– В каком состоянии моя амуниция, Фред? – спросил Джон у дворецкого.

– Не беспокойтесь, мастер Джон. Ваша последняя экипировка в полном порядке! В пещере хранится еще несколько не менее достойных прототипов. Есть костюм и с удвоенной системой кожного дыхания, на мой взгляд, наиболее удачный!

Фредерик был в курсе всего.

– Нет, я надену свой любимый – черный! Он всегда приносил мне удачу, а удача-то мне завтра как раз не помешает! – с этими словами Джон стал собираться.

Дворецкий застыл у дверей, ожидая дальнейших указаний.

– А не спуститься ли нам, наставник, в грот? Пока ты проверишь мой костюм, я пересмотрю базу данных за последнее время, да и вообще подышу воздухом Спауна…

– Именно это я и хотел вам предложить, мастер Джон!

– Прошло так много времени, Фред, и боюсь, что я уже отвык от риска! Надеюсь, что ошибаюсь…

“ДЕЙСТВУЮЩИЙ МЭР, КАК ВОЖДЬ МРАКАНА, НА САМОМ ДЕЛЕ ПОЗОР ГОРОДА! ОПОРА ОЛИГАРХИИ!

ГОРОЖАНЕ ИМЕЮТ ПОЛНОЕ ПРАВО ЖИТЬ СВОБОДНОЙ ЖИЗНЬЮ!

МРАКАН – ЭТО ГОСУДАРСТВО В ГОСУДАРСТВЕ, И В НЕМ ПРАВЯТ ЗАКОНЫ ТОТАЛИТАРИЗМА!

НО СЕГОДНЯ ГРАЖДАНЕ МРАКАНА ВСТРЕТЯТ СВОИХ ОСВОБОДИТЕЛЕЙ И ПРЕКЛОНЯТ ПЕРЕД НИМИ КОЛЕНИ!

ВСЕ НА ПЛОЩАДЬ ПЕРЕД МЭРИЕЙ!”

Следующий день. Центр Мракана

Пресс-конференция, которую ежегодно проводил мэр города Антония Блацковиц, собрала на этот раз рекордное число журналистов.

Это было обусловлено еще и тем, что сразу после брифинга в городском сенате должны были состояться перевыборы главы Мракана. По действующему законодательству городские сенаторы избирают мэра на ближайшие четыре года…

Главный полицейский комиссар Мракана Джим Фитцджеральд Хорренс находился в этот день непосредственно рядом с мэром, отрядив в оцепление своего любимчика – лейтенанта Марка Блэкона Оперативная связь поддерживалась по кодированным рациям.

– Господин мэр, ситуация находится под полным контролем. Наши сограждане могут чувствовать себя совершенно спокойно! – докладывал комиссар Блацковицу.

Хорренс был первым темнокожим, занимавшим пост комиссара в темном городе. Это придавало ему огромную популярность среди нацменьшинств, в основном, жителей окраин, но вызывало лютую ненависть у консервативного центра! Несмотря на это, мэр Антония Блацковиц всячески поддерживал Хорренса…

– Господа журналисты, мне уже тяжело нести на своих плечах весь груз ответственности за Мракан! Человеку моего возраста становится все труднее скрывать собственные слабости. Надеюсь, что мне на смену придет кто-то другой! Тот, кто сумеет сделать этот город еще лучше! – буквально выдавил из себя Антония.

– Господин мэр, кто станет вашим преемником?

– Чем вы займетесь после отставки?

– Мэр, почему вы “сливаетесь”?

– Все, господа журналисты, официальная часть нашей встречи окончена!

Блацковиц вытер лицо платком.

– На все вопросы вам подробно ответит мой пресс-секретарь мистер Уэсли!

Журналисты стоя приветствовали мэра.

Двумя минутами позже Блацковиц подошел к Хорренсу.

– Комиссар, я благодарен вам за долгие годы нашей совместной работы! Передайте мои наилучшие пожелания и лейтенанту Блэкону! – растрогался намеревающийся покинуть мэрию Антония.

– Сэр, не надо никаких благодарностей! Мы работали в одной связке, и без вашей поддержки мне бы не удалось сделать и десятой части того, что сделано! Это я ваш должник… – поскромничал комиссар.

Лейтенант Марк Блэкон появился в здании мэрии несколько позже. Был он еще довольно молодым офицером полиции, но в свои двадцать восемь уже заслужил уважение градоначальника и поддержку комиссара.

– Господин мэр, сенаторы уже собрались, с минуты на минуту начнется голосование…

Пресс-секретарь хорошо знал свои обязанности.

– Вот текст вашего выступления.

– Извините за опоздание, господин мэр!

Лейтенант Блэкон щелкнул каблуками.

– На площади сплошное столпотворение! Кажется, весь Мракан прорывается сюда, чтобы увидеть и услышать мэра.

– Поучаствовать в выборах, хоть и виртуально, – большой праздник для горожан! – сыронизировал Блацковиц. – А вы сами-то, Марк, кого б хотели видеть новым мэром?

– Простите, сэр, но в кресле мэра я вижу только одного человека, и этот человек – вы!

– Мой друг, мэр, конечно, не последний человек в Мракане, но управлять городом должны сами горожане! Прошли те времена, когда порядок поддерживала полицейская дубинка! – вздохнул Блацковиц. – Да и я, право, устал…

Блэкон с сочувствием и одновременно с благодарностью посмотрел на совсем уже немолодого мэра. Ведь тот столько сделал для него!

Милдтен – один из самых неблагополучных районов Мракана.

Трущобы Милдтена – такое название закрепилось за этим бедняцким кварталом.

Наркотики, проституция, этническая преступность – все эти родимые пятна окраин огромных мегаполисов полностью проявились и в Милдтене. Еще в самом начале своей полицейской карьеры Блэкон поклялся навести здесь порядок, ведь когда-то именно на улицах Милдтена убили его мать…

Несколько лет назад