Поддайся соблазну - Мара Фокс

Боже, он просто сводит меня с ума.

— С минуты на минуту сюда может войти Милли, чтобы убрать в комнате. — Откуда столько благоразумия?

Люк кивнул, соглашаясь.

— Я хочу взять тебя куда-нибудь.

При словах «взять тебя» Роксана чуть не застонала. Люк смотрел на простынку, но, казалось, видел сквозь нее, как настоящий супермен.

— Хорошо. Куда? — Что плохого в том, что она задержится здесь еще на один день?

— Сюрприз. — Он продолжал гладить ее по ноге, понемногу продвигаясь вверх.

Роксана едва дышала, но, собрав волю, вцепилась в простыню, не давая ей опуститься ни на миллиметр.

— Ты приглашаешь меня на свидание?

— Да, на свидание.

— Хорошо. Что мне надеть?

— Что-нибудь сексуальное.

После этого он встал, пересек комнату и вышел.

Роксана услышала, как он снаружи поворачивает дверную ручку, проверяя, закрылась ли дверь на замок.

— Слишком все хорошо, чтобы быть правдой, — пробормотала Рокси, оставшись одна в комнате.

Она сидела, обняв себя руками, не решаясь расстаться с тем ощущением безопасности, которое дарила ей укрывшая ее простыня.

Помни, помни о том, как он опасен. Он вызывает привыкание похлеще самого страшного наркотика.

Нет. Я контролирую ситуацию. Я могу побыть с ним еще немного. И я найду в себе силы уехать.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Все время, пока Рокси стояла под душем, она прислушивалась — не щелкнет ли дверной замок.

Милли вполне могла впустить Люка еще раз.

Ну что поделаешь, легкая паранойя, сказала она женщине, смотревшей на нее из Зазеркалья.

Рокси взяла расческу. Расчесывать спутанные волосы было куда менее болезненно, чем наводить порядок в собственных мыслях.

Пристрастие к алкоголю — легко предсказуемое явление. В ее жизни было несколько лет, когда она училась в колледже, и никто не подозревал, что она пьет каждый день. Просто для того, чтобы поддержать себя в течение дня… Так она объясняла самой себе, и ее это очень долго устраивало. А потом умерла мама. И ей внезапно потребовалось гораздо больше спиртного, чтобы поддерживать себя.

Пристрастие к алкоголю значит, что ты не можешь без этого жить.

Женщине, отражавшейся в зеркале, хотелось выпить. Так было все время. Начиная с девятнадцатого ноября, дня, когда она решила больше не пить, она все время думала о выпивке. Ей оставалось только молить бога, чтобы он дал ей спокойно прожить еще один день и не сорваться.

И вдруг в ее жизни появился Люк.

Чего ему будет стоить еще день в ее компании?

Казалось, он совершенно убежден, что город простит ему его проступки и забудет о них.

А через пару дней я помчусь отсюда со всей скоростью, на которую способен мой «Порше».

« Женщина смотрела на нее из зеркала глазами, по которым невозможно было бы определить ее возраст. Ей нельзя забывать, что все это временно. Он не может принадлежать ей. Этот легко краснеющий юноша с близлежащей фермы слишком чист. Он из другого мира.

И к тому же у него есть Карла.

Хотя совершенно очевидно. Карла ему не нужна.

Но ведь Рокси еще ничего не рассказывала ему о своем прошлом. А Карла обещала простить… Рокси уедет, а она останется рядом.

Сердце заныло, и Роксана потерла кожу на груди.

Один день. Я пробуду с ним еще один день. Он будет мой — весь, целиком. Привыкание не возникает за один день.

Роксана взбила волосы. Выглядит она просто роскошно, но ее веснушки слишком ярко и весело рассыпались по лицу, шее, плечам. Это ужасно.

Впрочем, Люк уже видел их все. Мало того, они ему нравились. Вот безумец!

Роксана провела золотистой помадой по губам.

Немного темно-коричневых теней, чтобы взгляд пронизывал глубже, тушь на ресницы — и все. Просто, но со вкусом.

Из теплого пара ванной Роксана вышла в тишину пустой комнаты, огляделась, не зная, что ей делать дальше, — свидание не было для нее обычным делом. Постояв с минуту посреди комнаты, она решительно вздохнула и отправилась навстречу новому дню.

Люк сидел в своем пикапе, припаркованном в жидкой тени чахлого деревца. Хотя было раннее утро, на улице стояла жара. Роксана порадовалась, что не стала накладывать более основательный макияж, ей казалось, что она тает под горячим солнцем. Люк вышел из машины и двинулся ей навстречу.

— Как самочувствие? — спросил он, внимательно глядя Рокси в лицо.

— Прекрасно, — пропела она в ответ. — Не спрашивай меня об этом. Я с трудом сохраняю спокойствие. Я схожу с ума от счастья, когда я рядом с тобой, и от ужаса, когда думаю про все остальное. Отвлеки меня от этих мыслей. Сделай так, чтобы я забыла обо всем на свете.

Роксана окинула его взглядом с ног до головы.

— Я решила ни о чем не думать. Я в отпуске. И мне очень хочется, чтобы меня очаровывал симпатичный парень, проникший сегодня утром в мой номер.

— Правильно. Ты выбрала прекрасное место для отпуска. Залезай в машину, я покажу тебе все самые расчудесные достопримечательности наших краев.

— Все-все? — промурлыкала Рокси.

Ее голос действовал на Люка безотказно. Он игриво улыбнулся — перед Рокси он совершенно не скрывал реакций своего тела. Он хотел ее. Хотел все время.

Люк распахнул дверцу машины, и вся смелость Рокси куда-то пропала. Ей показалось, что сейчас она собирается дать обещание, которое не сможет сдержать.

А у Люка было ощущение, что ему снова шестнадцать лет, и перед ним девочка из группы поддержки, которая ему нравится так безнадежно. Ему понабилось три долгих года, чтобы завоевать ее.

На что я обрекаю себя на этот раз, думал он.

Рокси, собиравшаяся сесть в машину, вдруг повернулась к нему.

— Могу поспорить, у тебя ко мне куча вопросов.

Но я поеду с тобой, только если ты обещаешь меня просто накормить. Никаких вопросов. Просто завтрак и… десерт.

Пожалуй, она была шустрее, чем девочка из группы поддержки.

— Значит, в таком порядке?

Роксана улыбнулась. Сегодня она хорошо выглядела — просто красавица, но в ней было что-то еще.

Что-то, что беспокоило Люка с самого начала. Ее что-то терзало изнутри, и это был отнюдь не диабет. Он бы многое отдал, чтобы узнать, в чем ее секрет.

Люк смотрел, как она садится в машину, и не мог не восхищаться ее великолепной фигурой, фантастически длинными стройными ногами, которых совершенно не скрывали коротенькие шорты. Еще немного, и у него, пожалуй, свесится язык и потечет слюна. В таком настроении ему трудно будет вести машину. Он готов заняться с ней любовью прямо тут, на сиденье…

Все-таки Люк сел за руль и поехал. Он был рад необходимости все время смотреть на дорогу, потому что ему надо было срочно на что-нибудь отвлечься. Эта Рокси была та еще штучка. Шериф подозревал, что она может стать одной из тех проблем, безболезненно решить которые не удается.