Звёздный дар - Александр Абердин

Второй переполох в Белом доме

Президент Джозеф Бах был в гневе. Он рвал и метал. Его до глубины души оскорбило публичное обращение китайского премьер-министра ко всем китайцам, но ещё больше он был возмущён обращением ко всем жителям Земли русского президента. К тому же разведка доложила ему, что вскоре эти политики собирались где-то встретиться в самое ближайшее время и заключить какое-то секретное соглашение. Однако, хуже всего было то, что русские уже приступили к работе и даже начали конструировать какой-то летающий космический отель. Они не стали делать из этого секрета и их телевидение, все каналы которого работали теперь круглосуточно, тотчас раструбило об этом на весь мир.

Сам же президент великой супердержавы к этому времени даже не соизволил назначить день и время своего обращения к нации. Это немедленно отразилось на его рейтинге и теперь его спичрайтеры срочно строчили для него текст выступления, а сам он ругался с женой и своими имиджмейкерами, которые предлагали ему надеть костюм строго, тёмного цвета, в то время, как сам он хотел снова предстать перед нацией в образе рубахи-парня, славного ковбоя Джо. Обруганные имиджмейкеры и сердитая жена всё-таки победили.

До начала записи оставалось ещё полчаса и он решил переговорить с генералом Колли. Тот вот уже часа три изнывал от нетерпения в Голубой гостиной и при его появлении быстро вскочил с дивана и чуть ли не вытянулся по стойке смирно, глядя на своего президента преданными глазами. Вид этого бравого вояки подействовал на президента Буча благотворно и он немедленно успокоился. По его сосредоточенной физиономии президент сразу же понял, что у того, наверняка, есть для него какие-то хорошие новости, а это было как раз именно то, в чём он сейчас особенно нуждался.

Вальяжным жестом предложив своему советнику сесть в кресло, он расслабленно рухнул в другое и посмотрел на него с насмешливой улыбкой. Всё то, что произошло вчера в Китае и России, конечно, было неприятностью, но отнюдь не такой, на которую стоило обращать внимание. Всё пока что было не так уж и плохо, хотя и грозило некоторым оттоком специалистов из числа русских, приехавших в Америку.

Расслабленно выдохнув воздух, он спросил генерала:

— Что скажешь Пол? Ты уже придумал, как нам избавиться от этого подарочка?

— Да. — Коротко ответил тот и продолжил после короткой паузы — Нам нет нужды суетиться, Джо. В своем сегодняшнем обращении ты скажешь, что Америка великая страна, которая способна решить любую техническую задачу, сколь сложной бы она не была. Затем ты вскользь скажешь о том, что в эти дни наша страна не должна тратить силы и средства на политическое шоу и предложишь Джону Старку стать твоим вице-президентом без всяких выборов, чтобы сплотить нацию перед лицом всего мира. Отказ убьет его, как политическую фигуру, а согласие сделает послушной марионеткой в твоих руках. Но самое главное заключается в том, что мы вовсе не станем строить сверхсовременный космический корабль, а построим такую колымагу, которую русским придется тащить на себе. Наш шатл просто не сможет развить такую же скорость и это станет ясно только тогда, когда до старта останется примерно полгода. Русские разгонные блоки гораздо лучше наших, а потому им не составит особого труда вдвое увеличить тягу. Мы, разумеется, опозоримся, но в итоге сможем пристыковать наш шатл к их кораблю. Зато мы сможем разместить на его борту водородную бомбу огромной мощности, замаскированную под ракетный двигатель и русские сами отвезут её на этот «Звёздный подарок». Как только мы убедимся в том, что оба корабля прошли сквозь защитное поле, ты нажмёшь кнопку и мы забудем о всех своих неприятностях. Первое время нас будут обвинять во всех смертных грехах, но мы, таким образом, сохраним своё превосходство в мире и всё будет идти прежним чередом. Америка останется супердержавой на все будущие времена и никто не сможет диктовать нашей стране свою волю, никто не сможет стать выше нас.

Президент Бах покачал головой и, пристально глядя генералу Колли в глаза, сказал:

— Да, это действительно хороший план действий. В крайнем случае мы сможем свалить всю вину на чьи-то козни. Виноваты будут кто угодно, корпорации, арабы, зелёные человечки, но только не мы. Ты сможешь обеспечить такую степень отстраненности, Пол? У тебя хватит на это сил и ума? В деньгах у тебя не будет недостатка.

Советник безопасности поёжился, но взгляда не отвёл. С каменным выражением лица он твёрдым голосом ответил:

— Мистер президент, это не моя прихоть, а наша обязанность перед грядущими поколениями. У меня есть всё необходимое для того, чтобы предотвратить позор и гибель Америки.

Президент улыбнулся и крепко пожал руку своему советнику. Этот короткий разговор не только придал ему сил, но и уверенности в том, что уж теперь-то он точно останется в Белом доме на второй срок. Однако, радость его была преждевременной, поскольку уже через несколько минут, он ещё не успел дочитать текст своего обращения к нации, ему доложили, что с ним хочет поговорить по телефону кандидат в президенты от демократов и, вдобавок ко всему, грозится самыми жуткими карами, если он откажется разговаривать с ним.

Делать было нечего и Джозеф Бах согласился выслушать этого крикуна. Пройдя в кабинет вместе со своим советником по национальной безопасности, он включил громкоговорящую связь и елейным голосом спросил:

— Добрый день, мистер Старк, вы хотели поговорить со мной о чем-то важном? Я слушаю вас.

Джону Старку было не до любезностей и он заорал:

— Мистер президент, тут до меня дошли слухи о том, что в своем обращении к нации вы собираетесь предложить мне стать вашим прихвостнем и отменить выборы к чертовой матери! Вы, что совсем сдурели? Только попробуйте сделать это и я вылью на вас всю ту грязь, в которой вы извозились за последние двадцать лет! Я не пожалею ни вас, ни ваших детей, мистер президент! Раз вы намерены перейти все границы дозволенного, то и я буду действовать точно так же и мне плевать на то, что от этого пострадает имидж всей Америки и весь мир будет считать Белый дом гнездом подлости и разврата, Конгресс скопищем негодяев, а вас, мистер президент, последним мерзавцам. Я вам все припомню! И то как вы сдали Македонию албанцам, и то, как по вашему личному приказу из Афганистана перевозили наркотики в Европу на американских военно-транспортных самолетах, и даже то, как ваш папаша, который был ещё большим негодяем, вступил в сговор с Саддамом Хусейном. Я вас смешаю с такой грязью, мистер президент, что вы никогда не отмоетесь. Так что хорошенько подумайте обо всем этом прежде, чем начнете записывать свое выступление.