Князь Сибирский. Том 1 (СИ) - Антон Кун

он скривил такую, какая была у одной моей подруги, когда она случайно узнала, что помидоры — технически ягоды. А до этого несколько месяцев распиналась перед всеми, что питается одними овощами и фруктами. По мне так пофиг, хоть ягода, хоть овощ, главное, что вкусно, ан нет. Оказывается, для некоторых особ разница есть.

— Это правда? — спросил Олег, посмотрев на меня.

Я пожал плечами. Он ждал.

— И да, и нет, — ответил я. — Бить не бил. Не люблю я, когда мужчина женщину бьет, но хорошим манерам научить было нужно. Вот я шапку с нее и сбил. Чтобы не думала, что она там главная. Поговорить я с ней хотел, но не дали.

— Если не бил, значит все в порядке. А уму разуму надо учить словами. Хотя сам знаю, не всегда оно срабатывает, — рассудительно произнес Олег.

— Согласен.

— Все, этот вопрос закрыли. Василий, — снова обратился он к Скале. — Сделай так, чтобы эти двое держались подальше. По крайней мере в бараке.

— Только в бараке и смогу помочь, — пробурчал Василий «Скала» Джонс.

— Этого пока будет достаточно.

Я видел, что Олега здесь уважают. И не только Василий прислушивался к нему. Я видел, как на его слова реагируют другие зеки. У меня не было сомнений, скажи он им что-то, послушаются и не пискнут. Но почему-то Олег предпочитал решать такие вопросы через Василия. Может не хотел лезть через голову? Или не хотел становиться паханом? В общем, каким бы прожженным организатором я себя не считал, а всегда жизнь сведет с тем, у кого есть чему поучиться. Мотать на ус я умел. С языком бывали проблемы, а с усами никогда.

Сирена всполошила всех присутствующих в бараке.

— Готовимся к выходу! — произнес голос из динамика. — Через десять минут в очередь по одному у тамбура. Выходим, строимся в колонну по двое справа от входа.

— На первый-второй рассчитайсь! — бросил Скала, и зеки принялись называть номера. — Новенький, будешь первым, — назначил мне номер пахан после того, как Олег назвал номер два.

Вот и меня посчитали. В голове всплыл козленок, который всех считал, и я усмехнулся.

— Твой шкафчик самый правый, — бросил мне Олег на ходу. — Там бушлат, теплые штаны, варежки. Инструмент выдадут на месте. Шапку не забудь.

— Не маленький. Сам разберусь. А куда мы?

Олег непонимающе глянул на меня.

— Работать, конечно. Ты же не думал, что на курорт попал?

— Надеялся, но песок у вас тут слишком белый и холодный. Не мой вариант.

— Это да, такой вариант никому не в жилу, но что поделать. Раз сюда попал, будь бобр.

Отчего-то эта привычная подмена слов порадовала меня даже больше, чем то, что не пришлось драться со всем бараком. Я показал Олегу палец вверх и пошел к своему шкафчику.

На улице день был в самом разгаре. Странно, что зеков так поздно на работу погнали. Солнце висело высоко над забором с колючей проволокой, но, судя по всему, там было ему самое место. Мне вот все же интересно. Сейчас какое время года? Если судить по солнцу, должно быть лето. Я не был в этих широтах в своем мире, но предполагал, что зимой этот мировой фонарь был бы пониже. Полгода ночь, полгода день — это еще из школьной программы в голове осталось. Но это за полярным кругом. Тут же вообще все было как-то перепутано. Если лето, то какого хрена так холодно и лед со снегом вокруг? Если зима, то почему солнце так высоко? Непонятно.

Но вот с температурой тут мне точно не прокатило. У нас в Красноярске такое ощущение бывает только в разгар зимы, да и то, если гулять вдоль Енисея. Река не замерзает, и зимой от высокой влажности хоть на стену лезь, а точнее в тулуп кутайся.

Мы вышли и построились по парам, как в детском саду детишки. Не хватало только воспитательницы с огромными сиськами и красным флажком в руках. Мне вот всегда было интересно, зачем воспитатели в младших группах так одеваются? Детей приманивают, что от груди совсем недавно отучились или же их папаш?

Я оказался в паре с Олегом и порадовался этому. Зря! Не долго мучалась старушка в высоковольтных проводах. Подошел одетый в черный бушлат красномордый и, отвратительно так покосившись куда-то в сторону здания, произнес:

— Ты, ты и ты, — он ткнул пальцем в меня, умника и его дружбана, — работаете сегодня в одном звене. Запомнили? Повторять не буду.

Глава 7

Повторять мне прописные истины не нужно. Я и так понял, что подстава она и в Африке подстава. Даже не сомневался, что рано или поздно эта штука вылезет наружу, как гной из прыща. Если умник и его дружок… Хотя кого я обманываю, обладатель толстых пальцев-сосисок был не способен на такое. Договориться с власть имущими тут мог только умник. Его и будем упрекать за то, что мне в напарники достались два отморозка.

Тут главное всегда помнить, кому обязан этим, и держать ухо востро. Я и так держал востро все, что могло держаться. А уж забыть, кому обязан попаданием на каторгу, совсем не смогу. Интересно, доведется ли мне еще пересечься со Снегуркой? Хотя, о чем это я? Ведь дал слово, что заведу с ней тесные знакомства седьмой степени, не с закрытыми же глазами мне это делать. Значит найду и увижу. Главное не отморозить себе все в этой канители с зеками.

Но с отморозками в звене мне определили работать. А вот идти к работам с ними меня никто не заставлял! А потому я встал в пару с Олегом, когда наш небольшой отряд был готов выдвигаться для проведения оперативно разыскной деятельности по отношению к кристаллам аквамарилла. Я представления не имел, как эти кристаллы искать или добывать, но думаю справлюсь с этой задачей, если даже такие, как человек-пальцы-сосиски справляется.

Вокруг нашего отряда образовался дырявый конвой из чернобушлатников, и зычный голос командира выкрикнул команду: «Ходу!»

Серые бушлаты мягко зашуршали, и порабощенный ненасытной властью народ отправился добывать блага для процветания этой самой власти.

Сделать такие выводы было несложно. Если есть хозяева каторги, где добывают кристаллы, а кристаллы используются повсеместно, как аналог электричества, то наверняка семьи, чьими фамилиями названы эти гостиничные комплексы богатеют и добреют на работе зеков. А еще это их развращает и делает своенравными и дерзкими. С одним из таких представителей в виде наследной княгини мне довелось встретиться. И что-то я не заметил с ее стороны хоть немного гуманного отношения ко