Ошибка... - Арина Грей

вести себя с ним? Он же не просто так сказал мне, что ничего не было. Для него это было важно? А ещё его прикосновения. К моим губам, к моим рукам. И что делать с тем, что эти прикосновения мне…приятны. Сказать ему об этом? А вдруг мне всё показалось. Вдруг я желаемое выдаю за действительное. Ведь зачем ему я. Я простая, неприметная, деревенская, неопытная девчонка. А он. Он красивый, взрослый, запретный. Там в Москве ему девушки прохода наверно не давали. И какие девушки. Ухоженные, стильные, сексуальные. Не чета тебе, Кира. Именно таких я и вижу рядом с ним. И пусть он сказал, что у него нет никого, это ничего не значит. Он мог соврать. А может просто поругался со своей невестой. А может и вовсе не хочет серьёзных отношений. Нет. Всё таки, Кира, выбрось всю эту дурь из головы. Не для тебя он. Не для тебя…

* * *

Сегодня я затеяла грандиозную стирку. Много чего накопилось. Поэтому я нагрела воды, всё подготовила и отправилась к Стасу. Надо же и его вещи постирать. Не ходить же ему в грязном. Особенно после сражения в курятнике.

Я уже хотела зайти в летнюю кухню, как он сам вышел мне навстречу.

— Стас, у меня стирка сегодня. Так что давай, неси и своё. — сказала я, после чего он скрылся в комнате.

— Вот, держи. Только вот эти футболки на деликатном режиме надо стирать. — вручил он мне свою одежду, вернувшись из летника.

Я посмотрела на него и потом засмеялась. Если смех продлевает жизнь, то я наверно буду жить очень долго. И за это спасибо Стасу. Вот как мне перевоспитать этого столичного жителя? Он нахохлился и с обидой посмотрел на меня.

— Кира. Сколько можно? Ты постоянно надо мной смеёшься. Рядом с тобой моя самооценка падает настолько низко, что я вообще не знаю, смогу ли я когда-нибудь её поднять.

— Прости, Стас. Я не специально. Оно само получается. — ответила я. — Ну а если серьёзно, то я очень постараюсь переключить свои руки в нужный для тебя режим.

— В смысле…ты. Ты стираешь вручную? — сильно удивился он.

— Конечно. Мы же в Ястребовке с тобой сейчас находимся, городской. Ты что, забыл? — улыбнулась я.

— Я понимаю, но…Ладно, нет у Вас тут сверхновых стиральных машин. Но какие-то другие варианты и приспособления должны быть. — продолжал недоумевать он.

Я лишь отрицательно замотала головой.

— Тогда пошли. — обречённо вздохнул он, подошёл ко мне и забрал вещи из моих рук. — Сегодня будешь учить меня стирать.

Нет, городской. Всё же не всё с тобой потеряно.

* * *

После очередного продуктивного дня, мы сидели со Стасом на крыльце. Он внимательно разглядывал свои руки, на которых образовались мозоли от ручной стирки.

— Сильно болит? — поинтересовалась я.

— Да брось, нормально всё. Просто непривычно. — ответил он и взял в руки мою ладонь. Я растерялась от такого жеста.

— А ты сама-то не пострадала? — как-то обеспокоенно спросил он и продолжил изучать мои пальцы.

— Нет. Я же привыкла к такому. — пожала плечами я.

— У тебя красивые руки, Кира. Такие руки не должны к такому привыкать. — печально произнёс он, а я просто забрала свою ладонь назад.

Я не знала, что ему ответить. Поэтому между нами повисла неловкая пауза.

— Кира. Я у тебя в комнате много книг увидел. Ты много читаешь? — разбавил тишину своим вопросом Стас.

— Читаю. Мне нравится. — ответила честно я.

— А что читаешь?

— Всякое. И художественную литературу люблю, классику. Но сейчас больше подготовительного материала изучаю.

— Подготовительного? А куда готовишься? — заинтересовался он.

— Я в том году школу окончила. Сразу поступить не получилось. Вот год готовилась, читала. Я бы на юриста пошла учиться. Законы знать, права людей защищать. Думала этим летом всё сложится, но с моей Аннушкой беда случилась. Не знаю, уеду ли? — обречённо сказала я.

— Кира. Посмотри на меня. — сказал Стас.

Я повернула к нему голову. Парень взял меня аккуратно за подбородок.

— Я надеюсь, что твоя бабушка поправится и всё сложится. Ты…ты невероятная девушка, Кира. Я редко это говорю. А может и вообще впервые. Тебе обязательно надо уезжать отсюда. Ты просто погибнешь здесь, малышка. Может и есть в этом месте какая-то далёкая первобытная прелесть, но не для тебя оно, правда. Ты большего заслуживаешь. Самого лучшего. Поняла? — закончил он, а потом заправил за ушко мою прядь волос.

И что я должна сейчас сделать? Мне никогда не говорили таких слов, тем более такие парни. Как себя вести? Мне и приятно, и страшно, и волнительно одновременно. Хочется, очень хочется открыться навстречу своим чувствам. Понять и принять эти новые, непривычные ощущения. Хочется в ответ дотронуться до этого парня. Неприспособленного, избалованного, малознакомого…но такого настоящего. Почувствовать под своей рукой крепкие мужские плечи, загорелый рельефный пресс, аккуратную щетину…Хочется любоваться его мальчишеской улыбкой и добрыми карими глазами. Так хочется, что всё внутри распирает от этого желания. Но как это сделать? Боюсь всё испортить. Я же ничего не умею. Даже поцелуя у меня ни разу не было настоящего. Да и надо ему это всё? Может он как к сестре младшей к тебе относится, Кира. Или совет дружеский дать хочет. Почему сложно всё так? Нет. Всё же надо собраться. Попробуй, Кира. Не попробуешь, не поймёшь. Да и что тебе от этого будет? Если даже сделаешь что-то не так. Даже если опозоришься. Он уедет скоро, и все всё забудут.

Я уже набралась смелости и хотела действовать, как Стас наклонился и поцеловал меня…в лоб.

— Спокойной ночи, солнце. — сказал он и ушёл к себе в летник.

Ну вот и решилась твоя сложная задачка, Кира. Глупая фантазёрка. Тебя этот парень в лоб поцеловал. Так целуют детей маленьких. Ни в губы, ни в щёку, а просто в лоб. А ты тут в себя поверила. Даже рада, что всё так получилось. И дурой не предстала перед ним, и с небес на землю спустилась.

Я увидела, как в летней кухне погас свет и встала на ноги.

— Спокойной ночи, городской… — сказала я тихо в пустоту и пошла в дом.

Глава 13. Стас

Прошло ещё несколько дней моего пребывания в этом уникальном месте под названием Ястребовка. Я здесь нахожусь чуть больше недели, а такое чувство, что прожил пол жизни. Даже не знаю, с чем это связано. А ещё начали стираться чёткие грани осознания того, для чего я здесь. И лишь моя головная боль напоминает