Поколение iP - Антон Казун

iPhone тем временем проталкивался внутрь. Девушка издала приглушенный стон, а лицо ее исказилось от боли.

– Хватит, прекрати, неужели тебе настолько нужен этот приз, – не выдерживаю я. Меня за плечо тут же берет толстый мужик, принимавший ставки, и делает знак молчать.

iPhone продолжал свой путь в женское лоно. По всему было видно, что девушка испытывает сильную боль, но она почему-то продолжала…

«Надеюсь это не ее первый раз» – мелькнула в голове страшная мысль.

– Осталось две минуты, – беспощадно произнес ведущий.

Девушка сделала резкий точек, и тут же из ее груди вырвался крик. Мне показалось, что я заметил струйку крови, сбегающую по ноге девушки.

Девушка в белой маске сделала несколько неуверенных шагов вперед и, сильно сжимая ноги, проковыляла через белую линию. Зал разразился овациями. Мне сделалось дурно. Когда девушка вынимала свой «приз», сомнений уже не оставалось – кровь была.

Толстый мужик, наконец, убрал руку с моего плеча. Я молча развернулся к стойке бара.

– Long Iceland Ice Tea, – бормочу я бармену, – Хотя нет, лучше водки с колой… Или даже без колы.

– В первый раз здесь? – улыбаясь, спрашивает бармен, – Меня тоже изнасилование телефоном в первый раз впечатлило. Отвечаю на твой предполагаемый вопрос – этот раз не был исключением из правил. В прошлом году обе девушки эту штуку в себя засунули – представляешь, какое унижение чувствовала проигравшая? А в другой раз победительнице пришлось вызывать скорую помощь из-за сильного кровотечения. Но когда девушки видят, что до желанной цели осталось всего несколько шагов, они почему-то теряют остатки здравого смысла.

– Отвратительно это, – фыркаю я, залпом выпивая водку. – Повтори мне.

В опыте поколения iP есть страшные вещи, которые неприятно вспоминать, но про которые нельзя не рассказать. Все стремятся попасть в VIP-список, но некоторые неправильно рассчитывают приемлемую для себя цену. Что лучше, 10 минут анонимного унижения или 2 месяца скучной работы? Обе цены, на мой взгляд, слишком велики.

Я перечитываю то, что записал после организованной мною вечеринки. Теперь эта запись не кажется мне такой уж глупой:

«Поколение iP нуждается лишь в букве «V», чтобы стать поколением VIP, но проблема в том, что «V» для нас часто значит вендетту со всем миром. Лишь немногие рассматривают свою «V» как Victory, победу в чем-то реальном. Мы, как и любое поколение, обеспокоены двумя вещами – нашим личным статусом и статусом всего нашего поколения. Те из нас, кто решил первую проблему, иногда забывают про вторую, другие же напрямую связывают решение первой задачи с решением второй – и именно здесь начинается вендетта»

Вендетта

Товарищ, верь: взойдет она,Звезда пленительного счастья,Россия вспрянет ото сна,И на стаканчиках СтарбаксаНапишут наши имена!

Люди выходят на улицы, затем что-нибудь случается, но люди возвращаются снова. Сегодня уличный протест стал важной формой участия в общественной и политической жизни страны.

Во многом второе дыхание у протестных движений появилось благодаря интернету. Митинги оцифровываются и обретают вечность. Если мы почитаем работы Тарда, ЛеБона и Московичи, то увидим, что характерной чертой толп прошлого была анонимность, а также безнаказанность действий коллективных акторов. В наше время протест индивидуализируется. Речь идет даже не о том, что благодаря камерам можно установить личности всех нарушающих закон граждан – хотя это тоже крайне важно. Наиболее важна возможность быть услышанным – чтобы все узнали именно твою историю, а не только коллективные требования «хлеба и зрелищ».

Оглянитесь вокруг и посмотрите, какие разношерстные группы выходят на улицу вместе. Некоторые предлагают свои коллективные истории (например, студенты против реформы образования), другие индивидуальные (например, уволенная по политическим мотивам учительница). И эти люди пришли поведать свою историю не просто сотне человек, которые стоят рядам – они обращаются к огромной аудитории интернета. Их протест, марш, митинг будет оцифрован, его можно будет показывать внукам через 50 лет.

Среди протестующих очень много представителей поколения iP. Что же они делают на улицах? Им хватает денег на еду, у них еще не успели отнять работу, более того, они достаточно умны и образованны, чтобы иметь неплохие шансы на светлое будущее. В руках они держат «игрушки», стоящие как несколько зарплат рабочего на заводе. Есть ли у них вообще право на протест?

Разумеется, есть! Молодые люди очень хорошо чувствуют свои коллективные интересы. Правила игры придуманы до них, все самые лучшие места заняты – необходимо переломить ход событий, заставить элиту впустить в себя новые кадры. Да, им нужна власть! Только получат ли они ее таким способом?

Вероятно, не все согласятся с тем, что протесты и вечеринки для поколения iP являются вещами одного порядка. С этим просто нельзя соглашаться, ведь это противоречило бы протестному дискурсу и в первую очередь идее о сотворении новой истории. Но от фактов трудно уйти – протест по природе своей все тот же event. На митингах, в «авозаках», на политических собраниях и т. д. молодые люди знакомятся с такими же как они. Протесты не хуже конференций позволяют увидеть, насколько умным является тот или иной человек, насколько адекватны его взгляды. На улице складывается крепкая дружба, контакты, которые через годы могут превратиться в могущественные политические связи. И после этого кто-то считает, что поколение iP выходит на протесты для забавы?

Доля развлечения в протестах, как и в любом event, безусловно, есть. И после митинга многие расходятся по барам и кофе, чтобы обсудить только что пережитые ощущения. Один event плавно переходит в другой – это закономерное явление. Более того, некоторые участники протеста устраивают один event внутри другого, заходя на время в кафе или просто располагаясь на импровизированный пикник.

Не знаю, можно ли называть политические протесты королями среди events, но они, безусловно, являются одной из самых важных форм. Каждый event соединяет и генерирует определенные виды ресурсов. Вечеринки – сексуальность, конференции – академические знания, протесты – гражданскую активность. Эти ресурсы доступны нашему поколению и именно сейчас у нас появились способы масштабного сбора и использования таких ресурсов.

Нигде в другом месте нельзя увидеть столько представителей поколения iP сразу, как на протестах. Здесь уже не вечеринка на 500 человек – здесь все серьезно. Разумеется, мое поколение составляет не более трети от общей массы митингующих, однако это наиболее креативная и организованная ее часть. Да, они ищут справедливости, каких-то политических свобод, но в первую очередь в этой толпе они пытаются найти друг друга.

Наша вендетта, моя вендетта обращена не только в политическую жизнь, но и к успеху вообще. У многих где-то глубоко в подсознании засела песня, которая так часто звучала в нашем детстве: «Выбери меня, выбери меня, птица счастья завтрашнего дня». Хотя поколение iP и не слушает старых песен, в нас все еще живет этот маленький ребенок, ищущий свою птицу счастья. И очень хорошо, что мы еще не отчаялись и что этот ребенок еще существует. Но что же мы придумали для того, чтобы получить наше личное счастье завтрашнего дня?

Продать себя. Целиком и полностью. Поколение iP щедро выложило свои товары на рынке счастья.

Гулять по городу с плеером в кармане и наушниками в ушах опасно по двум причинам. Первая – тебя может сбить машина. По крайней мере, она может попытаться это сделать. И очень обидно, если тебя собьет Лада-Калина, уж если смерть, то под колесами чего-нибудь посолиднее, например, Бентли.

В этот раз Бентли совершило попытку сбить меня, неожиданно дав задний ход. Дорогая машина остановилась всего в сантиметре от меня.

Настроение было плохим, песня в ушах играла грустная, потому спокойный в обычных ситуациях я громко выругался и легонько пнул машину по колесу.

Вторая проблема наушников состоит в том, что ты не можешь рассчитать громкость, с которой ты говоришь. Возможно, мое восклицание оказалось слишком громким. Возможно, не стило трогать колесо. Как бы там ни было, дверь со стороны водителя открылась, и оттуда с руганью вывалился здоровый мужчина. Я успел только вынуть наушники из ушей и мысленно попрощаться с жизнью.