Путешествие Гектора, или Поиски счастья - Франсуа Лелорд

Например, почему шампанское (или отличное пиво, или великолепные вина, которые очень любит Эдуард) делает почти всех счастливыми? В разных странах люди пьют напитки для взрослых, когда хотят устроить праздник, гулять и веселиться, и все у них получается — они становятся радостными и довольными, причем все одновременно.

К сожалению, стоит им выпить слишком много, и они делают ужасные глупости, некоторые из рук вон плохо ведут машину и попадают в аварию, другие ввязываются в драки, кто-то теряет осторожность: занимается с кем попало тем, что люди делают, когда влюблены, и подхватывает дурные болезни. К тому же некоторые пьют так часто, что на них алкоголь уже не действует. И тогда они начинают пить без остановки и болеют все больше и больше. (Там, в Китае, Эдуард, возможно, был уже в нескольких шагах от этой скверной привычки.)

Это заставило Гектора задуматься: если алкоголь дает людям счастье и одновременно воздействует на мозг (достаточно послушать того, кто слишком много выпил), значит, в мозгу есть какое-то место, делающее человека веселым и довольным, и оно активизируется алкогольными напитками. Гектор обрадовался, потому что у него получился хороший вопрос, который он задаст знаменитому профессору — специалисту по счастью.

А таблетки, которые производят в лабораториях? На данный момент они могут вернуть былую радость человеку, который стал слишком грустным или испытывает страх. Но что будет в тот день, когда в какой-нибудь лаборатории создадут таблетку, делающую нас такими счастливыми, как никогда раньше? Захочется ли Гектору прописывать ее своим пациентам? Он не был в этом уверен.

Гектор достал свой блокнот и записал:

Вопрос. Возможно, счастье — это просто химическая реакция в мозгу?

Чтобы вознаградить себя за продуктивную умственную работу, Гектор знаком подозвал стюардессу, и она с улыбкой налила ему очередной бокал. Он находил ее очень хорошенькой, но знал, что это может быть эффектом шампанского, к тому же его жизнь и так уже достаточно запуталась — с Кларой, Инь Ли и кузиной Мари-Луизы, которая сказала, что иногда проводит отпуск в его стране.

Он задумался, почему не влюбился в нее так же, как в Инь Ли, но вы уже сами угадали ответ, если внимательно читали. С кузиной (не будем называть ее имя на всякий случай, вдруг вы встретите ее в городе Гектора) он разделил только веселье. Тогда как с Инь Ли он разделил все — и веселье и грусть. С Кларой, конечно, тоже, но в последнее время они слишком часто разделяли еще и скуку, и раздражение, и усталость.

Ему хотелось с кем-нибудь поговорить об этом, но рядом никого не было, поскольку он находился в той части самолета, где места стоили настолько дорого, что там почти никто не летел. И даже если бы у него имелся сосед, Гектору пришлось бы сильно наклоняться вбок, разговаривая с ним, — ведь подлокотники были очень широкими. Интересное наблюдение: это, по всей видимости, означало, что для богатых счастье заключается в том, чтобы ощущать себя в одиночестве, по крайней мере в самолете.

Тогда как для бедных, например для тех маленьких женщин на клеенках, счастье в том, чтобы быть среди друзей. Правда, в самолете нельзя быть уверенным, что сосед окажется другом, и потому лучше прибегнуть к предосторожностям.

В этот момент снизу, из салона, где билеты дешевле, поднялась стюардесса и что-то сказала своим коллегам. Они выглядели обеспокоенно. Гектор подумал, не из-за проблем ли с самолетом, и приготовился снова поразмышлять о смерти. На этот раз в гораздо более комфортных, чем в кладовке, условиях.

Одна из стюардесс пошла между рядами, спрашивая, нет ли среди пассажиров врача. Гектор пребывал в затруднении: если ты психиатр, ты — настоящий врач, однако из года в год подолгу выслушивая людей, понемногу теряешь привычку лечить нормальные болезни. И главное, он опасался, как бы не оказалось, что какая-нибудь женщина вот-вот родит ребенка и врача ищут для этого. Гектор всегда этого боялся во время путешествий на поезде или самолете. В бытность студентом он ни разу не проходил практику в больницах, где дети появляются на свет. Он, конечно, изучал эту дисциплину, но в очень быстром темпе, за одну ночь перед экзаменом, и теперь многое подзабыл. К тому же учеба и реальность — разные вещи. Поэтому он испытывал замешательство, но все-таки подал знак стюардессе и сказал, что он настоящий доктор.

Стюардесса выглядела довольной, потому что, как она объяснила, во всем самолете не нашлось ни одного медика или, по крайней мере, человека, готового в этом сознаться. (Причину Гектор понял позже, вы еще об этом узнаете.)

И Гектор покинул свой маленький рай, чтобы проследовать за стюардессой в эконом-класс. Пассажиры в креслах провожали его взглядом, и это его немного обеспокоило: а вдруг, узнав, что он врач, все они захотят получить консультацию?

Стюардесса подвела его к женщине, которой, по виду, было очень плохо.

Гектор заговорил с ней, но получалось скверно, потому что у нее сильно болела голова и она не знала языка Гектора. А ее английский и Гектор и стюардесса из-за акцента понимали с трудом.

Несмотря на слегка отекшее лицо, какое бывает у тех, кто злоупотребляет алкоголем, не похоже было, чтобы она выпила. В конце концов она достала из сумки лист бумаги и протянула Гектору. Это был медицинское заключение, гораздо более понятное врачу. Полгода назад женщине сделали операцию в голове, потому что кусочек ее мозга начал неправильно расти, и ей удалили этот плохой отросток. Тогда Гектор увидел, что у нее не настоящие волосы, а парик. Но поскольку за шесть месяцев волосы отрастают, Гектор догадался, что женщине дают лекарство, от которого отекает лицо и выпадают волосы, и значит, отросток действительно оказался очень плохим. Все время, пока он изучал отчет, женщина всматривалась в него, словно пытаясь прочесть у него на лице, что он обо всем этом думает. Но Гектор умел сохранять ободряющий вид и, дойдя до конца текста, произнес:

— Не волнуйтесь, я только задам вам несколько вопросов.

И заговорил с ней как врач, выясняя, как долго у нее болит голова и стучит ли боль подобно сердцу или же ноет, как зуб, и какая часть головы болит сильнее всего. С помощью маленькой лампочки, которую дала стюардесса, он проверил ее глаза, попросил женщину сжать его руки в своих и еще проделал разные вещи, которым учат будущих докторов. И женщина теперь выглядела не такой обеспокоенной, как когда он подошел к ней.

Все эти вопросы и разные манипуляции немного отвлекали Гектора, мешая ему задумываться о том, что женщина, возможно, скоро умрет, но когда он закончил осмотр, такие мысли снова вернулись.

Тут стюардесса протянула ему паспорт пассажирки, и он увидел на фотографии менее чем годичной давности красивую молодую женщину с теми же глазами, которые сейчас смотрели на него, и понял, что болезнь похитила у нее еще и красоту.

Тогда он вспомнил

урок 14: Счастье — это когда тебя любят таким, какой ты есть.

И он ей улыбнулся, потому что она, наверное, сильно соскучилась по мужским улыбкам.

Гектор узнает кое-что об истории и географии

Ее звали Джамиля, что означает «красавица», и она была родом из очень красивой страны, куда в молодости люди постарше Гектора ездили, чтобы курить травку, любуясь великолепными горами. Девушки привозили оттуда роскошные ткани для платьев или занавесок. (В те времена платья и занавески были очень похожи.)

С тех пор эта страна постоянно пребывала в состоянии войны. Сначала из-за того, что ее захватила соседняя большая страна, желавшая построить рай на Земле, а жителей очень красивой страны не устраивал этот вариант рая. И поэтому они годами воевали с солдатами соседней большой страны, для которой этот конфликт был словно огромный гнойный нарыв, из-за чего она серьезно болела. А потом все пошло еще хуже, причем для всех, множество мам рыдало, большая страна стала такой же слабой, как какая-нибудь маленькая, а страна Джамили все воевала и воевала, потому что среди ее жителей тоже нашлись желающие создать рай на Земле. (Будьте осторожны: люди, которые объявляют, что намерены создать рай на Земле, почти всегда приносят с собой ад.) Красивая страна стала беднее, чем во времена юности Гектора. Сейчас дела пошли лучше, порядок там начала наводить большая армия из всех стран мира (правда, в шортах они не ходили, потому что в тех краях холодно), и у людей снова появилась маленькая надежда.

Только не у Джамили: у нее надежды почти не осталось, и она хотела вернуть ее, вглядываясь в лицо Гектора, читающего отчет об операции. Его составил другой доктор, и ничего хорошего там не было, как вы уже догадались.

Гектор сказал, что будет заниматься ею до конца путешествия.

Он напустил на себя докторскую строгость и сказал стюардессе, что Джамиле нужно лечь, чтобы немного облегчить головную боль, и поэтому ее следует перевести в кресло по соседству с Гектором, который сможет проследить за ней. Стюардесса позвала очень симпатичного стюарда. Втроем они помогли Джамиле встать и перейти в другой салон. Джамиля оказалась высокой, но очень легкой.