Навсегда осталась твоей - Джеки Эшенден

принца, в обтягивающей черной футболке и джинсах, с солнцезащитными очками в руке. Солнечный свет золотил его черные как ночь волосы, и Ксеркс улыбался привычной очаровательной улыбкой.

– Доброе утро, Калиста! – произнес он глубоким и мягким как черный бархат голосом. – Ты готова к полету?

Один из охранников положил в вертолет ее кожаную сумку.

– Полет? – Ее сердце забилось чаще. – Какой полет?

– Я подумал, нам надо отправиться в путешествие и уладить наши разногласия до объявления о помолвке. – Он кивнул обоим охранникам, и те повернулись и пошли прочь, оставив ее и Ксеркса наедине.

– Объявление о помолвке? Но я не…

– Садись в вертолет, – спокойно сказал он и открыл дверцу. – Я отвечу на твои вопросы, пока мы летим.

Во рту у Калисты пересохло, и ее снова затошнило. Накануне вечером она поела только фрукты, а сегодня утром не позавтракала, а теперь ее увозит на вертолете принц.

– Нет. – Она старалась говорить спокойно. – Ответьте мне прямо сейчас.

Ксеркс выгнул бровь:

– Будущей принцессе надо знать, как вести себя.

Калиста проигнорировала его.

– Я никуда не полечу, пока вы не скажете мне, куда мы направляемся. – Она сжала кулаки, ее раздражение усилилось. Она ни разу не чувствовала себя на грани истерики, и ей это не нравилось. Она не имеет права выглядеть слабой перед принцем, с которым однажды потеряла бдительность. Он – воин и хищник, и он бесстыдно пользуется трещинами в броне, которой она отгородилась от мира. И поскольку из‑за беременности у нее разыгрались нервы, ей придется быть особенно осторожной.

Прищурившись, он оглядел ее с головы до ног.

– Мы полетим на время на мою виллу на побережье и будем там до тех пор, пока не утихнет скандал из‑за моей отмененной помолвки.

– Вы не можете… – начала Калиста.

– Я могу. – Его глаза весело сверкнули. – Ты обязана выйти за меня, иначе я пропаду. – Принц взял ее за локоть, мягко подталкивая к вертолету. – Полет будет недолгим, а потом ты поешь.

– А где пилот? – спросила Калиста, когда он помог ей сесть в вертолет.

Ксеркс по‑мальчишески усмехнулся:

– Я и есть пилот.

Прежде чем она успела еще что‑нибудь спросить, он закрыл дверцу с ее стороны и сел на место пилота. Через пять минут они поднялись в воздух, и столица оказалась под ними. Ксеркс направил вертолет на север – к горам и побережью.

Он умело обращался с вертолетом, словно всю свою жизнь был летчиком.

– Где вы научились летать? – спросила Калиста, отчаянно стараясь прервать напряженное молчание и отвлечься от буйства чувств на душе.

Он мельком взглянул на нее и улыбнулся:

– В армии. – Даже через наушники его голос звучал как растопленный мед, насыщенный и теплый. – И я летаю после того, как уволился из армии.

Калиста понимала, что должна молчать, потому что общение выдает ее нервозность и неуверенность, но Ксеркс выглядел настолько самоуверенным, что ей не терпелось его позлить.

– Почему вы уволились из армии? – спросила Калиста, прекрасно зная, каким будет ответ.

Он тихонько рассмеялся:

– Мой отец изгнал меня за трусость. Я уверен, тебе об этом хорошо известно.

– Почему? – прямо спросила Калиста, пользуясь возможностью надавить на него. – Что вы сделали?

Ксеркс загадочно посмотрел на нее:

– Ты в самом деле хочешь обсудить это прямо сейчас?

– Почему нет? Мне больше нечем заняться.

Принц отвернулся и небрежно повел плечом, словно ему было все равно.

– Меня взяли в плен во время миссии на Ближнем Востоке. У всех нас были капсулы с цианидом, которые нужно было принять в случае пыток. Нам следовало принять яд, чтобы не выдать военные секреты. Я не принял свою капсулу. В конце концов меня спас мой брат, который пошел против приказа. Мой отец был в ярости. Он сказал мне, что я должен был умереть. Не убивая себя, я подвергаю опасности всю страну. Поэтому он выслал меня из страны.

Калисте стало не по себе. Ксеркс рассказывал об этом с таким видом, словно речь не шла о пленении и смерти. Как будто это случилось с кем‑то другим.

– Я не знаю, что сказать, – нерешительно произнесла она.

– Мой отец отказывался говорить обо мне после того, как я уехал.

Калисту одолевали вопросы. Почему он не принял яд? Почему его отец был в ярости? Разве король не обрадовался, что его сын жив?

Но ей не следует интересоваться этим. Она не должна знать. Ей надо заставить его отказаться от идеи жениться на ней.

Она была обучена убивать, проходить мили с тяжелым грузом, за секунды разбирать огнестрельное оружие, а потом снова собирать его. Часами стоять по стойке смирно, отслеживая малейшее движение.

Калиста отвернулась и посмотрела на горы внизу. Она стиснула зубы, сдерживая глупые слезы.

Почему она плачет? Она – сильный воин. Наверное, у нее разыгрались эмоции из‑за беременности. Судя по всему, ей надо перестать задавать вопросы и попытаться придумать план, чтобы Ксеркс отказался от идеи жениться на ней.

– Мне очень жаль, – просто сказала Калиста.

Он только пожал плечами и не ответил.

Остаток пути они провели в молчании, но полет был недолгим. Не прошло и часа, как они приземлились на плоской каменной крыше дворцовой виллы, построенной в скале. Небольшой пляж с безупречным белым песком располагался внизу, омываемый ярко‑синим океаном.

Как только вертолет приземлился, их встретил персонал. Отдав приказы, принц отправил сотрудников заниматься своими делами.

– Пойдем, – сказал Ксеркс, не пытаясь прикоснуться к ней. – Ты хочешь сначала поесть? Или ты предпочитаешь, чтобы я показал тебе все вокруг?

Калиста, стоя по стойке смирно, расправила плечи:

– Ни то ни другое, ваше высочество. Я бы предпочла вернуться домой.

Он бросил на нее оценивающий взгляд:

– Я предлагаю поесть. Поговорим за завтраком.

Калиста открыла рот, чтобы возразить, но принц уже шел к лестнице, ведущей к остальной части дома. У нее осталось два выбора: либо стоять и упорно ждать, пока он не образумится, либо идти за ним следом.

Стараясь не хмуриться, она пошла за Ксерксом.

Вилла оказалась восхитительной. Построенная из белого камня в нескольких уровнях, она имела множество террас и огромные окна, из которых открывались потрясающие виды на море.

На одной из террас был длинный темно‑синий бассейн, а на другой – сад с деревьями в горшках, кустами и цветами.

Длинный массивный деревянный стол в деревенском стиле, затененный виноградными лозами, растущими над деревянным каркасом, стоял на еще одной террасе. На столе, накрытом белой скатертью, были свежий хрустящий хлеб, сливочное масло, всевозможное варенье, кофейник и стаканы с апельсиновым соком. Рядом с кофе стояла корзинка с выпечкой. При