О таком и не мечталось… Линия Афины - Людмила Гетманчук

Но сначала пасмурнел, а потом подошел и ласково так меня обнял и говорит:

- Не напоминай мне о разлуке, прошу, хоть сегодня помолчи. Позволь мне один день прожить так, словно ты всегда рядом будешь. А верхом научу я тебя, прямо сейчас и пойдем.

- Обещаю, до завтра больше ни слова не скажу.

Поцеловались мы и пошли во двор. Замок подковой на холме стоит, фасадом к городу, а спиной к бору сосновому, красоты необыкновенной. А как с холма спустились - там море оказалось. Раньше-то я его из-за деревьев не видела, только сверху, когда летела, заметила. Только ветер ночной в окна распахнутые запах моря принес да тела наши жаркие остудил сегодня.

Нам привели двух лошадей. Как по мне, так и одной много было бы. Конюхи стоят, головы почтительно склонили перед королем своим, но на меня искоса поглядывают. Но делать нечего - мы, бабки, перед трудностями пасовать не привыкли. Нам чем трудней, тем задорнее и веселее жить становится. Адреналин с куражом в крови появляется, и любое дело нам по плечу.

Лошадь, да не лошадь. Конь мне достался здоровенный, небось, специально для вампиров выращенный в королевской конюшне. Те, на которых мы сюда добирались, пониже были, тонконогие да подвижные, на наших арабских скакунов похожие, а эти - ну, на таких полицейские по Нью-Йорку разъезжают. Я как-то раз подошла, так моя голова на уровне седла оказалась. И как мне на эту громадину забираться? А он, конь то есть, стоит, на меня черным глазом косит да губой дергает. То ему муха на нос села, а выглядит так, словно он надо мной насмехается.

- Ты, дружок, на меня не косись и ржать тоже не обязательно, - добавила я, когда к коню подошла. Артим в трех шагах позади идет и улыбается. - Кусать меня тоже не стоит, а я вот тебе гостинец принесла, пряник сахарный.

Достаю из кармана салфетку, а в ней рогалик лежит, мной на завтрак не съеденный. И тут я задумалась: как же мне коню угощение подавать? На ладошке или пальцами? Идею подбросить в воздух я сразу отмела - не собака, не подпрыгнет конь. Хотя, кто его знает? Дала на ладони, только протянула, как он - ням - и слизал рогалик мой. А сам опять к руке тянется.

Я его по носу погладила, нос у него мягкий, дыхание из ноздрей горячее вырывается. Ну вот, мы и подружились. Теперь надо думать, как мне на него взгромоздиться. Подошла слева, ногу левую поднимаю, чтоб в стремя поставить, и тут чувствую, что джинсы мои хваленые трещать начинают. Это же высоко надо ногу поднимать, это уже не езда, а йога какая-то получается! Я замерла, а сама судорожно думаю: надо так стать, чтоб вампиры позора моего не видели. А они, как нарочно, на меня уставились, лыбятся да зубы скалят: ждут, как ведьма заморская опозорится. Тут меня зло взяло! Не будет вам праздника, кончился пурим, дорогие мои клыкастые. Я ногу в стремя вставила, за седло руками ухватилась и… правую через круп лошадиный перекинула. Вот только треск какой-то подозрительный при этом раздался, но я его проигнорировала. А вы что думаете? Это же, как на велосипед садиться! Даже проще - не надо равновесие держать. Гордо так села, спину распрямила, высоты-то я не боюсь, поглядываю на них, а сама чувствую, как ветерок морской мою попу многострадальную продувает. Я рукой щупаю, а там! Батюшки святы: дыра у меня там, от пояса по самое не могу. Трусики-стринги выглядывают, что делать-то?

Я футболку свою до самого седла натянула, вроде как поправила и Артиму подмигиваю, мол, слуг отпусти и ко мне подойди. Подошел, а я ему и говорю:

- Артим, - а смех сдержать не могу, он сам наружу вырывается. - У меня тут небольшая проблемка образовалась - штаны лопнули.

- Где? - подол футболки приподнял и прямо туда заглядывает. Еще и рукой пощупал, вроде как глазам своим не верит. И улыбка у него уже до ушей, а я по седлу ерзаю.

- Эй, ты меня чему учить собрался? Руку убери и придумай лучше, как я в дом возвращаться буду.

- Я тебе рубашку дам, завернешься. Хочешь, сейчас замотаешься, если верхом ездить не передумала?

- Давай, - говорю, а сама на него смотрю и любуюсь - когда еще вечер, а мне уже стриптиз показывают. Ух ты - вампирский король медленно оголяется, мышцы играют, все кубики одновременно, да так глазам приятственно, что я даже про дырку в штанах позабыла. Он мне рубашку протянул, я ее рукавами вперед завязала, и под себя остальное подсунула. Ничего, сойдет.

Пошли мы шагом медленным по песку вдоль моря. Артим мне про управление конем говорит, как сидеть, как вправо-влево поворачивать. Через полчаса я освоилась, оглянулась и обнаружила, что мы уже далеко от замка отъехали. И показалось мне, что над ним что-то синее летает. Пришлось коня разворачивать, я Артиму на небо показала, он сам присмотрелся - у вампиров зрение острое, им сверху часто мелкие детали на земле рассматривать приходится - и кричит:

- Афина, быстро, за мной! Это Мия от моих подданных отбивается!

Артим крылья развернул и в воздух поднялся, только успел мне поводья коня своего передать. А я коленями бока лошадиные сжала, шенкелями добавила и понеслось!

Как конь понял, что мне спешить надобно, до сих пор не знаю! К шее его прижалась, только руку с поводом Артимового коня в сторону отставила, и помчались мы назад, к замку. Песок из-под копыт летит, гривы-хвосты развиваются, коса моя расплелась, но мне плевать - главное успеть. Путь назад, что шагом мы за час прошли, обратно за пять минут проделали. А я, дура, сумку свою в спальне оставила, на метле оно бы быстрее было. Когда к бору сосновому доскакала, уже все и закончилось. Мия на траве сидит, на ее спине - что вполне ожидаемо - Тимин, десятка два вампиров в гвардейской форме кругом стоят, трое на земле лежат, живы ли, не могу понять, еще парочка с крыльями рваными. Артим к сыну подошел и за ухо его с драконы тащит.

Я первым делом с коня слезла, да на обе ноги прихрамывая, враскоряку к детям бегу. Верховая езда - это вам не фунт изюму!

- Ты что, паршивец, задумал? На драконе полетать захотелось? А по шее получить не захотелось? Так я тебе сейчас и без твоего хотения шею намылю да уши надеру. А ты что смотришь? Быстро в человека обращайся! - это Артим к Мие повернулся, а она морду к нему вытянула и смотрит так перепугано. - Кто из вас инициатор полета вы мне сами расскажите, а сейчас марш по своим комнатам - и по разным! Оливер, проводи моего наследника и нашу красавицу под домашний арест. Я с ними потом разберусь.

Мия ойкнула, сжалась и в девочку обратилась. У гвардейцев лица вытянулись - еще бы, я сама вчера от удивления чуть мимо стула не села. А Мия - умница, прямо в одежде обращаться научилась. Я к ней подошла, руки-ноги пощупала - вроде, целы, и с Тимином ту же процедуру проделала.

Как только Артим ухо сына своего из пальцев выпустил, и гвардейцы их в замок увели, раненых унесли, наклонился он, руками на колени опершись, и дыхание восстанавливает. Коней тоже увели, остались мы на полянке одни, ну, не совсем, конечно - вон, из-за дерева вампир выглядывает, думает, я его не вижу. Короля охраняют, значится, круглосуточно. Я к Артиму, а он разогнулся, лицо, грудь потом залиты, глаза, что те сапфиры, горят, плечи опущены, а крылья по земле волочатся.