Вокруг света за 80... свиданий - Дженнифер Кокс

Это напомнило мне о Гранте, с которым я когда-то встречалась: «Мы разошлись, просто я забыл сказать об этом своей жене…»

Он был совершенно не способен отправиться куда-то один, без компании приятелей, а его мобильник непрерывно звонил. Его раздражало, что я считала это проблемой.

— С другой стороны, не слишком приятно, если тот, с кем вы хотите разделить свою жизнь, не жаждет делить свою жизнь с вами. Человек, скрывающий свое прошлое, вряд ли захочет остаться с вами в будущем.

А вот это Келли. Капитан Скрытность, не желавший, чтобы я общалась с его друзьями и родными.

Все это очень интересно, но, взглянув на часы, я поняла, что нужно бежать. В шесть мы договорились с моей подругой Анной-Шарлоттой зайти в бар выпить и потолковать о предстоящем свидании с ее коварным приятелем Андерсом.

Но все же я хотела узнать, верит ли сам профессор в существование любви, после всех расчетов, теорий и объяснений.

Он ответил немедленно, убежденно и искренне:

— Думаю, она существует. Слишком много данных это подтверждают. Прикосновения и ласки партнера стимулируют в мозгу выделение таких веществ, как окситоцин и вазопрессин. Оба связаны с нашей способностью создавать сильные и продолжительные эмоциональные связи. Когда вы встречаете кого-то, к кому вас влечет, уже через несколько секунд частота вашего пульса значительно повышается, вместе с артериальным давлением. Мышечное напряжение усиливается, и создается ощущение биения крыльев бабочек в желудке. Мозг воспринимает это как положительный сигнал.

— Но я всегда очень волнуюсь и начинаю болтать сама не знаю что, — призналась я. — Говорю слишком много и яростно жестикулирую. И при этом не перестаю твердить себе: «Заткнись, заткнись, ты выглядишь полной идиоткой», но ничего не могу с собой поделать. — Последние слова я пробормотала едва слышно и с жалким видом добавила: — Скажите, парни и это находят привлекательным?

Профессор Любви сочувственно оглядел меня, явно думая: «Эта женщина умрет от нервного истощения уже к концу восьмого свидания, не говоря уже о восьмидесяти».

Но вслух свои мысли не высказал. Только глубоко вздохнул, помедлил, словно подбирая нужные слова, и изрек:

— Думаю, таким способом вы пытаетесь подавить боязнь потери самообладания. Конечно, это не лучший метод — непрерывно говорить, говорить, говорить, но для вас единственный.

Он произнес это очень мягко, и я, закрыв лицо руками, заерзала от стыда. Удивленные родители, гуляющие с детьми, вопросительно поглядывали на меня. Но перед моим мысленным взором всплывали ужасы былых свиданий, даже тех, что казались навеки стертыми из памяти…

Я случайно глянула на часы. Мне действительно пора. Информации я получила гору, но не может ли профессор подсказать, как вести себя на завтрашнем свидании? Вдруг имеется нечто, самое главное, что необходимо сделать, прежде всего?

Он уставился на меня с добродушным видом человека, знающего, что советы уже не помогут.

— По-моему, вы не должны строить грандиозные планы. Пусть все идет как идет. Принимайте как должное то, что будет. Не стоит чересчур заботиться о том, какие сигналы вы посылаете. Потом можно спокойно сесть и проанализировать события, но во время свидания этого делать не стоит. Человека, с которым вы встречаетесь, привлекает в основном ваше присутствие во всех трех аспектах — тело, душа и разум. Это очень хорошее начало.

Мы посмотрели друг на друга, немного усталые после содержательной беседы, и я вдруг поняла, что еще более уязвима и не уверена в исходе путешествия, чем до встречи с ним. Но я крепко обнял а профессора Любви и поблагодарила.

Возвращаясь к машине, мы болтали о самых обычных вещах — родственниках, работе, местах, где побывали. Мы медленно шли под раскидистыми ветвями лип и дубов. Здесь было так хорошо, что мне захотелось когда-нибудь вернуться сюда и еще раз пройтись по этим дорожкам. Профессор Любви дал мне пищу для размышлений, причем не слишком радостных, но я смогу потолковать об этом вечером с Анной-Шарлоттой за грандиозной выпивкой.

Я знала Анну-Шарлотту еще с тех времен, когда она работала в лондонском отделении шведского совета по туризму. Мне было жаль расставаться с подругой, когда та год назад вернулась в свой родной Гетеборг, но теперь оказалось, что в этом есть немало преимуществ. Она не только обещала показать мне укромные уголки города, известные только местным, но и прекрасно справлялась с обязанностями главного «охотника за кандидатами».

Готовясь к вечеру, я пришла в прекрасное настроение и с нетерпением ждала незатейливых развлечений. Я только начала понимать, как важно чередовать мои восемьдесят свиданий с нормальным общением, предпочтительнее с подругами. Свидания — дело нелегкое, не говоря уже о стрессе подготовки и предвкушения. А потом приходится следить за языком тела и удерживаться, чтобы не выпалить: «Поверить не могу, что он способен ляпнуть такое!»

Международная «Хартия женской дружбы» обязывала нас делиться наиболее интересными моментами свидания, чтобы развлечь подруг, но, кроме того, сейчас мне было необходимо расслабиться, повеселиться с приятельницей, чтобы немного снять напряжение от встреч с мужчинами и хотя бы несколько часов не вспоминать о том, что я могла ляпнуть во время этих встреч.

Тщательно избегая авеню (главная туристическая приманка), Анна-Шарлотта повела меня в Линнегатан, многонациональный квартал с модными барами и шикарными ресторанами. Район находился между Слоттскоген, еще одним большим парком, и Хага, старым городом с высокими деревянными домами, будто из сказок братьев Гримм, вдоль извилистых, вымощенных булыжниками улочек.

Сначала мы обменялись новостями, а потом Анна-Шарлотта долго зачарованно слушала мой пересказ теорий профессора о любви и совместимости. Вино текло рекой, и мы пытались определить, насколько верны эти теории.

Она спросила, готова ли я проверить все сказанное профессором Любви на ее приятеле Андерсе, с которым я встречаюсь завтра. Но поскольку Андерс настаивал на том, что все касающееся и его, и свидания должно остаться тайной (кстати, я считала, что, таким образом, кандидаты воображают, будто могут сохранить контроль над ситуацией. Может, это позволяет им чувствовать себя кем-то особенным, а не одним из восьмидесяти?), невозможно понять, как я должна себя вести. Но теоретически я все расписала: буду принюхиваться, повторять его движения, расскажу кое-что о своем прошлом, но не все, постараюсь не болтать слишком много, и главное: будь что будет. Но, подчеркнула я, только если он симпатичный. Не хватало мне еще одного бесполезного флирта — привлечь очередного парня, который не слишком меня интересует, в то время как необходимо сосредоточить все усилия на поисках Того Самого.