Время Листопада (СИ) - Бранник Елизавета

Макс приподнял бровь и перевел взгляд на бабу рядом с отцом, будто только что ее заметил. Та улыбнулась краешками губ, легонько кивнув. Пиманову-старшему всегда нравились такие вамп-телки. Эту Ирину вполне легко представить себе с кожаной плеткой в наманикюренных пальчиках. Красивая, конечно, с правильными чертами, дорогие цацки и одежда, профессионально наложенный макияж, идеальные зубы. Фигура? Пока непонятно, грудь силиконовая однозначно. Наверное, и морда скальпелем подретушированная.

— Я заказал, что ты любишь, — сказал Юрий Николаевич.

Макс усмехнулся: откуда ты знаешь, что любит твой сын? Что ты вообще о нем знаешь? Потом заметил, что Ирина за ним наблюдает, взгляд у нее острый — «сканирует», с…ка.

Подали еду.

— Как в университете? Учеба как? Девушка не появилась еще? — с ненатуральным оживлением спросил Юрий Николаевич.

— Все прекрасно, — ответил Макс. — Я третий по успеваемости на курсе.

— Почему третий? — нахмурился отец. — Ты же Пиманов! Пимановы должны быть лучшими во всем! В прошлом году ты был первым! И на первом курсе! И на втором!

— А сейчас я на четвертом! — жестко сообщил Макс. — И учусь неплохо. И жду, когда ты вспомнишь, что обещал на мое двадцатидвухлетие, если я буду успевать в универе и хорошо себя вести.

Юрий Николаевич задохнулся, рванул из-под ворота салфетку, которую почему-то всегда туда засовывал за столом — еще одна быдловатая привычка.

— Может, скажешь, что ты только ради этого сюда пришел?

— Может и скажу. Ты и без меня неплохо бы здесь провел время, — Макс выразительно посмотрел на Ирину.

— Максим! — отец дернулся на стуле.

— Юра, — Ирина предупредительно положила руку ему на плечо.

И Юрий Николаевич тут же сдулся. Ого! Ну и дрессировка! Раньше никакие шлюшки Пиманова-старшего не заткнули бы, хоть в публичном месте, хоть дома. Иришка, по всем признакам, глубоко засадила крючок в богатенького «козлика».

— Ты обещал, — сказал Макс, глядя отцу в глаза. — У нас был договор: я хорошо учусь, ни во что не влипаю, на мое двадцатидвухлетие ты переписываешь на меня часть акций, и мы больше не общаемся. Обещал?!

— Ублюдок, — процедил Юрий Николаевич, — мамкино воспитание. Яблоко от яблони.

— Не трогай маму! Ты ведь обещал!

— Я свое слово сдержу! И что это тебе даст? Наверняка опять пустишься во все тяжкие, как после школы! Кто тебя из дерьма выручать будет, а?!

— Да плевать ты на меня хотел! Ты своим бабам каждый год отстегиваешь больше, чем я у тебя прошу! Обещал — выполняй! Ну?!

— Слово — мое! Хочу даю, хочу обратно забираю! Диплом получи сначала, отработай год у меня на фирме, потом и разговаривать будем!

— Черт! Черт! — громко выругался Макс, стискивая зубы. — Я так и знал!

Из-за соседних столиков в их сторону оборачивались люди, официанты уже начали переглядываться с охранниками у входа. Макс резко встал, громко скрипнув тяжелым стулом.

— Куда?! — зарычал отец. — Мы еще не договорили!

— Я в туалет!

— Охладись там! Чтоб вернулся адекватным!

Уходя, Макс видел, как Ирина гладит отца по руке, что-то сочувственно ему говоря. Воспользовалась… гиена! В туалете он умылся, посмотрел в зеркало, бормоча:

— Семьдесят один девяносто — поселок Крапинки, семьдесят четыре рубля — Солнечное, семьдесят два шестьдесят — Измайловка, семьдесят шесть рублей — Родниковый. Крапинки, Солнечное, Измайловка, Родниковый…

Когда он вышел из туалета, у входа в зал с телефоном у уха стояла Ирина. Он откровенно осмотрел ее с ног до головы. Ну ничего, подержаться есть за что. Он бы не отказался, хоть она лет на десять старше. Такие телки у него тоже бывали, с ними даже лучше, они умелые и непривязчивые, им нужен трах с красивым мальчиком. А Максу хочется сейчас кого-нибудь уложить в койку, чтобы поменьше думать, сбросить напряжение.

Рядом с городом оказалось четыре поселка, билет до которых стоил около семидесяти рублей. Никитос клялся, что не уточнял, а Злата тогда могла и округлить. При мысли о Злате, как всегда, перехватило дыхание. Макс еще раз скользнул глазами по фигуре женщины. Поехать домой и позвонить Тане? Но она не хочет с ним разговаривать, с тех пор как он на повышенных тонах устроил допрос о Злате. Да к черту Таню! Мало ли женских имен у него в телефоне забито?

Ирина перехватила его взгляд, вспыхнула. Девочку изображает? Играет на публику? Однако проходя мимо Ирины, Макс заметил, как расширились у нее зрачки. Тетенька запала? Он намеренно коснулся ее бедра рукой будто бы в случайном взмахе. Она приоткрыла губы, глядя на потухший экран мобильника. Насолить отцу? А что? Почему нет, лениво подумал Макс.

***

Злата шла на встречу с Игорем Владимировичем в немного расстроенных чувствах. Она гадала, что ей предстоит. Во-первых, Листопад может его отругать и обвинить в том, что она чуть ли не шантажом добилась места в доме, а это не так — она сама не ожидала, что так понравится Владушке. Во-вторых, есть Сергей — рано или поздно он объявится в особняке, и тогда Игорь Владимирович вообще бог-знает-что о ней подумает. В-третьих, есть… сам Игорь Владимирович, живое напоминание о том, что ей пришлось пережить в доме Макса.

Вот почему все так сложно? Но как же хочется и дальше работать в этом волшебном месте, с его уютом и красотой, нишами, скрипучими лестницами, секретными уголками, витражами. Злата ощущала себя принцессой в замке, у нее даже рыцарь свой имелся, пусть маленький, но веселый и заботливый.

Владушка встретил ее у калитки, обрадовался, подарил букет из опавших листьев, очень красивый. Злата почему-то прямо с ним зашла в кабинет Листопада. Тот кисло посмотрел на букет, выложил на стол четыре листка, отпечатанных на принтере.

— Вот бланки договоров. Я все оформляю по закону. Вы мой наемный работник в графе «услуги».

«Мило», — подумала Злата. Она теперь обслуживающий персонал.

— Один договор на репетиторские услуги, ознакомьтесь. Другой — на услуги няни, временный, пока мы не найдем подходящего человека.

— Я могу… няней, — вскинулась Злата.

Листопад вздохнул:

— Владу требуется человек с медицинским образованием.

— Ах… да. Что с ним? Я ведь должна знать.

— Конечно, — на сей раз Игорь Владимирович вполне одобрительно кивнул. — Диагноз, увы, неопределенный. Вот дневник наблюдений медсестры, которая работала в доме до вас, почитайте. Разумеется, никто не требует от вас медицинского подхода. Просто выполняете основные обязанности, согласно договору, а в случае чрезвычайной ситуации связываетесь со мной или Галиной Тимофеевной. Я понимаю, что это двойная нагрузка, поэтому оклад соответственный. Вы платите за свое обучение в вузе?

— Нет, я на бюджете.

— Очень рад за вас. Сейчас хорошее образование дорого.

— Ну… да, — промямлила Злата, не зная, что еще сказать — даже когда Листопад пытался поддерживать светскую беседу, это у него получалось сухо. — По поводу учебы… я же на заочном и…

— Все предусмотрено контрактом. Как только возникает необходимость отлучиться, сообщаете мне или экономке, и мы вас заменяем. Оплата за эти дни начисляться вам не будет, разумеется.

— Да, спасибо большое, — «надеюсь, не в письменной форме уведомлять», мысленно вздохнула Злата.

— Идемте за мной, я покажу вам вашу комнату. Она напротив комнаты Влада. У вас будет радионяня.

Длинноногий и стремительный Игорь Владимирович шагал так быстро, что Злата еле за ним успевала. Он подвел ее к двери напротив комнаты сына и раскрыл ее. Сказка о принцессе продолжалась. Комната была очень большой, светлой, какой-то жемчужной с серебристо-белыми обоями и интерьером в цветочек. Ее разделяли прикрученные к потолку книжные полки, на которых были рассажены потрепанные тряпичные куклы с добрыми лицами и нитяными волосами, и книгами. За полками был закуток-спальня.

— Здесь раньше всегда останавливались мои кузины. Они близнецы. Мы вынесли одну кровать, так что здесь сейчас стало просторнее. Можете убрать все, что вам мешает, попросите у Галины Тимофеевны пластиковые контейнеры. Ах да, вам же нужен рабочий стол, — Листопад нахмурился. — Компьютер?