Птицы - Торин Владимир

Финч и Арабелла кивнули.

– А что вы будете делать? – спросила девочка.

– Мне нужно как следует подумать обо всем, что вы мне рассказали…

Доктор Нокт направился в комнату дедушки Финча. Недолго там побыв, он вернулся в гостиную, сказал: «Без изменений», после чего попрощался с детьми и скрылся в прихожей. Вскоре дверь квартиры закрылась за ним.

Финч мрачно глядел ему вслед.

– Я ему не доверяю, – сказал он. – Очень подозрительный доктор.

– Думаешь, он пришел сюда не только потому, что его отправила мисс Коллн? Он что-то задумал?

Финч пожал плечами.

– В любом случае нам сейчас не до него. У нас еще есть одно неоконченное дело.

– Какое?

– Мы так и не узнали, кто второй агент Птицелова в нашем доме.

Арабелла нахмурилась.

– Точно! И пока он здесь, кто знает, что еще он может выкинуть. Но как мы его разоблачим?

Финч многозначительно глянул на девочку, но та непонимающе покачала головой.

– Кое-кто в этом доме точно знает, кто такой второй агент Птицелова, – пояснил он.

– Кто?

– Его первый агент.

Арабелла округлила глаза.

– Дядя Сергиус?

– Он точно должен знать. И он по-прежнему где-то в доме. Этот хмырь ведь не смог бы выйти, так? Мы его найдем, припрем к стенке и выясним, кто убил мистера Франки.

Арабелла закусила губу.

– Но как мы заставим его признаться?

– Нужен план. Надежный. Чтобы мистер Дрей не смог отвертеться. Мы его отыщем и все выясним. Только надо придумать план… придумать план…

…Прошло два часа.

Финч спал в кресле и время от времени беспокойно вздрагивал, но не просыпался.

План они пока так и не придумали.

Арабелла, хмуря лоб, поначалу пыталась сотворить в голове какую-нибудь хитроумную интригу вроде поддельных гремлинов, но на ум, как назло, ничего не приходило. Стоило признать, что подобные идеи были полностью за Финчем.

Она выпила уже едва ли не дюжину чашек чая, доела все печенье и от скуки занималась тем, что откладывала еще с того момента, как впервые попала в квартиру Финча, – исследовала книжный шкаф.

Девочка доставала книги одну за другой, пролистывала их и ставила обратно. Что-то она уже читала, а что-то было унылой угрюмостью, которую обожают только престарелые зануды…

Вытащив очередную книгу, Арабелла вдруг заметила кое-что в глубине полки, за рядом толстых ветхих томиков. Это «кое-что» было будто бы спрятано или однажды завалилось туда, и о нем забыли. Хотя что-то подсказывало девочке, что все же имел место именно первый вариант.

Арабелла вытащила еще пару книг, положила их на пол и достала стопку пожелтевших от времени листов для печатной машинки. На титульном листе стояло чье-то имя…

– «Филлипп Фейрвел», – прочитала она вслух.

– Что ты сказала?! – раздался голос за спиной, и Арабелла вздрогнула от неожиданности.

Повернувшись, она увидела, что Финч вовсе и не спит, а во все глаза глядит на нее.

– Я тут нашла…

– Ты назвала какое-то имя.

Девочка кивнула.

– Да. Филлипп Фейрвел.

Финч сжал зубы и нахмурил брови.

– Моего папу звали… в смысле зовут Филлипп.

Арабелла уставилась на него так, будто видела впервые.

– То есть твоя фамилия Фейрвел?

– Ты же знаешь, что у меня нет фамилии. – Финч дернул головой. – Дедушка говорил, что… – он оборвал себя и закусил губу. – Ах да… Что там у тебя?

Арабелла подошла и, велев ему подвинуться, уселась рядом в кресло. Она показала ему свою находку, и вместе они прочитали:

Больше на первом листе ничего не было. Дети недоуменно переглянулись, и Арабелла взялась за второй – быстро пробежала его глазами.

– Гляди! – воскликнула девочка. – Тут пролог! Ты знаешь, что это значит?

– Конечно, – кивнул Финч. – Что это что-то очень скучное. Не люблю прологи в книжках. Там всегда какое-то занудство…

– Нет же! – возмутилась Арабелла. – Я не о том! Это же рукопись романа! И его автор – Филлипп Фейрвел. Твой папа… – Она взбудораженно на него глянула. – Он что, писатель?!

Финч почесал нос.

– Я не знаю. Дедушка… в смысле Птицелов не рассказывал мне, чем занимался папа.

Арабелла принялась перебирать листы.

– Тут только пролог и первая глава, – сообщила она. – Но почему у этой рукописи такое странное название? «Птицы»! Тебе не кажется, что это смахивает на…

– Только не говори это, пожалуйста!

– «Не-птицы»!

– Ну вот, я же просил… – проворчал Финч, но Арабелла была так возбуждена, что совершенно его не слушала.

– А еще тут написано «тайна улицы Трум»! Это же наша улица!

Финч утомленно на нее глянул.

– Что?! Наша?! Мы что, живем на улице Трум?! Кажется, от бури ты стала намного умнее, Джей!

– Ой, как смешно, – она сделала паузу и мстительно сказала: – Фейрвел.

Финч уже собрался было оскорбиться и тут вдруг поймал себя на том, что ему нравится эта фамилия. Она как будто ему очень подходила. И все же не ввернуть колкость в ответ было нельзя.

– Ты знаешь, я давно хотел тебе сказать кое-что, что говорят о рыжих…

– Да?! – вскинулась Арабелла. – И что ты там хотел сказать про рыжих?!

Финч открыл было рот, чтобы просветить ее, как тут в дверь позвонили.

– Может, это доктор Нокт? – спросил мальчик.

– Кто это еще может быть?

Финч выбрался из кресла и направился в прихожую.

– Кто там? – спросил он.

Вместо ответа раздалось негромкое покашливание, и под дверь что-то просунули. Финч нахмурился и поднял узкую картонку, которая на деле оказалась визитной карточкой.

На карточке стояло изображение глаза со зрачком в виде замочной скважины, а внизу витиевато было выведено:

Финч почувствовал, как по спине побежали мурашки.

Кэттли?! Тип из трамвая?!

Но как?!

Он поспешно повернул ключ и распахнул дверь. За ней никого не было.

«Да что здесь происходит?!» – подумал Финч, пристально осматривая пустой этаж и будто ожидая, что вот-вот в каком-нибудь углу проявится невидимка.

– Кто приходил? – спросила Арабелла, зайдя в прихожую.

– Никто. Я не знаю… Это очень странно…

Девочка покачала головой и испуганно поглядела на Финча.

– Что? – спросил он, закрыв дверь.

– Я кое-что успела прочитать, Финч, – сказала она, пытаясь унять тревогу в голосе, и показала ему рукопись. – Я прочитала пролог. Это очень страшная книга и…

– И что еще?

– Она о твоем папе, твоей маме и…

– И?

– О тебе.

Финч застыл. Визитка выпала из разжавшихся пальцев.

И тут его посетила пугающая мысль: «Кажется, я поспешил с выводами насчет прологов. Видимо, эта книга уж точно не будет скучной».

– Финч, скорее! – воскликнул Корнелиус Фергин, с тревогой глядя на часы. – Трамвай вот-вот подойдет к станции! Ты не можешь снова опоздать! Миссис Оул будет злиться!

– Я уже бегу, дедушка! – дожевывая завтрак, проговорил мальчик. – А миссис Оул и так будет злиться – ты же знаешь, что эта карга всегда только и делает, что злится на меня.

Проглотив кашу, он обнял дедушку и ринулся в прихожую. Щелкнул замок, и дверь открылась.

– Финч, ты ничего не забыл?! – крикнул ему вслед Корнелиус, и из прихожей раздалось: «Ой!»

Финч вернулся в кухню, схватил со стула портфель и, натянув его на спину, побежал к выходу. Дверь хлопнула, а дедушка лишь вздохнул: его внук постоянно витает в облаках – если бы можно было забыть себя, однажды в школу отправился бы лишь портфельчик.