Мелодия Бесконечности. Первый аккорд - Екатерина Голинченко

Уже больше трех столетий Петербург являет миру свой гордый и величавый вид. Совсем немного городов мира могут с ним сравнится в стремительности своего рождения, развития и расцвета… Едва ли найдется ещё другой такой — дерзкий и отчаянный, ещё с колыбели посягнувший на право стать в единый ряд с первыми городами Европы, камень-город, на берегах Балтийского моря. Петербург стал тем окном, через которое Россия открыла для себя Европу, а Европа — увидела Россию, что задало уникальный исторический, архитектурный и художественный образ Северной столицы.

Самый изящный из российских городов притягивает своим особенным характером и интеллигентностью. И дело не только в самом его облике, но и в трогательной культуре коренных его жителей, которая часто является поводом для шуток и гордости. В это с трудом верится, но кое-где ещё в Питере — например, в час-пик в метро — еще можно услышать фразы «Прошу извинить» и «Будьте добры». Санкт-Петербург — пожалуй, самый масштабный эксперимент по скрещиванию европейского порядка и русской душевности. Он продолжается уже не одно столетие, и, смеем заметить — вполне успешно.

Одни готовы круглосуточно воспевать дифирамбы городу, другие же — критикуют этот город за мрачность и депрессивность, за стабильно серое небо и облезлые дворы.

Равнодушными к себе этот город не оставляет. И даже скептики в душе понимают, что меланхолия здесь — вовсе иной природы. Когда тяжеленные тучи в хмурый полдень наползают на золотой шпиль Адмиралтейства, то вполне верится, что и без солнца на берегах Невы можно вполне себе высококультурно существовать. Это вам не гуляния на Красной площади на фоне азиатского Кремля. Питер, как ни крути — Европа, ну или то самое пресловутое «евроокно», которое так старательно рубил дальновидный Петр I.

Бросовая земля, проклятое место — как тут «ногою твердой стать при море» — кругом хляби болотные.

Поистине, земноводное чудо, столица империи в её мизинце. Но, мечта Петра, она превзойдет образец — Лондон — столицу империи в устье реки, впадающей в море, порт и верфь. С суши ехать — неказистый, что первым видят сейчас приезжающие — задворки, а его строили с расчетом, что в город будут вплывать, и что тогда видят — грандиозный фасад. Нет в мире другой столицы, в которой на одной стороне реки — Сенат, Синод, (высший церковный совет), Кафедральный собор, Адмиралтейство, главная императорская резиденция, главный городской сад, а на другой стороне — Академия художеств, дворец губернатора, Университет, Академия наук, первый музей, биржа, крепость, с которой берет основание город, а в ней — императорская усыпальница, главная тюрьма, главный монетный двор. Мало того, что Нева, это фактически — центральная улица Петербурга, ещё и центральная сухопутная улица названа в честь Невы — Невский проспект.

Северная столица начиналась с каторги, рабочие мужики жили под открытым небом, землю таскали в подолах рубах. От цинги и дизентерии одно спасение — водка, настоянная на сосновых шишках, по-теперешнему — джин. Не меньше ста тысяч душ легло костьми в основание города. Людей вольных переселяют тоже насильно. Само слово «Нева» — «Нево» по-фински то и значит — «болото», жизнь на нем считается государевой службой — отлучаться нельзя.

Знаменитая традиция — пушечный выстрел в полдень — ещё один день в истории Санкт-Петербурга и ещё один день — в жизни наших героев. Теперь можно понежить своё тело под теплыми струями душа и на мягкой перине прежде чем начать знакомство с уникальной архитектурой города, его достопримечательностями, его духом.

Величественные архитектурные ансамбли Петербурга раскинулись по берегам широкой и полноводной Невы, украсили лучи проспектов и пространства площадей. Гранитные уступы набережных, металлические стрелы разводных мостов, выразительные силуэты храмов, дворцов и монументов, музеи, театры и библиотеки составляют мировую славу города на Неве. Они являются неоспоримым гимном таланту российских и европейских зодчих, инженеров, живописцев, скульпторов, ученых, литераторов, актеров, музыкантов и стали впечатляющим итогом упорного и вдохновенного созидательного труда всех тех, кто воплотил наяву мечту Петра Великого.

Три итальянца постарались во славу архитектурного Петербурга — Трезини, Растрелли и Росси — золотое сечение храмов и дворцов своей южной родины они перенесли в Северную пальмиру, став русскими архитекторами.

Обзор Ангела — шпилем Петропавловского собора впервые нарушен вековой запрет строить что-либо выше колокольни Ивана Великого в московском Кремле. Петропавловский останется самым высоким сооружением империи вплоть до постройки нового — Исакиевского собора, а ангела-хранителя города и тогда можно было рассмотреть только в подзорную трубу с противоположного берега Невы.

После традиционной Московии — новый город северо-европейского образца. Эти камни и эти воды помнят самого великого основателя — Петра Алексеевича, нашего самого рьяного западника на троне, выросшего с близости от немецкой слободы (немцами тогда называли всех иностранцев — ну, как немой, по-русски сказать не может), с населявшими её отнюдь не сливками европейского общества — в Россию ехали не от хорошей жизни, порою, и вовсе скрываясь от правосудия, разные проходимцы, авантюристы и прочие джентльмены удачи.

Вы не поверите, насколько сложно было выбрать отправную точку — глаза так и разбегались от многочисленных статей в ярких проспектах и путеводителях — и только лично посетив город, вы сможете в полной мере разделить всё смятение чувств наших путешественников.

Перевесом в детские голоса решено было начать с посещения необыкновенного места — стать врачом или строителем, получить водительские права, стать фермером или ведущим на радио, положить зарплату под проценты в банк и потушить горящий дом — все это возможно в детском городе профессий «Кидбург». Здесь все по-настоящему: есть больница, супермаркет, ферма, университет, порт, биржа труда и городской парк. На входе каждому новому гражданину выдают паспорт, после чего начинается самое интересное — дети обучаются основам понравившейся профессии, работают и получают зарплату, которую можно потратить на развлечения, либо положить в детский банк.

Для малышей на территории Кидбурга есть «мягкий музей» с игрушками и подушками. Родителям категорически запрещено вмешиваться в детские дела, в противном случае их могут оштрафовать или даже посадить в тюрьму. Из дозволенного — прогулки по парку и посиделки в кафе.

А попробовать захотелось всё — и задержаться на этом островке детской самостоятельности, и вспомнились юные железнодорожники из Харькова, что усердно и со всей ответственностью несут свою нелегкую службу, обеспечивая комфорт и безопасность взрослых и маленьких пассажиров на малой железной дороге, а благодаря примеру взрослых, маленькие, но уже такие незаменимые члены команды имели представление о врачебной профессии, о ювелирном деле, быте фермера, работе танцора балета, модельера и музыкального исполнителя, но так заманчиво попробовать всё самому и постараться, как стараются мама и папа.