"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Геммел Дэвид

– Заскучал, я думаю. Непонятно, насколько ему доступно стратегическое мышление. Надеюсь, что он сам себя назначил в дозор.

Это напомнило Равне о замеченной сегодня странности, и она рассказала Амди и Джефри о смазанной краске.

– Так что же он скрывает? И сколько там слоев тайны?

Амди осторожно засмеялся:

– Ох уж этот Шелковинт. Очень его расстроило, что его убили, он стал так небрежен в поддержании собственного облика…

Голос Амди осекся, он наклонил несколько голов в сторону и переглянулся с Джефри. Они решали, посвящать ли ее.

Наконец Джефри сказал:

– Это твоя история, Амди.

Стая жестом подозвала их поближе, так что Равна оказалась плечом к плечу с Джефри, а два элемента Амди у них на коленях. Так было очень удобно, когда Амди был маленьким.

– На самом деле здесь две тайны. Ты только не вини меня, Равна, но я… я давно пошел в учение к Свежевателю. – Тот, что лежал у нее на коленях, вывернул шею, чтобы на нее посмотреть. Глаза у него были большие и темные. – Только я не как Невил. Мы никого не предавали, хотя ты и особенно Резчица могли бы посмотреть на это иначе.

– Да, ты на Амди не наезжай за это, Равна. У всех у нас свои проблемы.

Равна кивнула, сдерживая улыбку.

– Амди, я мало что знаю о том, чего хочет Свежеватель. Он тебе обещал какую-то медицинскую помощь?

Амди пискнул и поднял все головы:

– Откуда ты знаешь?

– Потом, – ответила Равна. – Это, пожалуй, единственный секрет, который я знаю, и я в тот момент ему не поверила.

– Ладно, но ты права. – Амди опустил головы. – Я знаю, что моя проблема – трусость. Вы, люди, – вы смелые, вы столько времени живете со смертью. Я, как вы, был рожден весь сразу, и я так… так боюсь умереть.

Равна погладила того, что лежал у нее на коленях.

– Я бы не назвала это трусостью. – Ей было интересно, что же пообещал Амди Свежеватель. – Но ты мне хотел рассказать про Шелковинта, – напомнила она.

– А, да. Насчет его маскировки! – Голос Амди снова несколько ожил. – Помочь Шелковинту – этот проект оказался успешнее. Я горд тем, что сделал, даже если бы Резчица назвала это предательством. Я же знал, что в основе своей Свежеватель-Тиратект – хороший.

Джефри слегка шлепнул того, кто лежал у него на коленях:

– Ты нарочно Равну дразнишь? Давай к делу!

– Нет, нет! Я кружу вокруг правды. – Он скучился еще теснее, поглядывая в темноту. Дождь пошел снова, но помягче, и ночь была безветренной. – «В основе своей» – это не фигура речи. Три его элемента пришли из школьной учительницы, которую он убил. Она и заправляет всем, пусть даже сама стая этого не осознает.

– Я знаю, – ответила Равна. – Свежеватель даже шутит на эту тему, но с хитринкой, будто это не так.

– Нет, это так. – Сказано было с несвойственной Амди решительностью. – Тот, у кого белые уши, главный коннектор, но вклад дают все три.

– И это я тоже знаю.

В голосе Амди послышались лукавые интонации:

– Но ты наверняка не знаешь, что у всех трех в стае были щенята.

– Что? – Это бы заметили даже сломанные системы наблюдения. Разве что… – Это было, когда Свежеватель уходил на север и пропал?

– Ага.

Пять лет назад. Резчица рвала и метала, чуть не пошла войной на остатки движения Свежевателя.

– Так что стая Свежеватель-Тиратект хочет набирать новых элементов из себя самой, когда придется заменять умершие элементы Тиратект?

– Да, но это как раз и не получилось. У Свежевателя куча объяснений с точки зрения науки псарей, но дело свелось к факту, что остатки прежнего Свежевателя оказались способны отвергать щенков… так что одного он отдал Помойке, а еще двух помог пристроить я.

Равна смотрела в дождливый мрак. Если эта история куда-то клонится, то она может предположить, что стало с двумя щенками.

– А остальной Шелковинт – кто, Амди?

– Мы с Джефри протащили двух щенков в ветеранский Фрагментарий – где сидели под стражей остатки Булата.

– Ага. Я так понимаю, прямо перед его «самоубийством».

– Да, – согласился Амди. – Как-то Свежеватель уговорил Заботницу всех обмануть, включая Резчицу.

– Ага, – подтвердил Джефри. – Мне очень интересно, на чем он мог Заботницу подловить.

– А мне все равно, – ответил Амди. – Господин Булат был чудовище, но когда я был совсем маленький, он был моим первым другом – то есть я так думал. Как бы там ни было, а все вышло так, как запланировали Свежеватель и Заботница. Остатки господина Булата были безумны, но часть этого безумия связана с тем, что Булат хотел превзойти прежнего Свежевателя, победить его, показать ему, что чего-то стоит. Когда он прекратил попытки убить двух щенков Тиратект, они ему идеально подошли. Отчасти результат выглядел как исходный Булат, так что пришлось красить шерсть.

Их всех спасло хитроумие Шелковинта и его кровавая ярость, но вернул Равну к жизни после дней беспамятства его терпеливый уход. Неужто он и есть та стая, из-за которой получили свое название Луга Резни? Такая форма искупления людям недоступна – по крайней мере Здесь.

Минуту все помолчали. Только капал дождь и тихо гасли угли в костре. Наконец Равна спросила:

– И кого же из него убили вчера? Булат наполовину, на три четверти – что осталось?

– А, понял, – слишком жизнерадостно прозвучал голос Амди. – Ты не волнуйся. Ты же знаешь, что личность не определяется процентом. Три четверти оставшейся стаи – от Булата. Но вся четверка – это преобразованная душа.

Предмет их обсуждения не появлялся еще несколько часов, хотя Амди говорил, что слышит, как он ходит дозором вокруг лагеря.

– Он считает, что из нас плохие часовые, – сказал Амди. – Уверен, он и спать будет периметром.

Керхогов устроили поудобнее, укрыв от ветра за крутым склоном, где было не суше, чем повсюду. А у людей и стай для сна нашлись несколько непромокаемых плащей и одежда, бывшая на Равне и Джефри за день до того.

Все переоделись, Амди и Джефри разложили плащи и сбились в кучу, как делали в холодные ночи.

– Ты можешь с нами лечь, Равна, – сказал Амди, освобождая ей место.

Джефри замялся, но поддержал:

– Имеет смысл. Так будет теплее.

В предыдущую ночь, когда они успевали только подремать на телегах, такой вопрос не возникал.

– Верно.

Она легла позади Джефри и позволила Амди окружить себя телами. Этих двух она не обнимала с тех пор, как они были еще совсем малышами. Теперь, когда она обняла Джефри, это было совсем по-другому.

Глава 26

Идти поверху было легче, чем лезть вверх, даже там, где от дождя почва раскисла. Керхоги паслись на нежной луговой траве – хотя вода стояла сразу под зеленью, маскируя глубокие дыры. Лить перестало, но тучи висели плотно – идеальная погода, чтобы двигаться, не боясь наблюдения. Остаток Шелковинта (Булата?) вел себя так же, как накануне, идя дозором перед телегами, указывая подходящие тропы. Хромота снижала его темп, но не сказывалась всерьез на ловкости.

Карты убрали, но Амди их запомнил.

– Эти горы с запада пологие, с востока обрывистые. У нас впереди очень крутой спуск.

Равна это помнила. «Крутой спуск» – это еще было очень мягко сказано. Горизонтали на карте почти сливались – крутой обрыв. Амди этого не отрицал, но сейчас его волновало другое.

– Еще несколько часов – два дня максимум, – и мы выйдем к деревне, к гостинице или просто к стаям-фермерам. Что мы им скажем?

– Зависит от ситуации, Амди, – ответила Равна.

Бедный мальчик. Он пытается запланировать экспромт. Ну конечно, пока он об этом думает, ему не надо думать о предстоящем спуске, или о том, что кончается еда (запасы всего, что Равна готова была рассматривать как съедобное), или что за ним охотятся как минимум три разных банды. Сейчас по лугам веял ветер. Может быть, не арктически холодный, но мокрую куртку леденил насквозь. И все они усталые, замерзшие, немытые и…