Житие мое - Ирина Сыромятникова

- Гм. Еще месяц?

- Да.

- Мы можем отложить начало действия договора на это время, через месяц вы принесете мне официальное заключение.

- Договорились!

За месяц я сумею встретиться с новым начальством и урегулировать конфликт интересов. Может, мне даже удастся столкнуть их лбами.

Домой я возвращался, насвистывая и прикидывая, как распределить дела на месяц (вдруг ехать все-таки придется). Надо было решить вопросы с финансами и квартирой, избавиться от лишних вещей (да, появились и такие), еще раз обговорить дела с Четвертушкой. Но первым делом я ухватился за таинственную папку Полака (вчера до нее просто руки не дошли).

В папке лежали вырезки и конспекты статей, охватывающие последние двадцать лет, и даже небольшая монография на заданную тему. Половина текстов была на каштадарском, который я, скажем так, понимал три года назад в пределах краткого университетского курса, сейчас знакомыми казались только буквы. Ну, да, Каштадар - родина алхимии, они и теперь еще пытаются с нами ровняться. Я решительно отложил нафиг тарабарские свитки и принялся за монографию.

Рудные бактерии. Ну-с, посмотрим, чем же их не устраивает традиционная металлургия.

Казалось бы, чем можно удивить алхимика с пятилетним стажем? Экономическими расчетами. В Университете рентабельности производства внимания почти не уделяли, а дополнительные курсы на эту тему я не посещал (мне и так забот хватало). Оказалось - упустил много интересного. Пока поделки клепались из лома и мусорных остатков, это не имело значения, но, стоило поднятья на более-менее значимый уровень, впереди начинал маячить барьер, который могла одолеть далеко не всякая разработка - дороговизна цветных металлов. Медь, золото, серебро и свинец нужны всем, и магам, и алхимикам, при этом, если залежи железной руды еще худо-бедно разрабатывались, то месторождения меди, например, были близки к полному истощению. Именно дороговизна металлов тормозила развитие цивилизации - их попросту негде становилось брать.

Изучив проблему, я стал лучше понимать, почему дядя так трясся над каждым кусочком машинного лома.

Рудные бактерии могли помочь сконцентрировать нужные элементы и удешевить их добычу в десятки раз, естественно, если кто-то придумает, как их использовать (пока законченный алхимический цикл - от руды до металла - был достаточно спорен). В подборке Полака присутствовали все бешеные идеи, опробованные нашими предшественниками с единственным выводом - этим путем идти не стоит. Очень увлекательно. В смысле, я, конечно, волшебник, но, по-моему, они мои возможности переоценивают. Особая прелесть ситуации заключалась в том, что, если решение существовало, то целиком находилось в компетенции природников (тех самых ребят, которые, не глядя, вытурили меня из своего клуба).

Я честно рассмотрел возможность послать Полака к его любимым бактериям, в бродильный чан. Нашел себе, понимаешь, волшебную суму - вынь да положь! Но мельком оброненная фраза о блестящих перспективах уже проросла в душу видением великого меня, гениально решившего важнейшую проблему современности. Богатым буду... Знаменитым на весь мир... Статую себе сделаю из чистого серебра, башню построю четырехэтажную с лифтом и буду всех от нее гонять. Хорошо! Но сначала надо выяснить, действительно ли все так плохо с материалами - "ботва" любит истерику разводить на пустом месте.

Глава 61

Желчные и неуступчивые целители из карантинной бригады отпустили-таки Сатала на один день для передачи дел приемнику. Обычно взрывной и энергичный, координатор был нехарактерно тих и печален, а взгляд его время от времени становился рассеянным. Бер, проинструктированный целителями как раз по поводу таких случаев, пытался понять, что же видит перед собой маг, рискнувший разделить душу с нежитем. После того как секретные ключи и коды сменят владельца, пациента следовало скорейшим образом доставить в карантинный блок, располагавшийся на территории все той же базы "чистильщиков". В данный момент, травмированный Шорохом координатор был единственным тамошним обитателем, но Паровоз был уверен, что во время вынужденного заключения Сатал не скучает - слишком много знакомых вокруг.

- Как твои мальчишки-то?

Сатал бледно улыбнулся:

- Замечательно! Я сейчас стараюсь с семьей не общаться - нельзя демонстрировать младшим свою слабость.

Учитывая, как выглядят младшие в семье черного мага, Паровоз с этой позицией был совершенно согласен - собственные многочисленные племянники Бера на фоне близнецов казались ангелами.

Во двор, шурша шинами, вкатился служебный лимузин, черный, с едва заметно взблескивающими защитными Знаками под эмалью. Из автомобиля вылез невысокий маг с кожаным портфелем в руках и аккуратным бейджиком на лацкане пиджака.

"А мимика-то у него улучшилась!" - заметил про себя Бер и мысленно поморщился. Если раньше странная внешность Ларкеса отпугивала народ, позволяя избежать множества недоразумений, то теперь сглаживать шероховатости капитану придется самому.

Между тем маги раскланивались в обычной для черных манере - без прикосновений и рукопожатий - готовясь продолжить общение вдали от посторонних глаз. Враждебности в их позах и жестах не чувствовалось.

- Вы с ним работали? - тихо поинтересовалась эмпатка.

Паровоз мрачно кивнул.

- Пятнадцать лет. Правда, руководство тогда сидело в Гердане, а это упрощало ситуацию.

Кевинахари задумчиво наклонила голову.

- Немного некоммуникабелен, зато не склонен к эмоциональным всплескам. Рассудителен. Неплохое сочетание для руководителя такого ранга!

Паровоз поморщился - он не хотел разводить критику руководства, прошлого, а теперь и будущего.

- Он очень хороший руководитель, просто отличный. У него все всегда делают именно то, что нужно. Никогда не знают, что нужно, но именно это и делают, без вариантов.

На глазах Бера уволилось или добилось перевода несколько компетентных сотрудников, неспособных вынести того, что с ними обращаются как с беговыми тараканами. Причем, попытки избежать рутины или потребовать объяснений Ларкес воспринимал как саботаж, нежелание работать и личное оскорбление.

- Интересно... - протянула эмпатка.

Паровоз пожал плечами (может, ей и интересно), а потом заторопился - на сегодня у него была масса дел помимо встречи со старо-новым начальством.

Перенастройка Знаков и печатей, если она ведется их прежним владельцем - дело нескольких минут (а если без него, то кропотливая работа занимает две недели), всего за полчаса вся полнота власти магического "надзора" в северо-западном регионе перешла к Ларкесу. В качестве заключительного штриха, маги переместились в кабинет координатора.