Город Бессмертных. Трилогия - Даниэль Дессан

– Но… – чародейка метнула взгляд на советника Зельбера, – работа у палача все-таки намечается. Советника и маг… Ханагира – под стражу. Все свободны! Эл, Виффим, давайте подумаем, как вывести короля из-под действия заклинания.

– Само пройдет, – предложил Эллагир. – Если его надо было постоянно обновлять, вряд ли оно долго держится.

Альрин согласно кивнула.

– Тогда запрем его в башне, – Виффим пожал плечами. – Не следить же за ним неотступно!

– Да, так и поступим. – Чародейка встала из-за стола и встретилась взглядом с Рованной.

Оказывается, девочка не уходила в свою комнату, а по привычке спряталась за портьерами. Сейчас она смотрела на Альрин умными, по-взрослому серьезными глазами.

– Спасибо тебе, – наконец, тихо проговорила она и неуверенно склонила голову.

– За что? – удивилась Альрин.

– За то, что разобралась во всем и уберегла отца от казни.

– Ну… Вероятнее всего, от престола ему придется все равно отречься. Народ узнает о его участии в этом кошмаре. И под чарами он там был или нет – никого заботить не будет. Ему этого не простят.

– Это ведь не страшно, – улыбнулась девочка. – Это – ерунда. Мы можем жить и обычной жизнью.

– “Мы?” – Альрин усмехнулась. – После отречения трон станет твой.

– Нет! – принцесса даже попятилась. – Не хочу я никакого трона.

– Боюсь, никто тебя не спросит, чего тебе хочется, – покачала головой чародейка. – Ты – дочь короля. И выбора у тебя нет.

Виффим фыркнул.

– Тоже мне, трудности. По-настоящему нет выбора у дочери крестьянина где-нибудь в пустынных землях. А у будущей королевы вариантов хоть отбавляй! Выучиться на кого хочешь – и вперед, заниматься любимым делом, когда государство не требует внимания.

– А я могу стать магичкой? – тут же спросила Рованна.

– Ты умеешь что-нибудь… особенное? – вопросом на вопрос ответила Альрин с интересом в голосе.

– Я однажды разожгла камин без помощи слуг… – с сомнением проговорила принцесса. – Это считается?

Чародеи, смеясь, переглянулись.

– Он вспыхнул сам собой, я на него только посмотрела! – продолжила Рованна.

Все мигом посерьезнели.

– В целом, да, – Альрин задумалась. – Нужно будет тебя испытать. Но не сегодня – у нас еще полно дел!

– Дела подождут! – не терпящим возражений голосом заявила Рованна, но чародейка снова рассмеялась:

– Ты свои королевские замашки брось.

Девочка снова покраснела и опустила глаза.

– Простите, – почти прошептала она.

– Прощаем, – великодушно заверила принцессу Альрин. – Если будешь учиться магии в университете, там заодно научат хорошему поведению, – добавила она, вспомнив о Комнате Наказаний.

– Пора возвращаться в Делор, – негромко заметил Эллагир. – Вопрос с королевской аудиенцией решен, а дисциплинарное слушание на Совете Магов отменяется по случаю неявки Совета.

– Да, удачно все это закончилось, – довольно согласилась чародейка.

– Снова поедем на моем загривке? – уточнил Виффим, отходя к центру комнаты.

– Иначе никак.

Чародей уже собрался открыть портал, но внезапно опустил руки и прислушался.

В городе зазвучал набат.

Книга 3. Глава 36

Тангор, ругаясь, на чем свет стоит, размахнулся и нанес очередной удар. Окованная сталью дверь, наконец, поддалась и распахнулась. В темном помещении, в дальнем углу сидел, скрючившись, человек. Он был весь в засохшей крови. Ошметки одежды едва прикрывали тело, все в ранах и ушибах.

Человек поднял глаза, удостоверился, что прямо сейчас его убивать не будут, и прохрипел:

– Воды!..

Тангор и сам сообразил, что вода бы не помешала, но с собой у него была только фляга с крепким вином.

– Пей, – проворчал он, протягивая емкость.

Человек жадно припал к фляге, но тут же закашлялся, выплюнув большую часть жидкости.

– Только переводить на тебя доброе вино, – хмыкнул гном, не отобрав, однако, напиток. – Идти можешь?

Человек попытался встать на ноги, но тут же с криком упал. Тангор рассмотрел, как из голени у него торчит сломанная кость.

– Не беда, донесу.

– Нет… Нельзя, чтобы меня таким видели, – прошептал человек. – Горожане…

– Да плевать на твоих горожан! – вспылил гном. – Демир, ты что, хочешь остаться в этом подвале?

– Не хочу! – человек упрямо сжал зубы и снова попытался встать, на здоровую ногу, опираясь о стену.

Ему это удалось.

– Дальше что? – Тангор осмотрел советника еще раз. – Поскачешь на одной ноге?

– Лучше так.

– Да пошел ты! – гном, не слушая возражений, сгреб в охапку Демира и потащил его к выходу. – Будешь дергаться, дам по башке.

До шатра Фавиллы было недалеко. Тангор аккуратно уложил ношу на лежанку и подытожил:

– Нашел его там, где ты и говорила. Зорран сохранил ему жизнь, но особо не заботился. Не понимаю, зачем для этого понадобился именно я…

– А ты, когда открывал дверь в подвал, ничего не почувствовал? – поинтересовалась Фавилла, осматривая советника. – Девочка моя, тут работа для тебя, – повернулась она к Иллерии.

Чародейка подошла и тоже начала внимательно изучать переломы и другие повреждения.

Советник не протестовал: он еще в пути потерял сознание.

– Что ж я должен был почувствовать? – проворчал Тангор. – Кулаки отбил, это в счет?

– Любой бы там без головы остался, – усмехнулась прорицательница. – Зорраны весьма искусны в магии. Дом, двери и сам Демир были защищены такими чарами, что только гном смог бы с этим справиться. У вашего народа удивительный дар – противостоять этому.

– Я знаю, – с достоинством кивнул Тангор. – Только вот Эллагир…

– У него тоже удивительный дар, – согласилась Фавилла.

– А почему… – начал гном, но Иллерия деликатно попросила:

– Прошу извинить, мне надо сосредоточиться. Можно мне немножко тишины, пожалуйста?

Тангор пожал плечами. Честно говоря, его не особо интересовали причины эллагирова феномена. Он не скрывал своей радости по поводу того, что такой маг, с умением творить чары на гномов, – всего один.

Вроде бы.

Иллерия тем временем несколько раз произнесла исцеляющую формулу. Самые страшные раны затянулись, но кости сломанной ноги не срослись.

– Пока все, сил больше нет, – выдохнула она, вытирая пот со лба. – Через час продолжу.

Вдруг снаружи раздались встревоженные голоса. Почти сразу полог распахнулся и внутрь заглянул какой-то мужчина.

– Прошу прощения,