По следам обречённых душ (СИ) - Ласточкин

Вэнферас не переставала гадать, что же могло произойти с подругой. В голову приходили только плохие мысли, от которых она старалась отгородиться, но выходило, что они лишь становились тревожнее и страшнее.

«Неужели Валтис что-то сделал с Ланией? Что если он последовал примеру Инетты и избил её?» — глаза заслезились, а руки затряслись от нервного напряжения. Начиная общипывать зубами кожу губ изнутри, академка преодолела последний поворот и подбежала к кабинету медитрии. Через небольшое овальное стекло с матовым покрытием, что размывало изображение по ту сторону, были видны очертания кровати. Потянув руку к ручке, Кэнсаль заметила движение. Кто-то резко дёрнул дверь с обратной стороны.

Дыхание перехватило в ту же секунду, пульс помчался вскачь. Втянув воздух через зубы, Вэнферас отшатнулась, чуть завидев свирепый взгляд встретившего её Валтиса. Его глаза, подобные кофейной гуще, угрожающе пылали, точно крича «не подходи, иначе перегрызу глотку». Отшатнувшись от ударившего по груди страха, девушка врезалась в стену. Крадман стал спокойнее в ту же секунду.

— А, это ты, — небрежно бросил тот и цыкнув, отступил с прохода, пропуская Кэнсаль в палату. — У тебя есть не больше получаса, скоро приедут родители, — махнул рукой себе за плечо, когда развернулся и исчез за дверью.

С трудом отлепившись от стены, академка просеменила с опущенным взгялдом в медпункт, закрыв за собой дверь. Стрельнув глазами в сторону кровати, Кэнсаль сорвалась со своего места и схватила подругу за руку, падая на колени прямо перед кроватью. Пугала не столько лёгкая бледность, даже не испарина, скопившаяся на лбу, сколько пустой взгляд, точно поблекших зелёно-карих глаз и отсутствующего выражения лица.

— Лания, что с тобой? — дрожа пропищала Кэнсаль, подползая ближе.

«Умри. Кровь, больше крови! Умри! — в голове внезапно зашептали незнакомые голоса. — Убей себя. Умри», — противно тихо нашёптывали они. Стараясь отмахнуться от них, Вэнферас перевела всё своё внимание на Ланию.

Нобилиа же смотрела в стену и не реагировала на подругу. Казалось, словно из неё высосали все эмоции.

— У её дружка спроси, — с отвращением буркнул Валтис, пристально наблюдающий из угла комнаты за сестрой, устроившись в небольшом кресле.

— Малер? — голос осип от шока. — Это невоз-зможно… он бы так не спустил с ней. Или это ты сделал? Ты ж-же всегда над ней издевался, — робко продолжила она, на что Валтис её проигнорировал и перевёл всё внимание на небольшой экранчик айкофэта.

— Кэнсаль? — и без того тихий голос Лании, надломился.

Подскочив на ноги, Вэнферас встревоженно посмотрела на Нобилиа и почувствовала, как подруга сжимает её руку крепче.

— Они хотят моей смерти. Они не затыкаются… Постоянно шепчут. Мне так больно. Я не могу им сопротивляться, — безумно распахнув глаза, она повернула голову. В голосе отчётливо мелькали паранойя, страх и ноты переполняющей истерики. Она выглядела так хрупко впервые за долгое время, что казалось, будто любое неосторожное движение её просто сломает, вывернет наизнанку, а после на её месте останутся осколки.

— Шепчут?

— Да, ты их не слышишь, да? Я слышала их и раньше, н-но думала, что мне просто казалось. А теперь они не затыкаются.

«Почувствуй сладостный вкус собственной крови», — вновь услышав незнакомый шёпот, Кэнсаль замерла. Неужели именно эти голоса слышит Лания? Как можно заставить их замолчать, как помочь? Хоть что-то должно быть в её силах, ведь Лания столько раз помогала и была рядом.

— Эй, забитая, планы изменились, тебе уже пора. Родители уже на территории академии, шуруй отсюда, — подскочив на ноги, Валтис точно охранник проследовал к двери и недовольно её отодвинул, явно призывая посетительницу выйти вон.

— Я вернусь и обязательно помогу тебе, слышишь? Не слушай голоса, не поддавайся им, что угодно, только не слушай, — взмолившись, Кэнсаль зашептала так же тихо, чтобы стоящий неподалёку Крадман не расслышал её слов.

Нехотя выпустив руку подруги, которая снова приняла прежнее положение, Кэнсаль зашагала к двери, не спуская взгляда с кровати. От безжизненного взгляда Лании по коже забегали мурашки, рьяно прорвались сквозь мышцы прямиком к позвоночнику.

Терзаемая видом подруги, Вэнферас ещё долго не могла прийти в себя. Единственная мысль, которая казалась правильной — спросить у кого-то что делать и не просто у кого-то, а того, кто наверняка поможет. Пальцы подрагивали, а в воспоминаниях неустанно крутились голоса. Пискнув от бессилия, Кэнсаль захотела забиться в самый дальний угол, закрыть уши и переждать. Хотела оказаться в том моменте, когда всё будет в порядке, когда буря минует.

Наскоро завернув за угол и спрятавшись под одной из лестниц, она открыла список контактов и долго сверлила глазами первое по списку. Тело пробирал страх, а пальцы точно деревенели, когда она пыталась нажать на значок звонка.

«Не могу! Не могу!» — из-за нервов она смогла пересилить себя только с двенадцатой попытки. Короткие гудки зазвенели, точно колокольчики, заставляющие сердце биться в сто крат быстрее от переживаемого стресса. Тем не менее Кэнсаль понимала, что не может отступить, не может подвести Ланию, не может в этот раз спрятаться.

— Кэнсаль? Что-то случилось?

Вздрогнув, Вэнферас с трудом начала говорить:

— П-простите за беспокойство! Я вас отвлекаю?

Мужчина улыбнулся, академка услышала это и представила, как он по-доброму смотрит на неё, его мягкую улыбку, как он ободряюще протягивает ей чашку ароматного чая.

— Нет, всё в порядке. Так, что случилось? У тебя беспокойный голос.

— Мне нужно с вами поговорить. Вы сможете прийти в таберн через полтора часа? Это правда важно, — дрожа от нетерпения, она начала переступать с ноги на ногу и сжимать ладони в кулаки, разминая кожу пальцами.

— Хорошо, давай. До встречи.

Глава 32. Взгляд несущий страдания. Часть 1

Академия кувелов, комната пациентов

Первым, что увидела Лания, когда конец пришла в себя — дневной свет, льющийся из окна. В какой-то момент даже показалось, что он тянет к ней свою руку, отчаянно желая спасти от чего-то ужасного и страшного; хочет забрать с собой туда, где уже не придётся ни о чём волноваться и беспокоиться — в неведомый никому мир.

Разум словно находился в состоянии полубреда. Однако в этот момент она могла мыслить более чем ясно. Руки и ноги подрагивали, щёку неприятно саднило, равно как и руки. Лания приподнялась и отрешённо посмотрела на небольшой порез, протянувшийся через запястье. Она постаралась вспомнить как тот мог появиться. Ответа не нашлось и тогда Нобилиа приняла сидячее положение. В разуме смутно проскальзывало, что совсем недавно к ней приходила Кэнсаль, но вспомнить ничего из этой встречи не могла.

Оглядевшись по сторонам, Лания поняла, что находится в медпункте.

«Ничего не понимаю… Что