Фантастика 2025-129 - Денис Старый

были металлические скобы, названия которых мне даже было неизвестно. За современной модой у меня не было времени следить.

Но главное колечко, которое меня сейчас интересовало, находилось ровно в середине пищевода — в его средней трети. Кольцо разомкнулось, и его острый конец зацепился за слизистую пищевода. «Гистологический анализ» сообщил, что металл прошёл в подслизистую оболочку и остановился около мышечной стенки органа.

И это можно интерпретировать по-разному. С одной стороны, хорошо, что кольцо не прошло насквозь. В таком случае случилась бы перфорация органа, а с такой хирургической операцией справляться куда сложнее из-за риска распространения инфекции в грудную полость и близлежащие органы.

Однако и такая ранка могла осложниться. В дальнейшем она может превратиться в язву и инфицироваться. Эх и угораздило же этого парня…

Хорошо ещё, что кольцо не пролетело дальше — в желудок. Если бы он попил воды, возможно, смог потоком жидкости вырвать железку из пищевода, но тогда появился риск, что она застрянет ещё дальше. И самый неприятный вариант — это петли тонкой кишки. Вот туда без прямого хирургического доступа мы бы уже не добрались.

С помощью эндоскопа можно полностью осмотреть пищевод, желудок и двенадцатиперстную кишку, вводя трубку через рот. А если вводить через анальное отверстие, то появится доступ почти ко всей толстой кишке.

Тонкая кишка как раз находится между двумя этими зонами, и её длина составляет от пяти до шести метров. Застрянь пирсинг в пределах этой «территории», и хирургам пришлось бы изрядно повозиться, чтобы найти среди петель запутанной кишки тот участок, где находится инородный объект.

— Что у вас тут случилось? — спросил спустившийся к нам хирург Рэйсэй Масаши.

— О, сегодня вы дежурите, Рэйсэй-сан? — я поприветствовал хирурга быстрым коротким поклоном. — У нас тут разрыв кончика языка и инородное тело в средней трети пищевода.

Рэйсэй Масаши уже не спрашивал, откуда я знаю — в каком участке застряло кольцо. У нас с хирургами образовалось негласное правило. Я помогаю им в операциях и диагностике, а они не задают лишних вопросов. Пожалуй, самая взаимовыгодная сделка, которую я когда-либо заключал в этой клинике.

— Дайте-ка я посмотрю, — нахмурился Рэйсэй и заглянул в ротовую полость пациента. — М-да… Куда себе только не засунут этот пирсинг.

— М! М-м-м! — промычал Ишимура Ичиго, видимо, желая поспорить с хирургом.

— Тихо! — воскликнул Рэйсэй Масаши. — Надо начать с ушивания раны языка, Кацураги-сан. Пирсинг подождёт, а вот кровотечение будет продолжаться, пока мы не остановим его самостоятельно.

Ишимура Ичиго приготовили к госпитализации в хирургическое отделение. Я отметил в листе назначений, какие препараты нужно ввести, чтобы ускорить свёртывание крови и замедлить кровотечение.

— Моя помощь вам не пригодится, Рэйсэй-сан? — спросил я.

— Нет, Кацураги-сан, язык я зашью сам, — ответил хирург. — Но на удаление пирсинга из пищевода я бы попросил вас заглянуть. У меня в отделении куча пациентов, требующих постоянного контроля. Поэтому, — он перешёл на шёпот. — У меня нет времени возиться с обследованиями. Хочу попросить вас, чтобы вы помогли мне проконтролировать процесс удаления.

— Без проблем, Рэйсэй-сан, — кивнул я. — Скиньте смс-сообщение, как закончите с языком. Я пока займусь терапевтическим отделением.

Там меня ещё ожидает Якинори Момо. Могу поспорить, что эта мадам уже успела накатать письмо с жалобой и ждёт почтовых голубей. Если бы не просьба Накадзимы Хидеки — проследить за ней, меня бы вообще не беспокоил этот инцидент. Но заведующего, судя по всему, волнуют её связи, так что ради него придётся с ней пообщаться.

Я поднялся в терапевтическое отделение. Акихибэ Акико бежала за мной, не понимая, чем теперь себя занять.

— Кацураги-сан, это какая-то глупость! — воскликнула она. — Сумасшедший дом! Я бегаю туда-сюда, но не могу сделать ничего полезного. А вы обещали, что покажете мне, как надо работать в терапевтическом отделении.

— Уже показываю, — ответил я, восстанавливая дыхание после пробежки. — Здесь работа всегда идёт в таком ритме. Привыкайте. Если хотите себя чем-то занять — обратитесь к постовой медсестре. А вот, кстати, и она.

Девушка встретила нас у входа в терапевтическое отделение.

— Кацураги-сан, там Якинори Момо опять балагурит, — сообщила она.

— Меня не было пятнадцать минут, — вздохнул я. — Что случилось?

— Якинори-сан жалуется, что её давление не снижается и требует, чтобы ей ввели антигипертензивные препараты.

— Какое у неё давление? — спросил я.

— Сто тридцать на восемьдесят.

— Это нормальное давление для её возраста и заболевания. Если будет ниже — ей может стать хуже, — сказал я. — Ничего вводить не нужно, я сам ей всё объясню.

— Э… — замялась медсестра. — С этим есть одна проблема.

Что-то у меня очень плохое предчувствие.

— Рассказывайте, — попросил я.

— Якинори-сан довела медсестру процедурного кабинета до слёз и… В общем, она всё-таки ввела ей препараты для снижения давления.

— Да что ж такое! Зачем? Мы же теперь его поднимать замучаемся.

— Кацураги-сан, вы только не ругайте её сильно, — попросила медсестра. — Она очень разозлилась и ввела Якинори-сан мочегонку — фуросемид. Чтобы та всю ночь в туалет бегала.

Акихибэ Акико громко хохотнула, но тут же прикрыла рот ладонью.

— Я вижу, тут вообще всем плевать на её жалобы императору, да? — тяжело вздохнул я.

Так поступать с пациентами было нельзя. Даже если они совсем невыносимые.

— Просто она нас уже замучила! — призналась медсестра. — Она госпитализируется сюда каждые три недели без каких-либо жалоб. Занимает койку и при этом требует к себе постоянного внимания.

— И сестринский персонал решил, что ввести ей мочегонку — это наилучшее решение, да? — спросил я. — Ладно. Я сейчас сам разберусь. Но будьте готовы, что ночью ей придётся поднимать давление. Учитывая её анамнез заболевания, даже сто двадцать на семьдесят для этой женщины уже слишком мало. Сосуды привыкли к большему давлению. И плевать, что она сама об этом думает. Отвечаем-то за её здоровье мы с вами!

Акихибэ Акико с интересом слушала мой диалог с постовой медсестрой. Учитывая, сколько навалилось проблем, отправить Акико осматривать отделение — это лучший выход из ситуации.

— С Якинори Момо я разберусь, — сказал я медсестре. — А вы дайте Акихибэ-сан список тяжёлых пациентов. Пусть проконтролирует их состояние.

Я оставил девушек за спиной, а сам пошагал в палату Якинори Момо.

Когда я вошёл внутрь, по моим