Книга Азраила - Эмбер Николь

Мой взгляд метался между ними двумя. – Ты говоришь о его кошмарах?

– Он видит будущее так же, как его отец и отец его отца. Какими бы искаженными ни были видения, они несут в себе истину. Миры снова откроются.

– Но если они откроются, это значит, что Лиам умрет.

– Так написано; значит, так и будет.

– Нет.

Я посмотрела на Лиама, его взгляд был сосредоточенным и отстраненным. Что бы ни имел в виду зверь с летающими головами, его это глубоко задело. Мои пальцы сжались так сильно, что Лиам повернулся ко мне – в его взгляде мелькнула боль.

– Пока я здесь, с тобой ничего не случится. Обещаю – для этого мне даже не нужно клясться мизинцем.

Лиам с трудом выдавил улыбку, и я едва его узнала. Я повернулась к Роккаррему.

– У тебя есть хоть какие-то хорошие новости?

Одна голова смотрела на меня, пока остальные продолжали вращаться. Я сразу пожалела, что открыла рот.

– Пророчество сбудется. Один падет, другой поднимется, и так начнется конец. Это было предсказано, и это случится. Один создан из тьмы, другой создан из света. Мир содрогнется.

Я почувствовала, как комната задрожала, – сила Лиама рвалась наружу.

– Неужели все это было очередным проклятым испытанием?

– Испытанием во имя укрепления миров. Так есть, и так будет. Вселенной нужно было увидеть, нужно было узнать.

– Узнать что?

Комната снова вздрогнула. Плавающие головы закружились против часовой стрелки, а затем обратно.

– У тебя мало времени, Самкиэль.

Я отпустила руку Лиама и шагнула вперед, забыв о том, как меня пугает это проклятое летающее существо.

– И этим ты занимаешься? Говоришь загадками, пока на нас надвигается война? Разве ты не можешь помочь?

– Дианна.

Голос Лиама прозвучал чуть слышным шепотом. Мука, наполнявшая его серебристые глаза, заставила меня захотеть разорвать мир на части.

– Ты не знаешь всего, – сказала я, чувствуя нарастающий гнев.

– Кажется, Король-Бог нашел новый дом.

Форма существа изменилась. Одна голова повернулась ко мне, в то время как две других кивнули в унисон.

– В этом нет никакого смысла. Ты же знаешь, что его мир разрушен, ты, летучая задница! – огрызнулась я, взяв Лиама за руку. – Пойдем. Здесь нам не помогут.

Я была сыта по горло эти местом и этим существом.

Голос Роккаррема эхом разнесся по пустому пространству – одновременно повсюду и нигде.

– Появится трещина – эхо того, что потеряно и не может быть исцелено. Тогда, Самкиэль, ты узнаешь, что такое конец света.

Остановившись, я медленно обернулась. Я знала, что мои глаза светятся красным, и была готова бросить столько огненных шаров, сколько потребуется, чтобы его заткнуть. Но было слишком поздно. Существо больше ничего не сказало и растворилось в тени, его тело слилось с материей вселенной.

* * *

Мы снова ворвались в библиотеку, портал позади нас мгновенно закрылся. Страницы оставленных нами книг затрепетали. На обратном пути меня тошнило немного меньше, и, сделав несколько глубоких вдохов, я восстановила равновесие. В небе все еще светило солнце – должно быть, нас не было всего несколько минут.

– Почему мы сразу не пошли к этому летающему существу вместо того, чтобы бродить по всему свету? – спросила я.

Лиам метался по комнате, зарывшись пальцами в волосы.

– Во-первых, он говорит одновременно о прошлом, настоящем и будущем, поэтому половина из сказанного либо уже произошла, либо произойдет. Во-вторых, я даже не думал, что эта Книга вообще существует, не говоря уже о том, что в ней есть что-то важное.

Я кивнула и прикусила нижнюю губу.

– Хорошо, поняла. Итак, каков наш план?

Лиам пожал плечами, продолжая расхаживать по комнате.

– Я не знаю.

– Что значит «ты не знаешь»?

Он резко остановился, уперев руки в бедра и откинув голову назад.

– Я видел это. То, как кончается мир. Это было в моем сне. В том же сне, в котором я видел тебя… – Он остановился, опустив голову и взглянув на меня. Я увидела, что в его глазах блестят слезы.

– Лиам? – спросила я мягким, тихим голосом.

– Я видел это. Небо разорвалось, как тогда, на Рашириме. Война… Логан произнес это слово, когда я только вернулся. Я думал, что мы больше никогда ее не увидим. Я думал, что худшее позади и можно не бояться, но я ошибался. – Он снова принялся ходить по комнате. – Я всегда ошибаюсь или опаздываю на несколько мгновений. Из-за этого я не успел спасти отца. Вместо этого он умер, спасая меня.

Его голос дрогнул, и от этого звука мое сердце болезненно сжалось. Впервые с тех пор, как я его встретила, Лиам казался неуверенным и уязвимым. Он махнул мне рукой.

– Я даже не успел спасти тебя. Итак, Дианна, что я делаю кроме того, что все порчу?

– Лиам.

Я шагнула к нему, но он отпрянул.

– Это все, на что я годен. Не зря меня называют Губителем мира. Думаю, это более чем справедливо. Теперь Онуна падет. Уже два погубленных мира, верно?

У него вырвался резкий, самоуничижительный смех, и я поняла, что его теряю. Каждая эмоция, которую он подавлял, грозила вырваться наружу и разорвать его на части. Горе и депрессия поймали его в свои уродливые лапы.

Комната содрогнулась, и я едва не потеряла равновесие. Ряды полок вдоль стен завибрировали и задрожали, а все предметы, не прикрепленные к полу, поднялись в воздух.

Я оглянулась, наблюдая, как толчки медленно нарастают.

– Лиам. Мне нужно, чтобы ты успокоился, хорошо? Мы разберемся с этим вместе, как и всегда.

– Тут не в чем разбираться, Дианна. Роккаррем не может лгать. Все, что он предсказал, сбудется. Разве ты этого не понимаешь?

Я вскинула руки вверх.

– Отлично! Тогда мы встретим конец света вместе.

Я надеялась, что смогу прорваться через стену, которую Лиам выстроил вокруг себя. Птицы на ближайших деревьях испуганно встрепенулись и разлетелись в стороны. Я боялась, что если он не успокоится, то все здание рухнет.

– Я потерпел неудачу, – прошептал он. – Снова.

– Нет, это не так.

– Да! Ты сама это слышала. У меня был единственный шанс заполучить эту чертову Книгу. – Его голос стал на октаву выше. – Я потерпел неудачу, потому что предпочел тебя Книге, всему миру! Из-за тебя я стал эгоистом. Ты заползла мне под кожу, как какой-то паразит. Ты заразила меня, и это стоило мне мира. Итак, теперь мне нужно снова готовить армию к войне. К войне, Дианна.

Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули, а пульс ускорился. Меня охватили злость и грусть – грусть за Лиама.

– Ты прав. Я того не стою.

– Вот именно, Дианна. Для меня ты того стоишь – и это делает меня самым эгоистичным ублюдком и самым опасным богом на свете. Я принял это решение за секунду, не думая о последствиях, и, окажись мы в такой ситуации, я бы сделал это снова. То, что я чувствую к тебе, меня ошеломляет, и я не могу это контролировать. Я не знаю, что делаю. Ты это