Связующая Нить. Книга 3 - Анатолий Хохлов

— Забирай!

Один из самураев отбросил копье и, забравшись под посыпающие пылью куски разрушенных домов, рубанул катаной по торчащим из спины Томео кускам труб.

— Есть! — воин вцепился в плечо наместника и выволок его из каменного плена.

Трое самураев выпустили каменную громаду и отскочили прочь. Каменная пасть захлопнулась с грохотом и скрежетом, словно злясь за похищение жертвы.

— Томео-сама… — не сдерживая рыданий, Кадзуми обняла искалеченного воина за шею и прижалась щекой к его щеке.

Томео молчал, пытаемый болью в раздавленных ногах и разорванных мышцах, но улыбался, счастливый от того, что смог еще раз почувствовать своей щекой слезы Кадзуми, полные любви, нежности и страха за него.

Минуту духовного единения нарушили самураи, ударами плащей потушившие пламя, тлеющее на одежде спасенного и тотчас разлучившие влюбленных.

Двое уложили на расстеленный плащ переломанное тело наместника и подняли его, третий взял на руки леди Кадзуми. Все четверо, стараясь как можно бережнее обращаться со спасенными, помчались к замку на холме. Солдаты отчаянно спешили, опасаясь быть отрезанными от полуразбитых стен подступающими силами врага.

Город окружали шиноби Скалы и Ветвей, получившие приказ не щадить никого. Защитники города, выжившие после удара «Дракона», стекались к центральному замку. В основном это были те, кто на момент взрыва находился в восточной части города.

— Все, кто не может сражаться, спускайтесь в катакомбы! — выкрикивал Куо в микрофон радиопередатчика, приняв на себя командование девятью сотнями людей, из которых пять сотен едва переставляли ноги из-за тяжелых ран. — Та часть подземелий, что расположена под замком, уцелела! Возьмите с собой ружья и отстреливайтесь от врагов, пока не закончатся пули и заряды в аккумуляторах! Забаррикадируйте двери и готовьтесь к последнему бою! Не думайте о сдаче в плен! Смерть под пытками — вот что приготовили камнегрызы для малодушных! Наша жизнь заканчивается, братья, но славное поражение может сделать гораздо больше, чем подлая победа! Этот бой останется в истории! Наша храбрость, наш гнев и наша стойкость не будут забыты! Жизнь человека коротка, и значение в ней получает лишь то, что становится наследием новых поколений! Оставим же нашим потомкам славную легенду! К оружию, братья! В последний бой!

— В замке не успеют организовать даже слабую оборону, — Макото, восседающий на полностью облаченном в доспех Забияке, приблизился к лучнику. — Пока солдаты заняты ранеными, самураи Камней могут попросту взобраться по стенам и устроить резню. Мы должны выиграть немного времени.

— И мы выиграем его, — Куо указал на стену третьей линии обороны, частично восстановленную самураями, способными применять дзюцу элемента земли. Каменными столбами стражи Инакавы даже подняли одну из башен, относительно целую. — Я возьму сотню стрелков, и мы укрепимся на этой стене. Ты же…

— Без поддержки мечников вы и пяти минут не продержитесь.

— Ничего, сладим как-нибудь. Займись обороной замка, стальная панда! Когда мы будем истреблены, дело будет за тобой и людьми, с которыми ты поднимешься на стены нашего последнего оплота. Подороже продай свою жизнь!

Самураи взглянули друг другу в глаза. Макото склонился и протянул руку к Куо.

— Ты великий воин и достойный человек, Сусуми-доно. Для меня было честью сражаться рядом с тобой.

— Взаимно, Макото-доно.

Руки их соединились в крепком пожатии. Друзья знали, что новой встречи у них уже не будет.

Сбор отряда был недолгим. Таща на себе ружья, аккумуляторы и ящики с обоймами бронебойных пуль, ополченцы и самураи взобрались на хлипкий бастион, преграждающий путь приближающейся армии врагов. Чуть больше сотни солдат, насколько они смогут задержать движение стотысячного полчища?

— Рассредоточиться! — командовал Куо. — Занять позиции! С каждой тройкой стрелков — одного самурая! Пока ополчение разит врагов, самураи сбивают ответные дистанционные атаки! Не пропускать ни одной! Крепчака с нами нет, и удары энергии Ци легко разнесут стену! Она не защита! Она лишь удобная возвышенность для стрельбы!

Расставив бойцов по позициям, заглянув в глаза и ободряюще кивнув многим из них, командир маленького отряда отчаянных храбрецов поднялся на вершину башни и вынул из крепления за спиной тяжелый боевой лук. Здесь же, у бойниц, разместились четверо стрелков и еще два самурая. Куо глубоко вздохнул, сосредотачиваясь перед последним в его жизни боем, но вдруг знакомый голос окликнул его.

— Куо-сама! — один из ополченцев, вооруженный тяжелым ружьем, подошел к лучнику-самураю.

— Йори-сан! — удивленно воскликнул Куо, узнавая лицо под стальными пластинами шлема, и в порыве чувств крепко обнял девушку. — Глазам своим не верю! Слава всем богам и духам, ты жива!

— Я была в замке, когда «Дракон» нанес удар, — Йори поникла, словно оправдываясь за провинность. — Бойцы моего отряда хотели узнать, каково состояние великого принца… они попросили меня сходить… увидеть его… как близкую знакомую леди Кицунэ, меня бы допустили… но теперь… от моих друзей не осталось даже пепла, а я…

— А мы еще живы, Йори-сан. Живы и можем сражаться тем яростнее, чем ближе нам были те, кого мы потеряли! Вы здесь… и теперь я буду сражаться за пределом своих возможностей! Спасибо. Вы напомнили мне, что еще живы те люди, за которых я не поскуплюсь отдать свою жизнь. Пусть эти ублюдки, что пьют кровь Инакавы, подходят ближе! Не все так просто, как они себе возомнили! Бой еще только начинается. Ха! Сколько сил, братья! Разве мужчина может позволить себе быть слабым, если рядом с ним столь храбрая и сильная девушка?

Йори с печальной улыбкой покачала головой.

— Я всего лишь слабая и боязливая гейша, — сказала она и до щелчка вогнала магазин в гнездо пневматической винтовки. — Вся моя храбрость — это только малый отблеск вашей храбрости… и храбрости Кицунэ!

Приклады крепко прижались к плечам воинов. В дыму, затянувшем все поле боя, возникло движение. Тяжелый рокот заставил дрожать землю. Тысячи тяжеловесных великанов наступали, лязгая пластинами доспехов, оружием и щитами. Ударами латных сапог они опрокидывали полуразбитые стены разрушенных зданий и втаптывали в землю любое препятствие на своем пути. Шли вперед уверенно, как на учениях.

— Стоять! — генерал Санииро, принявший командование над объединенной армией, поднял руку, отдавая приказ. — Они ждут нас! Время приветствия!

— Приготовиться! — выкрикнул Куо. — Сейчас ударят!

Раздался оглушающий шелест, черный дым пожарища дико завился во взбесившихся потоках воздуха, и к стене ринулись тысячи дистанционных атак энергией Ци. «Серпы» и «Вихри», шары огня и молний.