"Виктор Глухов-агент Ада". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

Листи сошла с крыльца и ухватила его за волосы. Драться сенгурки умели отменно. Жизнь в катакомбах и извечная борьба с крысолюдами закалили их и сделали бесстрашными бойцами.

– А ну, подруга, помоги, – позвала она Лерею и стала вытаскивать невысокого крепыша из-под поверженного Лереей мужчины.

Лерея ногой оттолкнула тело и схватила за волосы крепыша. Тот взывал, попытался отмахнуться, но крепкий кулак демоницы врезался ему в зубы. Тот охнул и ухватился за рот. Замычал и перестал отмахиваться. Листи схватила его за шиворот и потащила к крыльцу. Там села и спросила:

– Ты кто?

– Я? – оторвав руки ото рта и потрогав зубы, ответил крепыш. – Сын творца. А ты кто такая? Как посмела?..

– Я еще ничего не смела, но могу, – остановила его начавшуюся было речь демоница. – Руки поломаю, зубы выбью, я это умею.

– Ой, – остановился мужчина, – ты не баба? Ты… – Он дернулся, но подошедшая сзади Лерея ухватила его за шею и крепко сжала пальцы. – Ты демоница? – испуганно прошептал крепыш. – Вам что тут надо, твари? – Удар кулака в бок заставил его согнуться.

– Возьми свои слова обратно, – прошипела Лерея и подняла его голову за волосы. – И извинись. Это мать всех сенгуров. Вождь.

– Кто? – Крепыш вытаращил глаза. – Какой вождь? Вы знаете, где находитесь?

– Мы находимся на полигоне и будем хранителями. А вас мы съедим, – ответила Лерея. – Мы, демоны, любим человечину.

– Да вы с ума сошли, вы не понимаете… Я вас… – Закончить он не успел. Лерея ухватила его руку, поднесла к губам и откусила палец. Выплюнула и невозмутимо произнесла:

– Съедобный, вкус как у крысолюдов. – Мужчина первое мгновение смотрел на руку, и только потом двор огласил истошный вопль:

– А-а-а! Ты откусила мне палец… – От его крика пришли в себя двое братьев, они зашевелились, но Листи, не вставая, ударила худого по голове, а высокий сел, пошатываясь. Хмель с него слетел. Он ошарашенно огляделся, увидел орущего брата и спросил, явно не понимая, что происходит:

– А что творится-то?..

– Она мне палец откусила! – заорал плачущий крепыш и стал баюкать руку.

– Я тебе все пальцы откушу, если ты не заткнешься. – Но слова не убедили крепыша, он продолжал орать. Лерея схватила его руку и сунула следующий палец в рот.

– Не надо! – заорал испуганный крепыш и тут же замолчал. Лерея сплюнула кровь и сообщила Листи:

– Подруга, сырые они невкусные, лучше на костре зажарить. – Тут крепыша стала бить истерика, он упал на колени и стал умолять:

– Прошу вас, не ешьте меня, я ничего плохого не сделал, я все верну и…

– А что тут происходит? – тупо повторил вопрос высокий.

– Вот разбираемся, зачем вы людей в поселке мучаете, – обернулась к нему Лерея, – и думаем зажарить вас на костре.

– Вы людоеды? – удивился высокий.

– Да-а, – простонал крепыш. – Варгон, сиди тихо, иначе она мне все пальцы отгрызет, это демоны.

– Демоны? Какие демоны? Вроде бабы как бабы, только с мордами красными. В поле обгорели… – не поверил высокий.

Листи стало понятно, что высокий мужчина сообразительностью не отличается. Она строго посмотрела на крепыша и спросила:

– Почему из полигона не уходите, почему сидите тут?

– Ага, – всхлипывая, икая и баюкая раненую руку, ответил тот. – Выйдешь тут. Как же. Там паук сидит и ловит нашего брата. Мы уже пробовали по одному и по двое, все равно паук нас ловит и вяжет. Не знаем, как пройти. Вот и бродим тут…

– Давно бродите? – спросила Листи.

– Не помню, – нахмурился крепыш. – Пять столетий – это точно…

– Но другие-то вышли, – недоуменно произнесла Листи.

– Кто вышел? – удивился крепыш.

– Так это… Алеш, потом Худжгарх, Ридас, Рохля… – стала перечислять Листи.

– Да ты что? – сильно изумился крепыш. – А как?

– Не знаю, – пожала плечами Листи. – Думать будем.

– Алеша и Худжгарха я не знаю, – ответил сидящий на земле крепыш. – Ридас – привратник, Рохля – дурень. Я знаю, как они прошли. Нужно одного принести в жертву пауку, он его схватит и потащит из пещеры, чтобы спеленать в паутину, а остальные смогут пройти дальше.

– Ну, этого можно отдать на съедение пауку, – Лерея указала на худого.

– Не, он наш брат, мы не можем его отдать, – ответил высокий. – Давайте одну из вас отдадим.

– Ты тупой? – спросила возмущенно Листи.

– Нет, – пожал тот плечами. – Просто предлагаю.

Лерея окинула его высокомерным взглядом, в котором читалась смесь презрения и насмешки. Ее губы искривились в холодной ухмылке.

– Предложи себя, – произнесла она с ледяной интонацией, словно бросая вызов.

Мужчина посмотрел на нее, и его взгляд был полон достоинства.

– Я не могу, – ответил он спокойно, но в его голосе прозвучала нотка грусти. – Я сын Творца.

Лерея лишь фыркнула, ее губы искривились еще сильнее.

– Может, ты и сын Творца, но все равно ничтожество. Как таких, как ты, вообще сделали? – презрительно бросила она, ее голос сочился ядом.

За спиной Листи раздался тихий голос, заставивший ее обернуться:

– Нас сделали из частиц света. – На крыльце лежал сутулый мужчина, его глаза были открыты, а лицо безмятежным.

– О, очнулся? – произнесла Листи без особого энтузиазма, ее голос звучал устало. – Лежи и не шевелись.

– Так и делаю, – ответил он тихо и заискивающе.

Лерея раздраженно почесала висок и сдвинула чепец набок, ее движения были резкими и нервными.

– Странные они, Листи, – сказала она с раздражением. – Какие-то убогие.

Листи лишь вздохнула, ее взгляд стал задумчивым.

– Просто жизни не видели, – ответила она, ее голос звучал мягко, но в нем слышалась горечь. – Ограниченные. Полтысячи лет провели здесь, в этом замкнутом круге. Но что-то с ними делать надо? Вы хотите пройти паука? – спросила она мужчин. Теперь в ее голосе звучала обреченность.

– Хотим! – ответили братья в один голос, вот их голоса звучали возбужденно.

Листи кивнула, ее взгляд сделался сосредоточенным.

– Тогда слушайте меня и Лерею. Меня зовут Листи, а подругу – Лерея. И больше не мучайте людей.

– Ладно-ладно, – проворчал крепыш недовольно. – Не будем. Я Висмарион. За мной Варгон, а на крыльце – Гладус.

– Висмарион, Гладус и Варгон, – повторила Листи. – А теперь расскажите, что находится за этой деревней?

Висмарион вздохнул.

– М-да, – произнес он тихо. – Сложный вопрос.

– Почему? – спросила Листи.

– Потому что дальше ничего нет, и появляется только тому, кто хочет увидеть, – ответил он. В его словах было много загадочного.

– Не поняла? – спросила Листи, ее бровь приподнялась в недоумении.

– Ну, как это пояснить?.. – начал он, но остановился, словно подбирая слова. – Тут все постоянно меняется, эта деревня и есть, и ее нет. Она появляется, когда нужно.

– Кому нужно? – спросила Лерея.

– Ну, вам или кому-то другому, – ответил Висмарион уклончиво.

– Все равно не поняла, – произнесла Листи.

Висмарион снова вздохнул и посмотрел на нее.

– Можно встать? – спросил он тихим голосом.

– Можно, – разрешила Листи, окинув крепыша внимательным взглядом.

Висмарион поднялся, его движения были медленными и плавными. Он отряхнул штаны.

– Нам скучно, мы ходим тут по кругу, – произнес он. – От колодца до паука дорога одна и прямая, если по ней идти. На дороге ничего никогда не меняется. Все остальное – переменчивый мир. Он вроде есть, но его нет. Иногда тут ничего нет, а пройдешь в следующий раз – появляется деревня. Мы от скуки побузим, самогонки выпьем, баб пощупаем и уходим. Возвращаемся – а деревни нет. Снова ходим по кругу и хотим выпить – тут деревня и появляется. Вместе с жителями, но они ненастоящие.

Листи переглянулась с Лереей, в ее взгляде читалось напряжение.

– Странно это все звучит, – произнесла она тихим недоверчивым голосом. – Проверим.

– Проверьте, – спокойно ответил Висмарион.

– А вы что, никогда ни в чем людям не помогали? – задумчиво поинтересовалась Листи.