превратности судьбы - превратности любви - Андрей Сухин

Только наверно в третий раз, пройдясь сверху вниз и обратно, погладив своими ладонями всё, что было можно и нельзя, я наконец сообразил, что что-то тут не так, открыл глаза, откинул одеяло и застыл в изумлении, глядя на открывшееся мне зрелище.

Ещё вчера Екатерину можно было сравнить с роскошной греческой вазой. Своими выпуклостями и изгибами в нужных местах она очень напоминала это изделие древнегреческих мастеров, а теперь, та девушка, которая спала, свернувшись клубочком на ее месте, скорее походила на изделие современных мастеров-стеклодувов. Она была похожа...на пробирку!

Тоненькие руки-веточки, такие же тонкие ножки без малейшего следа тренированных мышц присущих Екатерине, худенькое неразвитое тельце с проступавшими, сквозь небольшой слой жирка ребрами, ввергли меня в шоковое состояние.

И если бы не прежние роскошные рыжие волосы спутанной массой лежавшие на подушке и полностью скрывавшие лицо Екатерины, то я бы ещё мог подумать, что это какая-то из юных клановых девушек воспылала ко мне симпатией настолько, осмелилась прокрасться в спальню главы клана...

Когда я очень осторожно протянул свою руку, чтобы отодвинуть с лица спящей ее разметавшиеся волосы, то моя рука заметно дрожала.

- Так...- произнес я, словно в забытьи, глядя на открывшееся мне зрелище. - Кажется, я вчера немного перестарался...

Сладко спавшая девочка, конечно, была похожа на ту молодую девушку с фотографии из кабинета Екатерины. Вот только выглядела она заметно моложе.

"Какие пятнадцать! - ошеломленно думал я, разглядывая спавшую. - Двенадцать-тринадцать в лучшем случае, а может быть и меньше. И зачем меня было торопить?! Ведь всё шло и шло потихоньку. Ну, неделя, ну, даже если и через две стало бы ей пятнадцать, то можно было бы как-то выкрутиться, объясняя все происшедшее какими-нибудь чудо-средствами... А сейчас что делать?"

Я вспомнил вчерашнюю ночь.

"Шампанское, что ли мне в голову ударило? Так не так уж и много выпили мы там, на конкурсе... Скорее всего дело во мне самом. Я зачем-то вчера повелся на уговоры Екатерины и проникся ее желанием сделаться ещё моложе, причем срочно... А почему это так сработало? До этого ведь выдавал всё маленькими порциями, и процесс шел медленно, но верно, а тут... Или просто очаровала она меня и я в очередной раз, ну если не влюбился, то скажем так, воспылал симпатией...красотка ведь... И это вполне могло неосознанно, помимо моей воли, увеличить передачу энергии от меня к ней. Ведь у меня все завязано на эмоциях... Нравится мне девушка: получи пряник, то есть красоту например, а бонусом, уже от себя, ещё и умнее делаю... Вот и тут, как было отказать такой красавице...которой она была ещё вчера. Я, стало быть, повелся, напрягся и... Мы имеем то, что имеем...

Предположим, что так всё и было, а если и не так, то особого значения в данный момент это не имеет. Поскольку передо мной... да и перед этой девочкой в полный рост встает извечный вопрос: что делать? Перво-наперво, надо ее разбудить! Хватит спать! Следы заметать надо! Интересно, кстати, а ее личность и сознание, не стали ли они у нее детскими? Если она потеряет память, то ... Ладно чего гадать. Будить надо!"

Я прикрыл эту крошку одеялом, чтобы шока, по крайней мере, сразу не случилось, и потряс соню за плечо. Энергично так потряс. Екатерина проснулась не сразу. Сначала попыталась зарыться глубже в подушку, потом пробурчала.

- Отстань! Спать хочу!

Но тонкий детский голосок не впечатлил меня совершенно, и я продолжил трясти ее за плечо. Наконец Екатерина перевернулась на спину, открыла свои глаза, выглядевшие просто огромными на ее маленьком детском личике, и спросила все ещё сонным голосом, но уж довольно внятно.

- Какого...тебе надо?

Я хмыкнул. Екатерина бывала иногда грубовата, но то, что можно было в шестьдесят, тридцать или даже двадцать лет, категорически не рекомендовалось в ее нынешнем возрасте.

- Смотри, будешь так выражаться, Рада тебя отшлепает! - сказал я, но девочка явно не обратила внимания на мои слова.

Она словно прислушивалась к чему-то там, внутри себя, и постепенно, с течением времени на ее лице проступало выражение ужаса.

- А где... моя сила? Магию не чувствую! У меня нет магии!?

Она с ужасом уставилась на меня, а я с удивлением уставился на нее.

"Так магия у нее пропала... Интересно-то как!" - это я подумал, а спросил совсем другое.

- Екатерина, а вообще, сколько тебе было лет, когда ты инициировалась, как магесса?

- Тринадцать... - не задумалась с ответом Екатерина, и лишь спустя некоторое время осознала сказанное.

- Ты хочешь сказать...

- Да, ты получила то, что хотела: стала моложе, вот только тебе сейчас не пятнадцать, а меньше тринадцати, возможно, что и как раз двенадцать лет.

Тут одновременно случилось несколько вещей. Слёзы крупные и частые внезапно, без всякой подготовки и раскачки, без всяких там всхлипываний потекли ручьем. Словно кран повернули. Раз и потекло. Одновременно одеяло, которым была укрыта Екатерина, взлетело вверх, словно подброшенное взрывом. Екатерина рванула к зеркалу.

"Так сознание у нее, кажется, осталось прежним, взрослым и это уже плюс, - меланхолично думал я, наблюдая за тем, девочка кулачками трет свои глаза в судорожной попытке разглядеть что-то в зеркале, но слёзы, которые текли ручьем, очень мешали ей. - В принципе контракт выполнен, и мне можно уходить, но ведь найдут и очень быстро найдут. И что тогда будет, я не знаю. Так что лучше, как-то договорится с Екатериной. Выработать приемлемую версию... Может ей пока стоит пожить где-нибудь на стороне. Пока не придумаем что-то удобоваримое... Но как это сделать? И куда мне податься? А что есть варианты? Галина квартира... Больше я не вижу ничего подходящего. И как я гордо подумал про Галю - забыть и весь сказ! А вот не получается. Без ее квартиры никак. Придется ей позвонить и спросить разрешения пожить там. Поскольку одно дело, изредка водить туда девушек, а другое дело постоянно скрываться там от всех".

- Ты! Это ты во всем виноват! - прервал мои размышления яростный девичий вопль. Я пришел в себя и озадаченно посмотрел на Екатерину. Она уже накинула на себя халат, видимо в попытке скрыть свое юное тело и от себя, и от меня, гада, как похоже она уже думает. Вот только смотрелся взрослый халат на невысокой молоденькой девочке-подростке очень потешно. Полы халата волочились по полу, рукава надежно скрывали маленькие ручки, а глубокий вырез на груди девочке приходилось постоянно держать руками, чтобы халат снова не распахнулся.

Выглядело всё это очень смешно, но улыбаться мне совершенно не хотелось, поскольку ничего смешного я в этом не находил.

- Виноват, конечно! - согласился я. - Но не очень сильно. Ну, промахнулся я на пару-тройку лет и что? В таком деле, как омоложение всё возможно. Добавилось тебе два-три лишних года, так радоваться надо!