Секториум - Ирина Ванка

Дух вольного странника, присущий Сириусу от природы, не мог, да и не хотел уживаться с обязанностями шоу-звезды. На этот раз он повздорил не с церковным чиновником, а с влиятельным «денежным мешком», не сошелся в интерпретации «понятий» так сильно, что поставил под удар не только карьеру, но и жизнь.

Озарение посетило отца Сириуса в нужный момент. Не медля ни секунды, он ударился в бега, и бегал так быстро, что много раз был объявлен покойником. Его финансовыми делами заинтересовалась налоговая полиция, Сириус из царства мертвых был переправлен в списки лиц, разыскиваемых Интерполом. Сириуса искали все: братки — за то, что он задолжал каждому из них по миллиону; налоговики — за то, что открылся реальный размер его заработков; и правоохранительные органы — за то, что по отцу Сиру давно плачут нары. В то время мы думать забыли о Сереже Басирове. О Сириусе же знали то, что читали в прессе, не сомневаясь, что это фальсификация века. Даже странное имя «Сириус» никого из секториан не насторожило. Контора занималась технической разведкой ментосферного фона. Я часто уезжала. Мне бы в голову не пришло, что во время моего отсутствия в сарае поселится виновник Вселенских скандалов, и будет смиренно ждать, когда в окнах появится свет.

Как Сир выжил в осенние холода, он объяснить затруднился. Вероятно, медитировал. Не исключено, что практиковал йогу. Только соседка пришла пугать меня заранее:

— У тебя на огороде черт завелся, — предупредила она. — Грязный, страшный. Днем в сарае сидит, ночью яблоки гнилые подбирает. Сама туда не ходи, милицию вызови.

— Разберусь, — пообещала я.

Соседей давно раздражало запустение моего участка. Семена сорняков летели с него по всем огородам. Только черти еще не мерещились.

На всякий случай, я вооружилась Мишиной «хлопушкой» и встретила в сарае не то бомжа, не то неандертальца. Никакая экспертиза не признала бы в этом существе отца Сириуса. Никакая интуиция мне не подсказала, что он и есть наш пропавший Сережа. В свои двадцать семь он выглядел на сорок. Без крыши, без денег и документов, без биографии и лица. Из моего сарая ему совершенно некуда было деться.

Вскоре милиция стала ходить по району, заглядывать в лица жильцам. Сириус перебрался из верхнего дома в модуль, но даже там прятался от каждого шороха.

— Мне лучше уйти с Земли, — просил он, но вопросы такого уровня решал только шеф, поэтому возвращение Сережи в Секториум было неизбежным, неминуемым, неотвратимым.

Вега задумался над просьбой.

— Значит, человечество спасать будем не на Земле, а в Сигирии? — уточнил он.

— Сначала он будет спасать для человечества свою задницу, — объяснил Миша.

— Что же ты будешь делать на Блазе?

— Учиться, — ответил Сережа.

— Чему?

— Мудрости. Неужто можно учиться чему-то другому?

Тем временем мне позвонили с городской сети:

— Откройте дверь следователю прокуратуры, — требовал голос. — Я знаю, что вы дома. Откройте, у нас ордер на обыск.

Шеф вывел на монитор картинку со следящих камер. На крыльце стояли двое и соседка с племянницей, готовые исполнить роль понятых. Мыслительный процесс начальства ускорился:

— Тебя ищут? — спросил он Сириуса. — Этого только не хватало. Сегодня же прочь с Земли. На все четыре стороны. А там видно будет.

Сириус вернулся на Землю спустя два года. Вернулся, чтобы ответить на вопрос, с которым я провалилась при поступлении на работу: почему, по какой причине человечество не хочет признать факта существования инопланетных цивилизаций? Почему оно отвергает истины, проверенные чужим опытом? Такая постановка вопроса некоторым образом противоречила его предыдущим убеждениям, но Сириуса это не смутило. Его познание мира не стояло на месте. Сириус учился много и охотно. Он освоил язык «сиги», погрузился в многовековую мудрость цивилизации, давшей ему убежище, извлек из этой мудрости все пригодное для спасения человечества, но на Земле Сириуса помнили лишь по старым скандалам и фокусам. Его книги залеживались на полках, а сайты падали в рейтингах. Человечество слышать не хотело о том, что история Земли, рассказанная самими землянами, есть акт невежества; также как раньше оно не хотело слышать о невежестве религиозных догматов. Прежняя аудитория Сириуса таяла. Новую шеф собирать запретил и правильно сделал, потому что хождение милиции по моему району возобновилось таинственным образом именно в день возвращения Сира. И до, и после, и ныне, и присно, и вовеки веков много «таинственных образов» сопровождало жизнь этого человека.

Новую «сириотику», как философско-религиозное учение, шеф тоже запретил. Он запретил Сириусу все что смог, он запретил бы ему жить и дышать, если бы ни одно обстоятельство: контору заинтересовала нездоровая реакция ментального фона на все, что творит этот проповедник. Больно живо этот фон реагировал на Сириуса, больно неприятные последствия имела эта реакция. Шеф поручил нам сделать сравнительный анализ, и мы сделали: точно, ни один другой проповедник так не раздражал планетарную матрицу.

— Выходи! — Миша включил свет в гараже, открыл дверцу машины. — Батюшка! Вздремнул что ли?

На сидении лежал лишь сизый нос в лохматой бороде.

— Сировоз прибыл, — объявил Миша.

Сириус как привидение стоял за его спиной и слушал улицу.

— Они уже здесь, — сообщил он.

Над районом низко летал вертолет.

— Что за дерьмо? — удивился Миша и полез в карман за прибором.

— Надо было отслеживать их в дороге!

— Дорога была чистой.

— Тогда откуда он взялся? Если берешься помогать, надо заниматься делом, а не болтать языком, — упрекала я его.

Также бесшумно и незаметно Сириус проскользнул в дом, словно прошел сквозь стену.

— Буду в офисе, — предупредил он. — Позвони. Выясни, что им надо и сразу позвони.

— И мне позвони, — добавил Миша, засовывая за пояс монитор орбитального радара. Он накинул пиджак и подал мне бороду с резиновым носом — Сожги в камине, а я прогуляюсь за сигаретами.

Улику я кинула в лифт, вслед за Сириусом, и накрыла циновкой люк в подпол. Все что я успела, это надеть фартук и поставить чайник на плиту. Два джентльмена в строгих костюмах посетили меня незамедлительно и бесцеремонно. Они даже не постучались и не предъявили документы, полагая, что я их жду, а раз так, то сама должна знать, зачем.

— Кто еще в доме? — спросили они.

— Никого. Муж пошел в магазин. То есть, сожитель, как вы выражаетесь.

— Документы предъявим… Фамилия, имя, отчество сожителя и год рождения.

— Все тот же, — ответила я и подала им паспорт, который всегда держала поблизости.