"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Геммел Дэвид

Она придержала базу и поднесла трубку к одному из ушей низких частот. Гудка не было, не было тех щелчков и треска, к которым она успела привыкнуть. Белль прошипела ультразвуковое ругательство. Значит, для телефона тоже нужно давление пара! Она заметалась по комнате, колотя по всему, до чего можно достать лапой, но тихо, чтобы не тревожить Тимора. Еще часы пройдут, пока она сможет обрушить свой гнев на тех неумелых, что тут командуют. Настоящий политик сумел бы за это время отточить риторику, но она была не в настроении. И на самом-то деле… Белль открыла все рты и мотнула головами. Мороз кусал за языки, становилось по-настоящему холодно. Без плащей даже стае будет неуютно.

Она опустилась на пол, попыталась разобраться с мыслями. Почему пропало давление пара? Ну, потому что вода перестала быть горячей? Может быть, «Внеполосный» что-то напутал, может быть, не нацеливает сюда нагреватели. Но так как не слышно было ничьих жалоб с улиц, неисправность может касаться только вот этого дома. Можно выйти на улицу и поспрашивать. Может быть, Тимор переночует тогда в одном из домов, где тепло еще есть.

Белль несколько минут посидела в темноте, пытаясь сообразить все за и против этого плана. Такая срочная необходимость действовать посреди ночи наверняка покажет, как сильно обижают Тимора. С другой стороны, кто-нибудь вроде Равны или Невила может воспользоваться поводом и насовсем поселить Тимора с другими.

Эта мысль немедленно исключила любой план просить помощи у соседних Детей. Но сейчас, там, где Белль сидела у окна, она тоже замерзала. Все эти планы бессмысленны, если Тимор умрет. Эта мысль внушала незнакомый ужас, хуже даже, чем молчание разума, которое ощущалось в последние дни Ихма.

Белль встала, туго затянула плащи на телах. Выходя из задней двери, она уже строила планы, как представить ситуацию соседям. Это были Дети, супружеская пара – имен их она не помнила. На самом деле она изо всех сил старалась, чтобы они не попадались Тимору, а сейчас придется быть любезной-разлюбезной.

Она закрыла за собой дверь на засов – и тут же ее поразило качество воздуха. Такой холод для незащищенного человека мог быть смертелен, но не так уж было плохо для зимней ночи. Облака закрывали любые возможности появления северного сияния, звезд или луны, но Белль чувствовала, как ее окружает густой туман, влажность, несущая глубокую тишину в верхних регистрах звука. И еще слышалось шипение, тихое и механическое. И тут Белль вдруг поняла: наверное, «Внеполосный» по-прежнему посылает луч на местный нагреватель, но где-то течь, и пар уходит туда, а не в дом. На секунду ею овладела гордость понимания, и пришла мысль: Я даже, быть может, это починю!

Она обошла дом сбоку, думая, как же все-таки можно будет это починить. Негативизм ныл и жаловался, как всегда: она же ничего не знает про паровые технологии, не говоря уже про ремонт утечки. Но найти утечку по звуку она может легко. Может быть, просто сунуть туда камень подходящего размера.

И очень темно, и тихо-тихо на высоких звуках. Если не считать шипения утечки, слышно было только дыхание самой Белль и царапание лап по льду. Без эхолокации ей приходилось нащупывать себе путь, как какому-нибудь глухонемому человеку.

Она соскользнула вниз по ложбине на Северной Стороне дома. Течь была где-то в паре ярдов впереди, почти на уровне земли. Сюда доходил тусклый свет от далекого фонаря на улице, и он отблескивал на какой-то веревке, свисавшей сверху со стены. Телефонный провод дома. Перерезанный.

Она сделала еще два шага, прежде чем поняла, что это значит, – и тогда в ужасе на секунду застыла. Живя среди всей этой небесной магии, забываешь то, что помнил в прежней жизни, от чего зависит, жить тебе или умереть. Туман маскирует мыслезвук. В давние дни ради войны и коварства надо было ждать тумана как подарка погоды. Сейчас пробей паровую трубу – и тумана сколько хочешь.

Белль затряслась от усилий, вслушиваясь и всматриваясь. Что ей делать? Убийцы могут быть всюду, но они пока ничего не делают. Может быть, если она просто не заметит ничего, они ее не тронут. Наверняка им ни к чему бесполезная стая-четверка.

Она повернулась, надеясь, что выглядит это естественно, хотя два ее элемента стали поворачиваться не в ту сторону, рвясь удрать прочь от дома. Возвращаясь к задней двери, она наигрывала человеческий мотивчик – достаточно низкие частоты, чтобы пробились через туман. Она ловила эхо и одновременно слушала куда более высокий диапазон, вылавливая что-нибудь похожее на мыслезвук. Теперь, когда она искала целенаправленно, все сходилось – эхо от живых тел и еле слышный шум мысли. Даже можно было разглядеть силуэты голов на тусклом белом фоне снежного склона. Поблизости была одна стая, хотя, быть может, очень маленькая – четверка. Наверное, еще пара стай затаилась за снежным гребнем.

И все же они ничего не предпринимали. Если вот сейчас она снова повернется, то сможет выйти на улицу. А они пусть берут чего хотят.

А чего же они хотят? Чужаки обошли домик сзади. Тимора? Им нужен Тимор? Почему, зачем? Но сейчас он один, и она спокойно может уйти.

Или заорать так, чтобы все соседи сюда сбежались. Быть может, сбежались бы.

Она еще секунду поколебалась, медленно, как всегда, думая. А потом ее объединила одна мысль, отогнавшая все другие.

Никто не украдет у меня Тимора.

Она завизжала так, что у любого человека, оказавшегося рядом, полопались бы барабанные перепонки. «СПАСИТЕ СПАСИТЕ СПАСИТЕ!» – заверещали самнорские слова.

Ближайшая стая бросилась на нее, и Белль поняла, что это восьмерка. Вопль Белль отразился от контуров тел, и стали видны элементы нападающего и его аллюр. Десять лет прошло, но она узнала этого негодяя! Читиратифор. Она готова была выкрикнуть его имя вслух одним аккордом, но что-то блеснуло, и Орн растворилась в боли. Голова ее полетела на камни. Остальную Белль окружили, оглушенную шумом и кровью. Она вроде бы стала двойкой. Единицей.

И не успела даже крикнуть:

– ТИМОР!

В этот вечер Равна задержалась в кабинете на корабле допоздна. Для Невила и его шпионской программы она изо всех сил трудилась над своим сельскохозяйственным заданием. А на самом деле она использовала мощности корабля, чтобы проверить все, что могла придумать, по обвинению Свежевателя. Если даже у Невила были какие-то трюки, для которых он не использовал «Внеполосный», она все равно была в курсе всех его приходов и уходов и могла отслеживать весь окружающий электромагнитный шум. Если бы он передавал что-то через орбитальный модуль, в этом шуме можно было бы выделить сигнал.

Равна лениво барабанила пальцами по столу, поглядывая, не застопорились ли анализы, и просматривая запросы поиска решений. Досадно было иметь возможность прибрать себе больше ресурса – и не осмеливаться на это. Хотя еще часа хватит. Равна покажет результаты Джо и Страннику. Они сегодня вечером должны вернуться из лаборатории Холодной Долины с последними вестями от Тщательника о микросхемах. Такие бы результаты отпраздновать как следует, а они наверняка проведут вечер, волнуясь из-за Невила и Свежевателя.

Появился маленький флажок:

«Запрос указания: расширить ли окно релевантности, чтобы включить в него местные аномалии?»

Наблюдение в инфракрасном диапазоне показывало отказ одной из старых тепловых башен на Холме Звездолета. Эти первыми построенные башни никогда не были особо надежными, и Равна велела кораблю следить за их выходом из строя. Так почему это ее сейчас волнует? Она нашла объяснение: да, физической опасности нет, но обитатели могут остаться без тепла, если ничего не предпринимать. По таким вопросам решения должны принимать Невил и К°. Может быть, она справится сама – надо будет только сказать Невилу, что по ошибке предупреждение попало к ней. Появился еще один флаг, обозначающий отказ телефонной линии. Странно. Как-то трудно представить себе, что эти проблемы взаимосвязаны…