Дорога домой (СИ) - "Son Golifreya"

— Малыш-Лиам! Ты пришел! — Стайлз хлопнул его по плечу и уселся рядом. Лиам пообещал себе однажды вырвать ему руку и обязательно поспорить по поводу своего двусмысленного прозвища. Даже Трейси не называла его так. — Я вижу ты и форму купил! Посмотрим, насколько ты хорош в том, чтобы попадать в ворота поменьше. — Он сузил глаза и посмотрел на Джексона. — Знаешь, в лакроссе не все решается за счет физической подготовки. У каждого есть шанс.

— Стилински, иди к черту. Слепая старушка способна попасть в ворота с трех метров, чего ты сделать не в состоянии. Да вратарю можно уходить перекусить, пока ты бежишь к воротам. Единственный твой шанс попасть мячом между, повторяю, между рам, это вбежать туда вместе с клюшкой! — Джексон покраснел от гнева. Лиам сузил глаза и кивнул сам себе. Айзек был прав. Этот парень поехал крышей от волнения.

— На прошлой игре ты так отлично постарался, Джексон, что тренер выпустил меня на поле. «Это случается, когда надежда полностью потеряна», — Стайлз же, напротив, говорил спокойным тоном, пытаясь вывести собеседника сильнее. — Малыш-Лиам, что думаешь? Кто из нас лучший игрок?

Лиам открыл рот. Закрыл. Он посмотрел на Джексона, который избавился от своей футболки и хвалился идеальным телом, потом перевел взгляд на щуплого Стайлза. Единственный его шанс уйти из этого спора без ответа — это удар молнии в кого-то из них троих. Желательно в Джексона, потому что его красные от крови и злости глаза чем-то смахивали на его собственные в приступе РПВ. Благо в раздевалку кто-то вошел, позволяя Лиаму отвлечься от панического желания сбежать. Это был Тео. Он с интересом окинул его взглядом, бровью спрашивая, нужна ли ему помощь. Данбар состроил непонимающее лицо. В Лос-Анжелесе все общались при помощи слов и письма, в Нью-Йорке уже второй человек пытался выстроить диалог одними лишь бровями. Рейкен закатил глаза и невзначай подошел ближе. Это тоже его первые пробы в лакросс.

— Мелкий, ты опять улетел в космос или действительно сравниваешь этого придурка со мной? Да он карандаш не может удержать в руке дольше трех секунд. Я до сих пор удивляюсь, как он шорты свои на поле не потерял! — Джексон отвернулся от испуганного Лиама. — Вы у меня звание капитана из мертвых рук вырывать будете.

Тео фыркнул и решил, что ему срочно нужно в душ. Раньше такого раздирающего желание помыть руки у парня не возникало. Он снял с себя футболку, потому что в комнате было слишком жарко и улыбнулся косому взгляд Денни. И, как ни кстати, путь к душевым лежал через Джексона и его небольшую потасовку. У Тео просто не было выбора. Рейкен и не старался быть аккуратным с Уиттмором, назло с силой толкая его плечом. Джексон, не ожидая подлянки, чуть не падает на Стайлза. Стилински же, в свою очередь, даже не имея никакого отношения к толчку, умудряется споткнуться о скамейку и упасть на Лиама. Тео постарался сделать свое самое нахальное выражение лица и мило улыбнулся Джексону. Лиам заметил, как тот приобретает все новые и новые оттенки красного.

— Ой, прости, Джексон-на-двадцать-килограмм-легче-Уиттмор, не заметил тебя. С такими узкими плечами надо стоять поперек, иначе люди будут постоянно спотыкаться о тебя, — Рейкен не метил на позицию капитана, слишком много ответственности и обязанностей. Причем их тренер славился сумасшествием. Однако поддразнить заносчивого парня было делом чести. — Смотри, как бы тебе и правда не пришлось опускаться на колено перед новым капитаном.

— Уж не перед тобой, Рейкен, — Джексон фыркнул. Стычка с более сильным соперником, чем Лиам и Стайлз, поумерила его пыл. — Ты клюшку то не перепутал? У нас тут нет льда и коньки не нужны, так, к слову.

— В Нью-Йорке скорее снег выпадет, чем ты отберешь у меня мяч, Уиттимор. Так что, могу с радостью поделиться своими, — Лиам с интересом водил головой из стороны в сторону. С этой сценой он и не заметил какой-то очень важной детали.

— Я не понимаю, Тео хочет унизить Джексона или влез защищать новичка? — Айзек шепотом спросил у Стайлза. — Мне конечно интересно увидеть, как они подерутся… Но хотелось бы больше подробностей.

— Тс, Айзек, какая разница. Смотри, глаза Джексона, как у ящерицы наружу вылезают, — он потер ушибленную коленку. — Давай, Тео! Дай ему уже в бубен и закончим этот спор на интересной ноте!

— Не ради тебя, предатель.

Тео бросил это с таким отвращением, что вся раздевалка, с интересом обсуждающая стычку и Лиама в её центре, замолкла. Данбар перевел взгляд на Стайлза, тот закатил глаза, будто заявление Рейкена в порядке вещей, и махнул на него рукой. Подросток посмотрел на Тео, заметив, как уголки его губ дернулись. Он не стал дожидаться ответа от Джексона, Стайлза или кого-то еще и пошел в сторону душевых. Уиттмор закатил глаза и вернулся к переодеванию, оставляя парней в одиночестве. Лиам смотрел из стороны в сторону и никак не мог понять, неужели у них подобные разборки — норма и обыденность. Он, если не кривить душой, немного занервничал от угроз Тео. Парень выглядел крупнее и увереннее Джексона. Однако самым интересным оставалось его заявление по поводу предательства, которое тот так и оставил в тайне.

— Стайлз, а что Тео…

— Итак! Мои дорогие и бесполезные цыплята, оторвитесь от ваших подростковых разговоров и послушайте взрослого, умного человека, — вся раздевалка выдохнула. Тренер влетел в общую комнату с горящими от безумства глазами. Лиам мгновенно забыл о своем вопросе и уставился на странного пугающего мужчину. Его волосы торчали в разные стороны, а улыбке мог позавидовать сам Джокер. Такой лидер мог привести или к триумфу, либо к праздной гибели. Данбар постарался вынырнуть из своих мыслей до того момента, как его шлепнут по голове газетой, как какого-то парня. — Всем нам известно, с какой школой предстоит борьба не на жизнь, а на смерть?! — тренер вопросительно вскрикнул на последнем слове.

— Денфорд! — все, словно в них вселился дьявол, рвали глотки в ответе. Лиаму не оставили выбора. Ему пришлось выкрикнуть случайные гласные, причем скорее от испуга, чем по желанию. Айзек заулыбался и похлопал его по плечу. Человек, который поверх формы надел шарф, не имеет права смеяться над ним.

— Правильно! Эти южане думают, что смогут прийти и получит победу? Ровно как и сто пятьдесят лет назад мы разобьем их, освободив Америку от их самодовольного взгляда! Они грели свои булки на теплом солнце и теперь их протащат по морозным северным полям! — Лиам перестал улавливать смысл слов тренера, продолжая пытаться смотреть прямо и уверенно. Он с треском провалился, когда пытался найти логику между весной в Нью-Йорке и ледяными полям. Они в Канаде, что ли? — Эй ты! Человек величиной с морковку! Что не поможет проклятым южанам?

— Э-э-э, — протянул Лиам. Вот и случилось фатальное, он отвлекся и ему задали самый важный вопрос во вселенной. Данбар коротко вздохнул и попытался вспомнить войну за независимость. Он любил историю и пусть теперь она поможет ему. — Хлопок? Им не поможет их хлопок? — Вся раздевалка замолчала, в том числе и мужчина. Через мгновение он разразился диким смехом.

— Хлопушек ты мой драгоценный! Конечно, им не поможет хлопок! Все, цветочек, теперь ты обсуждаешь с Джексоном тактику. Видимо ты один тут открываешь учебники, чтобы шевелить мозгами. Назови свое бравое имя, истинный северянин! — подросток посчитал, что знать, откуда он приехал, тренеру не нужно. Они слишком часто колесили по стране, поэтому парень ощущал себя скорее перекати полем, чем человеком.

— Лиам Данбар!

— Итак, хлопушек, ты, как я понимаю, новенький. У нас в команде Джексон капитан. Сегодня пару дурачков попытаются откусить ему руку с золотой клюшкой, парочка этих дурачков сломают зубки. Тренировка разминочная. Игра через пару недель или месяцев, я не помню. Это и не важно. Мы должны быть готовы всегда. Ты понял? — Лиам затряс головой так сильно, что та чуть не оторвалась. Зачем ему называть свое имя, если тренер все равно не собирался его использовать? — А теперь, принцессы, шуруйте на поле. У нас сегодня с вами долгий вечер, после которого многие матери не увидят своих дочерей. Погнали! — он надел кепку и вышел за дверь. Все парни двинулись в противоположную сторону.