Джо Р. Лансдейл. Повести и рассказы. - Джо Р. Лансдейл

Миньон подобрала куклу и пошла за ними.

Дедушка, бабушка и внучка отправились на ужин.

Как только стало темнеть, Буэла услышала пение. Пели фальшиво, и приглушенный звук доносился снаружи, но она узнала голос.

Ее сестра, Милли.

С лампой в руке Буэла вышла из дома.

— Милли, господи, это ты?

В ответ только пение — точно умирающая птичка в колодце.

— Милли, я здесь. Где ты?

— Голодная, — произнес голос Милли. — Я очень голодная.

Теперь Буэла сообразила. Голос доносился из погреба. Но там давно ничего нет, кроме воды.

Внезапно Буэлу осенило. Милли заблудилась. С дилижансом случилось что-то ужасное, и Милли заблудилась. Теперь она помешалась от голода и прячется в погребе. В тухлой воде.

Буэла подоткнула юбки и кинулась к погребу.

— Дорогая, сейчас я тебя накормлю. Немного потерпи. Я тебя накормлю.

Буэла рывком открыла люк в погреб.

Пение стихло. Только глухая чернота. Змейки страха проползли по ее спине.

— Милли?

Она просунула лампу глубже в погреб.

Во тьме возникло лицо Милли. Грязная луна с массой копошащихся червей. Слизь на волосах.

— Господи, — ахнула Буэла.

Пальцы Милли схватили запястье руки, державшей лампу, и рванули.

Крик Буэлы быстро оборвался. Вместе с лампой она ушла под воду.

Но, отдавая Буэле должное, она накормила Милли.

Работа у гробовщика шла полным ходом. Мерц подготовил Ната Фостера и нарядил его в костюм, захваченный шерифом из дома банкира, после чего заключил, что Нат никогда не выглядел лучше. Черви должны оценить его рвение.

С другой стороны, он порядком намаялся с Натом. Если учесть, что друзей у того не больше, чем у земляного гремучника, Ната следовало заколотить в ящик и закопать, пока не раздулся.

Оглядывая распростертого на плите Нолана, он решил, что именно так с ним и поступит. Никто из этих двоих не привлекал плакальщиков — хотя Нату нашлось чем их оплатить. Парни вроде них больше привлекают мух.

Мерц прикинул, что лучше завернуть Нолана в старую простыню и положить в простой сосновый гроб. А с утречка зарыть, пока он совсем не протух и не выпер за стенки. На дешевых похоронах такое разок случилось. Он засунул старого Крайдера в гроб без бальзамирования и продержал так ночь. На другой день на погребении — июльский денек выдался жаркий — говнюк раздулся, как кит. В тот раз удача Мерцу не изменила, и тело не выдавило боковины гроба, пока родственники не разошлись. Вонь стояла, как от бочонка тухлой рыбы. Мерц и могильщики свалили труп в яму и побыстрее закидали.

Нолан, ясное дело, уже пованивал. И довольно мерзко.

Мерц обошел вокруг тела. Уродливый hombre. Хотя бы грязь из пустой глазницы выковырять.

Да. Назвался груздем — полезай в кузов. Остается раздеть его, обложить льдом и оставить до утра. Двое могильщиков подряжены. Управиться недолго, а после — похороны Ната, где удастся срубить деньжат. Пусть до Ната никому нет дела. А иные будут только рады.

Мерц выкрутил фитиль у лампы над плитой, прошел Нолану в ноги, повернулся спиной, ухватился за один кучерский сапог и потянул.

Снятый сапог он поставил рядом с собой. Нет, размер не годился.

Он взялся за второй и потянул. Тот не хотел слезать.

— Ну давай, сукин кот!

Нолан сел на своей плите. Грязь посыпалась из глазницы и с волос.

Мерц перестал тянуть.

По затылку пробежал озноб.

От другой плиты, где лежал обряженный Нат, донесся шорох. Покосившись в ту сторону, он разглядел в дымчатом свете лампы, как Нат слезает с плиты.

«Мальчишки балуют», — подумал Мерц.

И в этот миг заметил севшего за спиной Нолана.

Он бросил сапог и развернулся.

И Нолан его сцапал.

Глава седьмая

В темноте лаборатории Дока сосуды с частями игрока стали подрагивать.

Сгнившая плоть поползла вверх по стенкам и надавила на крышки. В других задребезжали кости. Картонная коробка, где лежала голова, задрожала.

На стенке коробки проступило пятно, затем блеснули зубы. Голова игрока прогрызала путь к свободе. В большой банке костяная рука сжала пальцы в кулак и настойчиво забарабанила в стекло.

Док сидел за столом в кабинете, разложив сбоку несколько стопок книг и