Беспощадная истина - Майк Тайсон

Тем не менее, лучшее время я все же провел с одним казахстанским предпринимателем-мусульманином, с которым я встретился тем вечером, когда гулял вместе со своим сербским приятелем. Я решил, что он приехал в Москву из Казахстана по делам. Он вел себя как нормальный парень с деньгами, проявляя щедрость и оплачивая все наши счета. Мы зашли в мечеть и вместе помолились, затем выкурили травку, и он сказал: «У меня в городе есть танцевальный клуб для девушек. Не хотите сходить туда?»

Он привел нас в клуб, мы прошли в частную секцию, где он опустил ширму – и за ней оказалось двадцать красивых русских девушек. Самой старшей было, наверное, двадцать. Они начали танцевать для нас, и он спросил: «Какую из них вам хочется?»

Я не хотел никого выбирать, потому что мог выбрать ту, которой я не нравился, и ей пришлось бы идти со мной. Я был по-прежнему закомплексован в связи с участием женщин в тех странах, куда я приезжал драться, в акциях протеста против меня.

– Послушай, брат, просто спроси, кто хотел бы пойти со мной, и этого будет достаточно. Какая-нибудь из них согласится, – в тот момент для меня было главным, чтобы они только существовали на свете.

Он засмеялся:

– Хорошо, кто хотел бы пойти с Майком?

И я услышал в ответ крики, повторившиеся повсюду эхом:

– Я! И я! Возьми меня! И меня!

Они все хотели пойти со мной в отель.

– Теперь вам придется выбирать, потому что иначе они все пойдут с вами, – сказал он.

– Ну, хорошо. Как насчет вот этой? Она такая заводная! И вон та брюнетка с короткими волосами тоже хороша. И вон та блондинка – тоже! Я как только пришел, она мне сразу понравилась. А как насчет той девушки в конце второго ряда?

– Майк, вы не можете взять всех четырех девушек! Что вы будете делать сразу с четырьмя? – спросил он.

– Я должен познать их всех, брат, иначе я буду думать о тех, которых я не познал.

Итак, я вернулся в отель с четырьмя девушками. Мы славно покайфовали с «коксом» и спиртным. В разгар веселья одна из девушек позвонила своей матери:

– Ма, я тут с Майком Тайсоном!

Она была очень возбуждена. Она уверяла меня, что ее мать тоже весьма заводная, но четырех девушек было вполне достаточно.

Девочки по вызову в Штатах совершенно иной породы, чем русские девушки. Девушкам в Штатах все равно, что делать, они готовы на что угодно, лишь бы удовлетворить вас в сексуальном плане. Это их единственная цель. Что же касается этих русских девушек – они говорили на четырех разных языках. Я позвонил своему приятелю в Бельгию, и одна из них, взяв телефон, помогла мне объясниться с оператором. Затем я позвонил в Португалию – и она бегло поговорила с португальцами. Мы сделали звонок в Словакию – у нее и здесь не было с языком никаких проблем.

Я подумал: «Как бы мне заполучить этих девушек в Штаты?» Они могли бы запросто возглавить компанию из списка «Форчун 500»[306]. Все они с высшим образованием. Рядом с этими девушками по вызову я, ловкий парень, знающий несколько умных слов из словаря, чувствовал себя полным интеллектуальным пигмеем. Эх, как мне хотелось взять их с собой домой! Черт бы побрал это банкротство! Если бы не «Глава 11 Кодекса законов США о банкротстве», я бы за минуту решил вопрос с этими девушками.

Они были у меня только один этот вечер. Поскольку в этот раз я проявил себя большой свиньей, следующий вечер надо было уделить другим завоеваниям. Это были классные девушки, но настало время перейти к следующей главе истории моего пребывания в Москве.

Мы кутили весь вечер, а рано утром я бодро поднялся, чтобы вместе с Мэрилин пойти в музей. Она сразу же все поняла. Мне не потребовалось ничего ей говорить – Мэрилин было достаточно лишь взглянуть на меня. Затем она спросила: «И когда же мы начнем трудиться над выздоровлением?»

Однажды у нас был поздний завтрак на Красной площади, и к нам подошел парень, еврей, владелец торгового центра. Он сказал мне, что он поставлял форму олимпийским командам России.

– Сегодня вечером у нас специальная акция: мы представляем новую форму российской сборной на зимних Олимпийских играх 2006 года. Вход – только по приглашениям. Там будут все чиновники от спорта России. Не хотели бы вы быть нашим уважаемым гостем?

Обычно мне платили немалые деньги за появление на мероприятиях, но меня заинтересовала возможность встретиться со всеми этими замечательными спортсменами. Я сказал ему, что буду рад присутствовать на этой акции, и в знак благодарности он провел меня через весь торговый центр к лучшему итальянскому магазину одежды и подарил мне отличную одежду.

В тот вечер мы с ним вместе поужинали. Он пригласил Вячеслава «Славу» Фетисова, бывшего хоккеиста, который тогда возглавлял весь спорт в России[307].

О моем участии заранее не объявляли, поэтому, когда после начала мероприятия меня представили и я появился, спортсмены чуть не разнесли все здание. Меня с Мэрилин посадили на большом подиуме, который был похож на олимпийский факел, и Мэрилин ослепили фотовспышки журналистов. Когда мероприятие завершилось, все спортсмены бросились к нам, чтобы получить мой автограф, и я попросил здоровенных охранников присмотреть за Мэрилин. Она могла пострадать в этой давке.

Как-то мы с Джеффом и Мэрилин обедали в ресторане «Нью-Йорк» в центре Москвы, где тусовались все спортсмены, и увидели там одного чеченского политика, который гулял вместе с нами в Сен-Тропе. Он был одним из сенаторов от Чечни в российском парламенте. В Сен-Тропе и на Сардинии он был весьма скромным, приятным, вежливым. Он выглядел и вел себя как настоящий дипломат. Я обратился было к нему: «Эй, брат», но здесь, в Москве, он уже не был таким же приятным парнем, каким казался в Сен-Тропе.

– Майк, он совершенно не такой дружелюбный, каким он был на яхте. Что за черт? – воскликнул Джефф.

Это не сулило мне ничего хорошего. Когда мы тусовались на яхте, эти чеченские ребята достаточно часто поддерживали меня на плаву. Я говорил им: «Я – ваш брат мусульманин. Пожалуйста, дайте мне немного денег, мне здесь плохо». Денег было у них немерено, чаевые они раздавали просто огромные. Ну, а мне сейчас деньги были нужны. Сделка с представителями украинской водки исчерпала себя, и они были намерены прекратить оплату моего номера люкс в отеле.

Но дела, похоже, пошли гораздо лучше, когда сенатор подошел к нашему столу и сел.

– Со мной один человек, который очень, очень хочет встретиться с Майком, – сказал он нам. – Это исключительный человек.

Я сказал: «Конечно!», мы встали, оставили на столе наш обед и пошли за сенатором в банкетный зал на другой стороне ресторана. Там был стол, за который мы все сели. Спустя несколько секунд открылась дверь, и вошел Рамзан Кадыров, чеченский лидер. Я знал все о чеченских войнах, которые были несколько лет назад. Отец Рамзана, Ахмат, был одним из наиболее влиятельных полевых командиров в Чечне и одним из лидеров движения за отделение от России. Это была кровавая, очень кровавая борьба, и русские сделали Ахмата президентом Чечни, рассчитывая на то, что этот шаг поможет подавить сопротивление. Спустя год его убили, и тогда новым лидером сделали его сына Рамзана. Рамзан был большим фанатом бокса и очень хотел встретиться со мной.