'Фантастика 2025-140'. Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

несколько батальонов. Оставшиеся подразделения степняков атаковали элитные части гвардии, массово применяя площадную магию.

Обо всём этом Пасечник размышлял, пока его отряд двигался к горам, где была лазейка, позволяющая незаметно просочиться в Долину. Здесь, недалеко подножья гор, под большими артефактами скрыта, накапливались своё время войска.

Крик в хвосте колонны резко вывел оперативника из раздумий. Услышав рядом стрекот, без раздумий перекатом ушёл за большой валун. Двое бойцов, шедших позади, перечеркнула очередь. Через несколько секунд ещё двое из личной охраны упало на землю, один с простреленной головой, у второго торчал нож из спины. Сделать Пасечник ничего не успел, что-то упёрлось ему между лопаток, а затем его сильно тряхнуло. В глазах всё поплыло, и тело само упало на камни.

Дальше всё как в страшном спектакле. Его люди умирали от перекрёстного огня, но противник ни разу не показался, прячась на высотах. Вскоре всё затихло, стали слышны шаги, но по-прежнему никого не было видно. Пасечника резко дёрнули, поставив в вертикальное положение, развернув к сидящему на камне бойцу.

Пасечник готов был поклясться, такой обвес для сил специальных операций он уже видел. Вот только не здесь, его просто не должно было здесь существовать. Но пример был перед глазами.

— Потери? — спросил боец, сняв шлем, но бафф всё равно скрывал большую часть лица.

— Никаких, всё штатно прошло — отрапортовал один из держащих Пасечника — Никто не ушёл, больше никого из интересующих нас лиц в колонне не было.

— Хорошо, возвращаемся прямо оперативный штаб — кивнул командир, после этих слов мир для советника каганата померк в темноте.

* * *

Морозов устало смотрел, как одного за другим менталисты герцога считывают выживших офицеров каганата. Процедура даже для стороннего наблюдателя была малоприятной. Но война не оставляла выбора, приходилось идти на крайние меры.

Ворон, прибывший на второй день безобразий в Долине, смотрел на отдельно сидящего пленника явно с гастрономическим интересом. Но граф настойчиво предлагал не торопить события, тем более были подозрения, что конкретно у этого пленника стоят серьёзные ментальные блоки.

Вскоре появилась София, уже немного отошедшая от изначальных событий. Влад тихо ей обрисовал ситуацию, девушка нахмурилась и посмотрела на пленника. Медленно обошла его несколько раз, хмурясь всё сильнее.

— Ждём — коротко ответила на немой вопрос.

Через два часа рядом со штабной машиной приземлился быстрый курьер, переправивший на передовую Мери и Мирру.

— А кто это у нас такой красивый? — ласково спросила Мери у оперативника — ты в курсе, что от тебя смердит новыми хозяевами? При этом рожа у тебя типичного брита, что в сочетании с первым тезисом даёт мне очень некрасивую картину.

Пасечник с изумлением посмотрел на девушку. Нет, про Морозова была чёткая информация, кто он на самом деле. Но эта блондинка вызывала гораздо большее чувство опасности.

— Боишься, по глазам вижу — удовлетворённо сказал Мери — это правильно в целом. Вот только не меня надо бояться, а тех барьеров, что у тебя в голове. Мы их снимем, но будет это чертовски больно для тебя. Может, сам расскажешь?

— Будем считать, что я плохо говорю на английском — добавил граф — можешь вещать на местном.

— Зато я неплохо говорю по-русски — пусть и с акцентом ответил Пасечник.

— Зачем? — коротко задал вопрос Влад, брит пожал плечами, но взгляд не опустил — мог бы не спрашивать. Натура ваша скотская везде одна и та же.

— И зачем он влез в эти дела? — с любопытством спросила Мидори, выйдя из штабной машины.

— Деньги, власть — вздохнул Морозов — всё до рвоты просто. Поманили халявой, вот и подорвались резко. Здесь их навыки и знания дают серьёзное преимущество.

— Как и тебе? — лукаво спросила София.

— Разумеется — не стал отрицать очевидного граф — но всё упирается в нюансы.

— Не надо читать мне мораль — злобно глянув на Влада, крикнул Пасечник — ты такой же, как и я. Посмотри на себя и своё окружение, ты уже власть для местных, пусть и локально.

— А я не просил и не требовал — парировал Морозов — тем более не убивал ради золотого унитаза. Так что не равняй меня, падаль, на себя. Мне напомнить тебе историю? Сколько лет туманный Альбион грабил колонии?

— Они дикари — с отвращением посмотрел Пасечник на окружающих, затем кивнул в сторону Мидори — эта вообще животное, я видел, как на части рвала людей — лисица закатила глаза.

— Ты пришёл в наш дом, чего ещё ожидать, проповедей? — удивился Влад — а людей привязывать к пушкам и потом стрелять сквозь них, это нормально? Прости, забываюсь всё время. Что господам позволено, то нам черни не понять.

Морозов отвернулся и снял с пояса фляжку. В этот момент Пасечник использовал небольшой артефакт, разрезая верёвки на руках. В его руках появились два кинжала, оперативник рванул на графа. Никто не успел среагировать, даже кицуне не успевала.

Все замерли в шоке, пока Морозов неспешно допил и вернул флягу на место.

— Да уж, в баню я с тобой точно не пойду — усмехнулся Влад, повернувшись к бритту. Снял с пальцев два пространственных кольца и осмотрел их — неплохие игрушки, для такого вот удара хватит, чтобы вложить парочку ножиков.

Пасечник так и замер в рывке, его запястья были пробиты ножами, ещё один торчал в правом боку. С троих бойцов упал скрыт. Один держался за волосы и нож, остальные зафиксировали Пасечника по бокам.

— Знаешь, о чём я думаю — сказал Морозов, расхаживая туда-сюда — когда всё происходящее для меня стало личным? Когда остроухие похитили мою будущую супругу? Да, это было близко к катастрофе, но почти никто не знал, что лорд давно продался твоим хозяевам. Когда местные аристо захотели перетереть всю мою семью в порошок? Так там всё тупо из-за денег. Пытались считать Софию, чтобы вызнать наши секреты? То же самое, просто деньги. Так когда?

— А вот я на твою рожу посмотрел, послушал тебя, и старую присягу вспомнил — Влад вплотную подошёл к Пасечнику — и вот сейчас я понимаю, настал этот торжественный момент. Я даже благодарен тебе. Больше не будет тормозов или сомнений. И моя цель, озвученная одной старой лисице, теперь утвердилась в этом котелке на сто один процент. Иначе я просто не доживу до старости.

— Тогда отпусти меня на радостях,