Разлучи нас, смерть! (СИ) - "Ginger_Elle"

— Я сотни раз повторял, что не желаю возобновления наших отношений.

— И тем не менее, я надеялся, — ответил Астон, переводя взгляд на напряжённое побледневшее лицо Джейсона. — Теперь я понимаю, что это невозможно.

— Я очень рассчитываю на то, что вы больше не будете испытывать заблуждений по этому поводу, — отчеканил Джейсон, но было видно, что ему хочется наплевать на все правила приличия и высказать Астону всё, что он о нём думает. — Если вы до сих пор чего-то не поняли, скажу ещё раз: я скорее умру, чем стану спать с вами, мне отвратительна даже мысль об этом.

Джейсон бросил короткий взгляд на Эдера:

— Простите, что перехожу к личным вопросам в вашем присутствии. Вряд ли вам приятно это выслушивать.

— Я специально приехал сюда с мистером Астоном, чтобы ваш разговор не перешёл… в слишком личное русло.

— Я очень вам благодарен, в том числе и за ваше недавнее вмешательство.

Эдер кивнул.

— Как мне кажется, — сказал он, — вам следует дать мистеру Астону ещё один шанс.

— Можно подумать, у меня есть выбор, — вздохнул Джейсон, отворачиваясь в сторону.

— Отлично, — бодрым довольным голосом заявил Астон. — Тогда завтра жду вас в офисе.

Попрощавшись, они с Эдером покинули комнату. Глава службы безопасности обернулся на пороге, чтобы увидеть, как Джейсон тяжело рухнул в кресло и спрятал лицо в руках. Иногда ему становилось жалко Коллинза. Он не был виноват в том, что Астон испытывал к нему эти чувства. Да, он поддерживал их, позволил им развиться, окрепнуть, вырасти, превратиться в одержимость, но теперь оказался в ужасном положении.

Эдер уже всё знал. Сразу после возвращения в Лондон он вызвал Рюгера, чтобы узнать, удалось ли что-либо выяснить. Рюгер сказал, что всё оказалось проще, чем он думал. Хватило двух запросов в полицию. Первый был не очень удачен: Коллинз был по какому-то поводу зафиксирован в базе данных, но информация оказалась закрытой; второй запрос делался уже через нужного человека — такого, который может получить доступ практически к любым файлам.

Рюгер положил на стол перед начальником копию полицейского отчёта. Эдер начал листать его, и по мере чтения его лицо менялось. Коллинз задал один-единственный вопрос: «Ты за этим стоял?» Теперь он знал, что сделал Дэниел. Безумную и жестокую вещь. Он поднял глаза на Рюгера:

— Вы нашли тех, кто это организовал?

— Я могу, но не стал без вашего приказа. Астону может не понравиться, что мы разнюхиваем что-то за его спиной.

Эдер постучал пальцами по столу, раздумывая.

— Не надо, не ищите. В общих чертах всё и так понятно. Не уверен, что хочу знать детали этого… — Эдер с отвращением сморщился, — …похищения. Коллинз ведь не всё рассказал в полиции…

— Я тоже так подумал.

Эдер не знал, что сказать и что сделать. Он не испытывал никаких заблуждений на счёт Дэниела: тот был человеком жестоким и эгоистичным, его тяжело было сбить с намеченного пути, и он добивался своего любыми способами. Эдер прекрасно понимал, почему Астон решил устроить похищение: он думал поразвлечься с заинтересовавшим его молодым человеком, но не желал тратить время на то, чтобы добиваться его или, тем более, мириться с возможной неудачей. Он поступил просто — купил его. Оплатил услуги лиц, которые быстро и профессионально вбили мальчишке в голову покорность. Астон, видимо, рассчитывал позабавиться месяц-другой с новой игрушкой, а потом… Чёрт, Эдер не знал, что должно было произойти с Коллинзом потом.

Да и не важно… Астон передумал. Хуже, гораздо хуже, чем передумал. Он полюбил свою жертву, заказанный и оплаченный товар. Интересно, во сколько ему обошёлся тогда Коллинз? Впрочем, какая разница? Явно в сущие гроши по сравнению с тем, сколько он потратил на него потом. Восемнадцать миллионов фунтов одна только квартира… Но проблема была не в деньгах, проблема была в одержимости Дэниела своим любовником. И сейчас, когда они расстались, Дэниел вёл себя неразумно, даже в делах. Он принимал решения слишком скоропалительные, слишком жёсткие, как будто мстя всему миру за своё несчастье. Человек, обладающий такой властью, не имеет права поддаваться эмоциям.

— Я всегда хотел избавиться от Коллинза, — признался Эдер, — но теперь я уже хочу, чтобы он вернулся к Астону.

— Подождём, возможно, это рано или поздно произойдёт.

Скептическая и унылая усмешка пробежала по губам Эдера.

— Сильно сомневаюсь. Дэниел на этот раз превзошёл самого себя. А Коллинз… он не похож на героиню любовного романа, которая влюбляется в изнасиловавшего её разбойника.

***

Джейсон вернулся к работе. После того, как последний экзамен был сдан, он приходил в офис на целый день, если только Астон не уезжал к семье. Туда он в последнее время стал ездить чаще. Неудивительно… Джейсон втайне надеялся, что он вообще осядет в Париже, вернётся к жене и оставит его в покое.

В остальные поездки (таких случилось две за последнее время) Астон брал Джейсона с собой. К счастью, им почти не приходилось общаться друг с другом: график был насыщенным, встречи следовали одна за другой, и у обоих было слишком много работы.

Первая из поездок была в Женеву. У Джейсона на несколько секунд дыхание остановилось, когда он понял, что ему придётся вернуться в дом в Колоньи и, скорее всего, опять войти в тот кабинет, куда его привели Рюгер и Карне, где Астон бил и унижал его, а он ползал по полу и… Нет, он не хотел вспоминать об этом!

Его даже поселили в той же самой комнате, где они с Дэниелом провели их последнюю счастливую ночь вместе. Астон явно специально отдал такое распоряжение. Он был мстителен и хотел, чтобы Джейсон думал об этом, об их прошлом, об их любви, о том, что они потеряли.

Сам Астон, казалось, решил поставить на Джейсоне крест и начать новую жизнь. В начале декабря на одном из приёмов, на которые он безжалостно таскал за собой Джейсона, он начал оказывать весьма очевидные знаки внимания одной из гостей, молодой журналистке Алисии Бишоп. Джейсон даже сам был с ней поверхностно знаком. Её отец работал в «Сити-банке» на какой-то громкой, почётной, но на деле незначительной должности. Мать была латиноамериканкой из очень богатой семьи. Сама Алисия занималась современным искусством, в котором, на взгляд Джейсона, понимала не больше, чем он сам. Она пробовала открыть собственную галерею, потом несколько месяцев проработала в «Кристис» — тоже безуспешно. Теперь она писала статьи на свою любимую тему. Какими бы ни были её творческие достижения, в отсутствии привлекательности её никто не мог бы упрекнуть. Алисия была по-настоящему красивой женщиной.

Интерес Астона к ней заметил не один только Джейсон. Некоторые из гостей уже с любопытством поглядывали и на него самого, видимо, ожидая, какой будет его реакция. Её не было. Если годы с Астоном его чему-то и научили, так это сохранять безмятежный вид в любой ситуации, тем более что ситуация эта его нимало не расстраивала. Он давно этого ждал. Единственное, чего он не знал наверняка — искренне ли Астон был заинтересован Алисией, или же всё это делалось с намерением вызвать ревность.

Как бы то ни было, домой они уехали вместе: сначала машина привезла Джейсона на Кадоган-сквер, и только затем Астон отправился к себе в Белгравию. По дороге они не обменялись ни словом.

На следующий день Астон и Алисия ужинали в каком-то модном японском ресторане. Джейсон знал об этом, потому что слышал, как Брент заказывал столик. Ресторан явно выбирала дама. Астон был весьма консервативен в своих вкусах и предпочитал европейскую кухню; Джейсон от этого отнюдь не страдал — он вообще не любил ни китайскую, ни японскую еду (кроме разве что лапши). Он лишь позлорадствовал про себя, пожелав Астону увидеть сегодня на тарелке кусок сырой рыбы побольше и попротивнее. И к ней какую-нибудь исключительно склизкую водоросль.

Через неделю Астон провел с Алисией ночь в отеле. «Ритц», люкс «Беркли», завтрак континентал. У Астона хватило такта не поручать заказ номера Джейсону. Мисс Мецлер, созванивавшаяся с гостиницей, в конце бросила на Джейсона сочувствующий взгляд. Зря… Ему не было больно или обидно, он только чувствовал себя униженным.