The marriage stone - Josephine Darcy

Он отдал профессору МакГонагалл свою мантию-невидимку и кивнул Дамблдору. Директор ободряюще ему улыбнулся и открыл дверь комнаты. Гарри шагнул внутрь.

Приблизившись к кровати, Гарри заметил, что Ремус выглядел еще более измученным. Его глаза были все еще желтыми и холодными, но теперь были наполнены таким гневом и отчаянием, что от этого у Гарри разрывалось сердце. Гарри увидел, что из-за попыток освободиться вокруг запястий мужчины кожа была немного стерта и покраснела. Гарри было больно от мысли, что Ремус весь день пытался вырваться из оков, чтобы снова быть с Сириусом. Он ненавидел то, что обо всем этом придется рассказать Сириусу. Гарри знал - это убьет крестного.

- Гарри, - прошептал Ремус. Его голос был хриплым и едва слышным. Гарри подумал, что он наверно кричал до тех пор, пока не сорвал голос. - Скажи ему, что мне жаль, - попросил Люпин. - Скажи ему, что мне жаль, Гарри.

- Все будет хорошо, - пообещал Гарри. - Все будет хорошо. Тебе только придется заснуть на некоторое время. А потом, когда у нас будет зелье, мы разбудим и излечим тебя. И Сириус будет здесь с тобой.

Но надежда, которая еще утром блестела в глазах мужчины, больше не появлялась в его глазах.

- Скажи ему, что мне жаль, - снова прошептал Ремус.

Гарри пообещал ему и вынул пробку из пузырька с Напитком Живой Смерти. На мгновение Ремус снова начал бороться с удерживающими его оковами, и Гарри задержал дыхание, в ожидании, когда тот успокоится. Наконец, Ремус ослаблено упал и Гарри осторожно поднес к нему зелье.

- Ты должен выпить его, Ремус, - сказал ему Гарри. - Пожалуйста, просто выпей.

Гарри так и не понял, осознал ли Ремус, что он ему говорил, или он просто отчаянно хотел пить, но мужчина разомкнул губы и позволил влить в себя зелье. Он судорожно глотнул, и сильная дрожь пробежала по его телу. Через несколько секунд его тело стало расслабляться. Ремус устало посмотрел на Гарри. Его глаза были почти человеческими.

Не в силах остановить себя, Гарри протянул руку и, коснувшись волос мужчины, отвел медового оттенка прядь от его лица. Несмотря на довольно молодой возраст, волосы кое-где уже были тронуты сединой. Ремус вздохнул и его глаза медленно закрылись. Он протяжно выдохнул и замер.

Через мгновение Гарри понял, что мужчина больше не дышит, и почувствовал, как волна ужаса накрыла его.

- Ремус! - в ужасе закричал он. - О Боже, Ремус!

Зелье должно было погрузить его в сон, а не убить его! Но мужчина больше не дышал и не двигался.

- Он не дышит! - в панике развернулся Гарри, ища помощь, и тут же почувствовал приятное тепло рук, обхвативших его плечи, как раз когда в комнату вбежали мадам Помфри и Дамблдор.

- Тшш, Гарри, все в порядке, - донесся из-за спины тихий голос. Это был Северус. Мужчина крепко держал его в объятьях, мягко шепча ему на ухо, стараясь успокоить. - Ты же помнишь, Напиток полностью замораживает того, кто выпьет его. Оно останавливает сердце и дыхание. Он только спит, он не мертв.

Мадам Помфи взмахнула палочкой и, просканировав Ремуса, утвердительно кивнула.

- Он в порядке, - объявила она и, от облегчения у Гарри подкосились ноги, но руки Северуса все еще утешающе обнимали его плечи.

Волнообразным движением палочки Дамблдор освободил Ремуса от оков, и мадам Помфри тут же занялась лечением поврежденной кожи на запястьях. Затем директор бросил заклинание Мобиликорпус и, подняв Ремуса в воздух, направил его из палаты. Гарри вздрогнул, вспомнив, как сам последний раз использовал это заклинание, чтобы отправить вереницу трупов в Бифрост. Это сравнение его совсем не успокоило. «Ремус не был мертв», - напомнил он себе.

Едва все вышли из отдельной палаты, МакГонагалл накинула на зависшего в воздухе Ремуса мантию-невидимку, скрывая его ото всех, кому бы вдруг вздумалось гулять этой ночью по замку.

- Ты готов отвести нас в Тайную комнату, мой мальчик? - спросил Дамблдор Гарри.

Гарри кивнул, хотя чувствовал себя еще более неуверенным, чем раньше. Хотя он знал, что это совершенно безопасно для Ремуса, ему все больше не нравилась идея оставить обездвиженного Ремуса в Тайной комнате. Он тут же вспомнил кровавую надпись на стене: «Ее скелет, навечно останется в стенах Тайной комнаты».

Все тихо шли по темным коридорам замка, на стенах которых, все портреты были подозрительно пусты. Гарри привел их в туалет для девочек на втором этаже и зашипел в сторону раковин, открывая вход в Тайную комнату. Ни МакГонагалл, ни Помфри не было с ними, когда они спускались в Тайную комнату последний раз, поэтому обе женщины не сдержали судорожного вздоха, когда проход открылся. Гарри показалось, что он видел, как при звуках парселтанга Помфри сделала знак, отгоняющий злых духов.

Вместо того чтобы рискованно скатываться по туннелю, Дамблдор и МакГонагалл левитировали всех вниз внутрь главной пещеры. Затем подсвечивая себе дорогу несколькими люмосами, они двинулись через пещеру к дверям, закрывавшим главную комнату. Всего несколько дней назад Гарри был здесь с Ремусом, Сириусом, Роном и Гермионой, но это было словно в прошлой жизни. К сожалению, на сей раз, у этого похода было намного более мрачное настроение. Гарри был рад, что благодаря Северусу, теперь в огромном зале не лежал, источающий жуткую вонь, полуистлевший труп Василиска. Теперь гигантская змея хранилась в виде ингредиентов в одной из лабораторий Северуса.

Они решили положить Ремуса в маленьком помещении библиотеки, где нашли все те книги. Полки теперь были пусты - Ремус, Северус и Дамблдор вычистили их. Но комната все еще была безопасна, а чары очистили ее от пыли и плесени.

МакГонагалл трансфигурировала одну из лимонных долек директора в большую кровать, и, мягко опустив на нее Ремуса, сняла с него мантию-невидимку. Мадам Помфри проверила его еще раз и объявила, что он все еще в отличном состоянии.

- А что случится, когда наступит полнолуние? - спросил Гарри. - Он трансформируется?

- Нет, - ответил ему Северус. - Ничто не прервет его Живую смерть, пока он не примет антидот.

- Мы можем еще раз проверить его во время полной луны, чтобы удостовериться, что с ним все хорошо, - сказала мадам Помфри Гарри. - С ним все будет в порядке. Он не первый оборотень, который выпил Напиток Живой Смерти.

- А мы можем оставить для него свет? - спросил Гарри Дамблдора, приходя в ужас от мысли, что придется оставить здесь Ремуса одного в темноте.

- Конечно, Гарри, - заверил его Дамблдор и махнул палочкой, после чего тут же около кровати появился маленький столик с фонарем в виде золотого шара. Он искрился и испускал мягкий теплый свет. Дамблдор также бросил на комнату Согревающие чары, и Гарри почувствовал, как пронизывающий до костей зимний холод, исчезает. - С ним все будет хорошо, Гарри.