100 великих дипломатов - Игорь Мусский

Конфликт затянулся на три года. В течение этого времени выявились некоторые аспекты американской дипломатии. Во-первых, различие в отношении администрации США к Германии и Англии и, во-вторых, стремление президента лично участвовать в дипломатической игре европейских стран.

Американская дипломатия исходила из того, что главную угрозу для США в ближайшее время будет представлять кайзеровская Германия. Интересно то, что Рузвельт еще за два года до своего прихода в Белый дом полагал, что Соединенным Штатам следует поддерживать дружеские отношения с Великобританией, и выражал надежду, что между англоязычными народами не возникнет ни малейших расхождений.

17 декабря 1902 года предложение госсекретаря Хэя об арбитраже было официально представлено странам-кредиторам. 18 декабря Англия сделала официальное заявление о готовности в принципе передать дело в арбитраж. 19 декабря к ней присоединилась Германия, чему предшествовала серьезная конфронтация с американцами, во время которой Рузвельт угрожал своему «другу», кайзеру Вильгельму, войной, но не официальной нотой. Он предъявил Германии ультиматум во время беседы с глазу на глаз с послом Голлебеном и письменно через Штернбурга.

В конце января правительство США потребовало немедленного решения конфликта, при этом эскадра Дьюи была приведена в боевую готовность. Как раз в эти дни в Вашингтон приехал Штернбург и был немедленно принят Рузвельтом, после чего немецкий посол телеграфировал в Берлин, настаивая на принятии венесуэльских предложений (отдавать 30 % таможенных сборов в счет погашения долгов).

Блокада Венесуэлы была снята 13 февраля 1904 года, и через несколько дней арбитражная комиссия в Гааге подписала протокол, согласно которому Венесуэла признавала преимущественное право Германии, Великобритании и Италии на удовлетворение их требований.

В результате венесуэльского кризиса США усилили свои позиции в районе Карибского бассейна. Но для американской дипломатии гораздо важным было подтверждение престижа страны. Через несколько месяцев, 4 декабря 1904 года, Рузвельт в послании Конгрессу заявил об особых правах США в Западном полушарии, которые, по его словам, вытекают из доктрины Монро.

После того как Колумбия в августе 1903 года отказалась передать США права собственности на перешеек, Рузвельт поддержал Панамских сепаратистов, провозгласивших 4 ноября 1903 года независимость Панамской Республики. Не теряя времени, Госдепартамент США по инструкции президента выработал текст договора с Панамой — о строительстве канала. Независимая республика Панама попала в полное подчинение американцам, а в 1906 году в разгар работ на Панамском перешейке Рузвельт лично посетил стройку. Это был первый случай отъезда за границу президента США, находившегося при исполнении своих обязанностей.

Бесспорно, решительные действия Рузвельта ускорили сооружение канала. «Если бы я, соблюдая законность, — пояснял президент, — безучастно наблюдал за происходящим на перешейке, предоставил все естественному ходу событий, а затем направил в Конгресс подробный доклад, начались бы еще более ожесточенные дискуссии, которые длились бы и поныне, и отделяли бы пуск канала на 50 лет». Решение вопроса о Панамском канале в пользу США Рузвельт сравнил по значимости с покупкой Луизианы или приобретением Техаса.

Впрочем, президент США не злоупотреблял открытым вмешательством во внутренние дела соседних государств. Его единственная значитель акция такого рода после 1904 года — управление Кубой с 1906 по 1909 была предпринята с целью предотвращения там гражданской войны и по настоянию кубинских властей. Рузвельт интенсивно использовал панамериканские конференции для дипломатического маневрирования. В июне 1906 года он специально созвал в Рио-де-Жанейро третью Межамериканск конференцию с участием Кубы и Панамы, чтобы ослабить недовольство политикой США в Латинской Америке.

8 ноября 1904 года Рузвельт с подавляющим большинством голосе выиграл выборы у кандидата от демократов Илтона Брукса Паркера. Но большего внешнеполитического влияния он достиг во время междунарс ного кризиса 1904–1906 годов, ознаменовавшимся Русско-японской войне и германо-французским конфликтом в Марокко.

Весной 1905 года Рузвельт выступил посредником между Японией и Россией, военные действия между которыми развивались с явным успехом в пользу Японии. Готовя почву для своей мирной инициативы, Рузвельт в Берлине делал акцент на русской опасности, а в Лондоне — на японской, добавляя, что «если бы не позиция Англии и США», то «Германия и Франция: вмешались бы на стороне России». Через Лондон путь вел Рузвельта в Токио, а через Берлин — в Петербург. Берлин поддерживал его в качестве посредника, боясь претензий на эту роль со стороны Англии и Франции. В результат под председательством Рузвельта в Портсмуте в Нью-Гэмпшире начались русско-японские переговоры. Одновременно Англия предприняла шаги по заключения союзного договора с Японией, относительно чего англо-американское согласие было достигнуто еще в феврале 1905 года.

В решении Марокканского кризиса Рузвельт добился успеха, после того как кайзеровская политика угроз по отношению к Франции зашла в опасный тупик. Не вдаваясь в подробности развития марокканского кризиса, следует отметить, что каждая из враждующих западноевропейских стран пыталась склонить Соединенные Штаты на свою сторону, что свидетельствовало о возросшем престиже как страны, так и ее президента.

Рузвельт переговорил с послами всех трех стран, а затем направил письмо кайзеру через Штернбурга. Следует по достоинству оценить тот факт, что письмо своему другу «Шпеки» для кайзера президент диктовал в присутствии… Жюссерана — французского посла. И в этом письме, и в следующем, также переданным через Штернбурга, Рузвельт, сообщая, что Франция согласилась на конференцию, убеждал кайзера расценивать это согласие как большую победу германской дипломатии, и, не скупясь на лестные для кайзера выражения, поздравлял его с этой победой. Франция через Жюссерана получила заверения в том, что стремления Рузвельта предотвратить войну объясняются также и необходимостью сдерживания Германии.

8 июля Германия и Франция обменялись нотами после двухмесячных переговоров о повестке дня будущей конференции.

На конференции, открывшейся в январе 1906 года в небольшом городе на юге Испании — Алхесирасе, Рузвельт позаботился о том, чтобы кайзеровское правительство не смогло оказать давление на Францию в решении марокканской проблемы и тем самым ослабить англо-французский союз. Этот союз, который Рузвельт считал гарантом европейского равновесия, благодаря американской поддержке вышел из кризиса еще более сильным.

Американские дипломаты восприняли решения конференции, как свою победу. Рузвельта поздравляли как «миротворца» его подчиненные, а дипломаты Франции и Англии выражали благодарность за поддержку. Что удивительно, но и германские дипломаты, тот же Бюлов, признавали, что он способствовал разрядке марокканского кризиса, хотя снятие напряжения произошло за счет Германии, чему Рузвельт способствовал. Президенту США удалось сохранить «дружеские» отношения с Вильгельмом II, которому позже, в 1910 году он нанес визит во время своей поездки в Европу.

По инициативе Рузвельта с 15 июня по 18 октября 1907 года в Гааге прошла вторая конференция. Помимо 27 участников первой конференции по предложению президента США были приглашены делегации 17 латиноамериканских стран. Самым важным для Рузвельта было принятие конвенции «О мирном решении международных столкновений», пересмотревшей договор 1899 года о международном третейском суде (арбитраже).

В преддверии конференции Э. Грей предложил Рузвельту выступить с инициативой по ограничению вооружений, обещая в этом случае поддержку со стороны Англии. Но Рузвельт не согласился. В письмах Грею он высказывал опасения по поводу возможности войны; уверял, что не питает никакой симпатии к тем, кто готов допустить войну по «легкомыслию» или «агрессивности», хотя всегда подчеркивал, что также не симпатизирует тем, «кто боится сражаться за справедливое дело». Однако не забывал напоминать, что США не имеют постоянной армии, поэтому увеличение флота было одной из главных забот Рузвельта.

К концу его президентства США стали второй морской державой мира. Однако усиление военной мощи страны не являлось для Рузвельта самоцелью, а вытекало из его видения глобального положения: в вооруженном мире США не могли находиться в стороне, не подвергая опасности свои национальные интересы. Америка, по его мнению, стояла перед альтернативой: самой вооружаться на море или стать, как Китай, жертвой алчности других держав. Рузвельт считал, что разоружение могло только тогда стабилизировать мир, когда в нем участвовали все крупные державы.