Фантастика 2024-179 - Руслан Ряфатевич Агишев

Чертова девка! Что за моча ей в голову ударила?! Какого черта она сбежала? Или не сбежала…

От мысли о возможном похищении у него тут же спина взмокла. Ведь, враг мог уже быть внутри поместья.

— Тревога! Прочесать здесь каждый сантиметр! — рявкнул Скуратов, заставляя всех вскочить со своих мест. — Воевода! Готовь удар!

-//-//-

Блокнот для записей.

Запись двадцать шестая.

Что это за вирус, который мог кардинально изменять природу человека, придав ему необыкновенные способности? Это же немыслимые технологии для этого времени, которые недоступны даже интелам. Разве возможно такое?

Мясорубка...

-//-//-

Процессия дворян в цветах рода Скуратовых вошла в многолюдный зал. Они казались существами, без единого намека на жизнь: прищуренные глаза, сжатые губы, перекошенные брови, ни единого лишнего движения.

Десятки боярских взглядов с живым вниманием скрестились на них, словно стараясь проникнуть в их мысли. Бесполезно. На каменных лицах посланников, по-прежнему, не было ни единой эмоции, ни единого намека на то, с чем они пришли в Боярскую Думу: с миром или войной.

— Род Скуратовых..., — громко заговорил первый дворянин, высокий мужчина с породистым лицом и горделиво вскинутой головой. Отделился от остальных своих спутников, оставшихся на месте, и прошел к противоположной стене. Здесь на специальных упорах располагались стяги с гербами всех боярских и дворянских родов империи. — Объявляет вендетту, — родовой стяг в его руках закрыл собой полотнище с императорским орлом, вскинувших ввысь крылья.

Глубокий вздох пронесся по сидящим людям. Все знали или догадывались, что случится именно так. Однако, у многих теплилась надежда, что враги смогут договориться и миром разрешить свой спор. Не получилось.

Оставалась последняя возможность договориться и не начинать кровавый конфликт — ритуал примирения. В Дворянском имперском кодексе после объявления вендетты хранитель традиций или толкователей кодекса привилегий благородного сословия, как официально звучала его должность, обязан был еще раз воззвать к миру.

— Господа! — благообразный старичок в старинном кафтане, отороченным черным горностаем, поднялся с места у пустующего трона. Вскинул руки, призывая к молчанию. — Раз объявлено благородное соперничество между двумя родами, я обязан спросить, — тряхнув редкой козлиной бородкой хранитель традиций воскликнул треснутым голосом. — Возможно ли примирение? Подумайте, господа, во имя Господа! — последнее он уже добавил от себя, понимая, что грядет.

Во вновь установившейся тишине вперед вышли представители императора, вставшие строго напротив посланник боярина Скуратова. Пятеро дворян против пятерых, словно вот-вот должна была начаться схватка. Взгляды буравили друг друга, сжимались кулаки, играли желваки на лицах.

— Примирение..., — почти одновременно начали и с этой и с той сторон. — Невозможно.

Вновь раздался вздох, на этот раз прозвучавший окончательным и бесповоротным приговором. Все, теперь уже точно нет надежды.

А разве могло это действо, напомнившее игру актеров из какой-то дешевой театральной трагедии, закончиться иначе? Ведь, все уже был запущен механизм, приведены в действия большие силы, отменить которые простыми словами было просто физически не возможно. Наверное, даже главные действующие лица уже ничего не смогли сделать, когда в дело вступала суровая неотвратимая логика.

-//-//-

Уже давно канули в Лету старинные войны с многочисленными армадами тяжелых бронированных машин и бесконечные дуэли артиллерийских орудий с внушительными калибрами. В воздух не поднимались эскадрильи штурмовых, истребительных и бомбардировочных воздушных аппаратов, должных обрушить на врага тонны смертоносного свинца. И уж тем более не шли в атаку с геройскими криками тысячи и тысячи солдат.

Лицо войны стало другим, приобрело более тонкие аристократичные черты лица, обзавелось избирательно хирургическими инструментами, откровенно запахло «магией», правда, не став от этого менее кровавым и страшным. Пожалуй, даже наоборот, дворянские вендетты еще выше задрали и без того высокий уровень бесчеловечности и жестокости современной войны. Цена человеческой жизни, и раньше не стоившая большей ломанной копейки, здесь опустилась еще ниже. В дворянских войнах не жалели никого и ничего, стараясь «каленым железом» выжечь всех представителей вражеского рода и «не оставить камня на камне» от чужого родового гнезда. Только тогда родовая честь считалась восстановленной, а оскорбления отомщенными.

… Боевая группа магов боярина Скуратова, выбравшись из поместья подземным ходом и незаметно добравшись до условленного места, уже давно ожидала сигнала к действию. Согласно плану ударить они должны были сразу же, как только будет официально объявлена вендетта императору и его роду. Фактор времени в этих расчетах играл ключевую роль: атакуй раньше — навлекут на себя гнев остальных родов, допусти промедление — сами окажутся в позиции обороняющихся.

— Есть, — Михаил Святов, предводитель группы резко встал с поваленного дерева, где неподвижно сидел последние несколько часов. Его коммуникатор беззвучно вибрировал, демонстрируя на экране всего лишь одно слово — «добро». — Действуем, как договаривались, — он быстро окинул взглядом стоявших вокруг него магов в темных бесформенных одеяниях. — Макс, на тебе маскировка. До первой линии укреплений заблокируешь все их датчики. Пусть ослепнут, словно от очередного природного скачка электромагнитного напряжения. Пока все спишут на аномалию, мы уже будем внутри.

Высокий мужчина, энергетик судя по голубоватому блеску глаз, кивнул. По его рукам с засученными рукавами пошли легкие искрящиеся разряды, словно диковинные змеи.

Роли остальных тоже были расписаны согласно разработанному плану. Первыми по укреплениям и вражеским огневым точкам должны были ударить маги-ударники, называемые так за способность концентрировать максимальную энергетическую мощность на единицу пространства. Таких в группе было двое — Эрик Ларсен, здоровенный норвежец с копной волос соломенного цвета и Кирилл Изотов, внешне его прямая противоположность, невысокий, худой брюнет. Первый — классический огневик, способный залить жарким пламенем почти гектар площади. Второй — искусный хлад, умевший понижать температуру окружающего воздуха почти до космических значений. Им и предстояло расчистить путь до самого сокровенного — центрального здания императорской резиденции, где по данным разведки находились вражеские маги.

Повышенную мобильность на территории группе обеспечивали два мага-воздушника. Угрюмые крепыши, похожие друг на друга, как две капли воды, они должны были перемещать остальных магов в нужную точку местности. Последнее выглядело как гигантский прыжок, во время которого два мага могли оказаться на расстоянии ста — двухсот метров от своего первоначального местонахождения. Посредственный маг таким образом мог перемещаться с одним пассажиром, искусный вполне тянул и двоих. Каждый из скуратовских магов воздушной стихии транспортировал сразу троих.

Время предводителя группы наступало в самом конце, когда они должны были достичь цели. Будучи гравитоником, Святов должен был вскрыть резиденцию императора,