Крах плана «Барбаросса». Противостояние под Смоленском. Том I - Дэвид Гланц

Вместо 100-й поставить 103-ю мд, а на участок последней выдвинуть 19-ю сд для атаки на Софеевку [7 км севернее Ельни].

Двумя полками 309-й сд занять рубеж Выдрино, Клемятино для атаки на Прилепы.

105-ю сд усилить за счет 120-й тд.

Таким образом, только сильным правым флангом можно достигнуть успеха.

Ваши соображения прошу сообщить»11.

Ракутин действительно принял рекомендации Ставки, включив их в боевой приказ, который он отдал своей армии 18 августа. В частности, добавление 103-й мотострелковой дивизии и поддерживающий удар 19-й стрелковой дивизии заметно увеличили мощь главной ударной группы армии. Однако оборона немцев от этого слабее не стала. В то же самое время Жуков воспользовался случаем и добавил к приказу собственные соображения. Это будет его последняя попытка предупредить войсковых командиров о суровых мерах, которые могут быть к ним применены за невыполнение приказов Ставки:

18 августа – Боевой приказ № 019 (перефразирован)

Части 24-й армии наносят главный удар на правом крыле армии, это должен быть решающий удар, имеющий целью прорвать кольцо обороны противника.

107-я стрелковая дивизия, а также отдохнувшая и доукомплектованная 102-я танковая дивизия, усиленная остатками 105-й танковой дивизии, проводят главный удар армии в общем направлении на Гурьево, Лысовку и Леонидово, имея целью замкнуть кольцо окружения в районе Леонидово. К исходу дня 18 августа овладеть рубежом Выползово и Лысовка.

Карта 102. Положение под Ельней 18–19 августа 1941 г.:

1 – Ельня

В центре 103-я стрелковая дивизия наносит удар на дер. Семешино и Софеевка и к исходу дня выходит на рубеж выс. 242, 3 и Шилово. 19-й стрелковой дивизии к исходу 18 августа овладеть рубежом Прилепы и Юрьево.

18 августа – Указания Г.К. Жукова – в дополнение к приказу № 019:

1. 105-я танковая дивизия, несмотря на мое категорическое предупреждение о продвижении вперед, протопталась на одном месте 10 дней и, не добившись никаких положительных результатов, понесла потери.

Ввиду неспособности решать самостоятельные боевые задачи 105-ю танковую дивизию расформировать, направив личный состав и матчасть на укомплектование 102-й танковой дивизии. Командира дивизии (он же и комиссар дивизии) полкового комиссара Бирюкова как не оправдавшего своего назначения назначить с понижением.

Карта 103. Положение под Ельней 21–22 августа 1941 г.:

1 – Ельня

2. Командира 106-й мсд полковника Алексеева, неоднократно предупрежденного о неудовлетворительном выполнении боевых задач, отстранить от занимаемой должности и назначить с понижением на должность командира 955-го стрелкового полка 309-й стрелковой дивизии.

3. Командиром 106-й мсд назначить бывшего командира 158-й сд полковника Брынзова.

4. Командира 955-го стрелкового полка майора Миту за паническое поведение полка отстранить от должности и назначить на должность командира батальона того же полка.

5. Командиру 120-й стрелковой дивизии генерал-майору Петрову за неудовлетворительное и пассивное выполнение боевых задач объявляю выговор и предупреждаю, что, если им будут так же плохо выполняться поставленные задачи, он будет снят с должности и снижен в звании.

Жуков12.

После еще трех дней интенсивных, дорогостоящих и зачастую просто бешеных боев, которые фактически ни к чему не привели, в 4:45 21 августа, Жуков наконец признал их тщетность и скрепя сердце напрямую доложил Сталину, что дальнейшее наступление без выделения значительного времени на отдых, доукомплектование и обучение истощенных войск Ракутина будет бессмысленным:

«4:45 21 августа 1941 г.

К 20 августа частям 24-й армии Резервного фронта в районе Ельни не удалось полностью окружить и уничтожить немецкие части.

19 августа противник в районе Гурьево, Садки [12 км северо-западнее Ельни] ввел дополнительно 137-ю пд, ранее замеченную перед фронтом 43-й армии.

В районе Клемятино, Гричано [28–30 км северо-западнее Ельни] противник ввел новую часть, нумерация которой еще не установлена.

За 10 дней операции я был во всех дивизиях и на местности лично разбирался с условиями ведения боя и как ведут себя части.

Бойцы и командиры в большинстве держат себя хорошо. Потерь не боятся и уже научились технике и тактике уничтожения противника, но все части очень малочисленны и переутомлены от наступательных действий и от огня противника, который за последнее время не прекращается и в ночное время.

При существующей малочисленности наших частей окончательно окружить и уничтожить 4–5 немецких пд невозможно.

Дальнейшее ведение боя в существующем составе приведет к окончательной потере боеспособности действующих частей.

Сейчас необходимо пополнить части хотя бы до 60 % состава, подвезти побольше боеприпасов, дать немного передохнуть бойцам, тщательнее выявить у противника слабые места, после чего стремительно атаковать.

Прошу Вашего разрешения:

1) прервать до 24 августа общее наступление;

2) пополнить за это время части четырнадцатью прибывающими маршевыми батальонами;

3) ознакомить пополнение с характером ведения боя и подготовить его к боевым действиям;

4) начать атаку с новыми силами с утра 25 августа.

Если не усложнится обстановка на других направлениях, привлечь к атаке 303-ю сд, находящуюся в моем резерве в Хотеевке.

До 25 августа противник будет уничтожаться систематическим огнем артиллерии, минометов, ударами авиации и захватываться в плен»13.

Когда позже в тот же день Сталин удовлетворил просьбу Жукова, тот приказал Ракутину прекратить атаки и начать подготовку еще более мощного и лучше организованного наступления. В результате принятого решения были временно прекращены 13-дневные кровопролитные бои, в которые были втянуты советские и немецкие войска в районе Ельни. Так и не склонив чашу весов ни в одну из сторон, эти бои за Ельнинский выступ привели к огромным потерям как у наступавших, так и у обороняющихся.

Бои вокруг Ельнинского плацдарма за три первые недели августа не привели к каким-либо существенным результатам как с оперативной, так и с тактической точки зрения. По сути, в результате ни одна из сторон ничего не выиграла. Но эта ничья оказалась чересчур дорогостоящей для обеих сторон. Настойчивые, но плохо организованные атаки 24-й армии истощали силы участвующих в них частей и соединений. Хотя русским еще предстояло подготовить данные о потерях за время августовских боев вокруг Ельни, потери Резервного фронта с 30 июля по 10 сентября в целом составили 103 147 человек, в том числе 45 774 безвозвратных (убитых, захваченных в плен или без вести пропавших) и 57 373 раненых. Западный фронт из 103 200 человек личного состава, брошенных на Ельнинский участок, с 30 августа по 10 сентября потерял 31 853 солдат и офицеров, включая 10 701 человек безвозвратных потерь и еще 20–25 тысяч человек во время разгрома группы Качалова с 1 по 7 августа. То есть 24-я армия, участвовавшая в большей части боевых действий фронта в течение августа, потеряла в районе Ельни с 8 по 24 августа свыше 40–50 тысяч человек личного состава.

Хуже того, если наступающие дивизии 24-й армии толком не умели проводить эффективные наступательные операции до 21 августа, ужасающие потери личного состава и неопытное, лишь частично обученное пополнение едва ли способствовали улучшению положения этой армии в будущем. По одной только этой причине Жуков попросил дать армии Ракутина четыре дня отдыха, надеясь, что небольшая пауза пойдет ей на пользу. Естественно, этого не произошло.

С немецкой точки зрения Ельня оказалась местом бойни для армии, которая не могла позволить себе даже часть потерь, которые понесла Красная армия. 161-я пехотная дивизия 9-й армии всего за одну неделю боев на реке Вопь лишилась более трех четвертей личного состава. Другие немецкие пехотные дивизии – 5, 8, 26, 28, 35, 106 и 129-я – также понесли беспрецедентные и недопустимые потери на этом и других участках фронта. Например, XXXXVI моторизованный корпус с 22 июня по 25 июля 1941 г. потерял 4788 человек личного состава, в том числе 1182 убитыми, 3445 ранеными и 161 пропавшим без вести. А, например, только за 28 июля одна из двух медико-санитарных рот дивизии СС «Рейх» сообщила о приблизительно 800 раненых и больных14. Только за неделю боев с 8 по 15 августа XX армейский корпус доложил о потерях 2254 человек личного состава, включая большое число строевых офицеров, причем большинство – из боевых батальонов 15, 268 и 292-й пехотных дивизий. Вот еще не менее прискорбные для немцев показатели потерь: 263-я пехотная дивизия – 1200 человек убитых, раненых и пропавших без вести за семь дней боев, 78-я пехотная дивизия – 1115 человек за две недели боев (хотя большая часть из них – после 25 августа), 137-я пехотная дивизия – около 2 тысяч человек. В целом большая часть немецких пехотных дивизий, сражавшихся под Ельней в августе или сентябре либо оба месяца, потеряли в этих боях около 20–30 % боевого состава15.