Время для жизни (СИ) - taramans

- Я готов к сдаче теоретической части подготовки! – заявил он, выслушав все то, что думает о нем Сидорович.

- Готов он! Самоуверенность – вот что отличает Ваше поколение от действительно серьезных людей! – инструктор покрутил головой, — вот прямо – готов?

Косов подтвердил.

- Ну… смотри! За язык тебя никто не тянул! – Квашнин посмотрел на часы, - так… Лазарев должен быть в тире. Это наш второй инструктор! Ну… пошли, посмотрим, насколько твои слова не расходятся с делом.

- А там… комиссия? Я думал… как-то все это… организовано будет, - удивился Косов.

- Если ты и впрямь все сдашь – протокол оформим после! А комиссия? Она же подписывает ведомости с результатами, которые мы ей и готовим! – Квашнин был настроен решительно.

В небольшой комнатке рядом с тиром в подвале здания, при довольно скудном освещении, в присутствии второго инструктора, Квашнин гонял Косова, что называется – «и в хвост, и в гриву!». Иван аж взмок, отвечая на вопросы дотошного Сидоровича. Даже второй инструктор, тоже зрелого возраста, полноватый, весь из себя бывший военный, удивленно посматривал на Артемия Сидоровича, иногда переводя взгляд на Ивана. Почему бывший военный? Так их за версту видно!

Похоже Квашин решил не ограничиваться стандартными вопросами из билетов, а прогнать Косова, как разгильдяя и нарушителя дисциплины, по всему курсу. Попаданец – Слава хорошей памяти! – отвечал четко, сыпал цифрами «тэтэха», выдержками из Наставлений и примерами боевого использования оружия. Откуда примеры? Ну так… в прошлой жизни Иван любил почитать журналы по оружию. Главное, чтобы не переусердствовать и не начать вываливать что-то из области будущего.

Но пару раз Квашнин смог его поставить… да, смог. Иван начал «плавать». И вот тогда, этот Лазарев, пристально посмотрев на Косова, перевел взгляд за спину Квашнина.

«Оп-пачки! Да тут же таблицы висят! Что же я раньше, придурок, на стену-то не взглянул? Ну спасибо тебе, инструктор Лазарев! Огромное спасибо!».

- А что, Сидорович! Давай парня – на огневой рубеж! Теорию он знает! Чего ему еще тут штаны просиживать? Посмотрим, как отстреляется – да и в добрый путь! – Лазарев был немного вальяжен, но – очевидно же – на стороне попаданца!

— Это… с какого это перепугу? Теория! Потом только практические стрельбы! - Квашнин, казалось, был еще больше раздосадован, как «отстрелялся» Косов.

- Да ладно тебе! Чего ты… излишне «уставщину» тут разводишь?

«Да он же знает, что отстреляюсь я тоже нормально! Еще на приеме в кружок это показал!».

Но все же Квашнин пояснил:

- Он на вторую степень нацелился! А на занятия не ходит, непонятно чем занимается! Вот – видишь морда разбитая была! Бровь! Видишь, свежий рубец? – объяснял свое неудовольствие инструктор.

- Ну так давай и спросим его – где он свои «награды» заработал? – по-прежнему снисходительно вещал Лазарев.

- Ага! Сейчас он тебе начнет рассказывать про хулиганов, спасенную девушку, и героически побежденных двадцать человек, - Сидорович был наполнен сарказмом.

- А что… боец! Рассказывай, где заработал ранение? – развеселился Лазарев.

- Ну… девушка и правда была. Только я не ее спасал. Там… довольно длительные личные неприязненные отношения… с одним молодым человеком. И двадцати хулиганов не было. Был он один. Могу сказать только, что он и вправду… здоровый такой.

- Ну и – результат каков? На тебе мы видим! А у соперника? – поинтересовался Лазарев.

- Я его после этого не видел. Но по словам знакомых – челюсть он еще лечит.

- А что? Молодец, боец! – улыбнулся Лазарев, - кстати… тут у нас в Доме РККА есть секция бокса, не желаешь посещать?

- Извините… хотел бы, да времени нет на все! Я же работаю, вот – учусь у Вас, да и еще – дел полно!

Квашнину, видно, надоело выслушивать это вполне доброжелательное общение, и он скомандовал:

- Курсант Косов! На огневой рубеж – шагом марш!

- Есть! – машинально рявкнул Иван, и развернувшись как положено через левое плечо, четко отбивая шаг отправился по указанному адресу.

Уже отходя от кабинета, он услышал, как Лазарев спросил у Квашнина:

- Ты чего на парня ополчился? Видно же, что готовился. Вон посмотри – и строевик, похоже, изрядный!

- Не люблю распиздяев! – буркнул Сидорович.

Косов отстрелялся ожидаемо – неплохо! Не отлично, а, именно, - неплохо! Лазарев удовлетворенно кивнул головой, а Квашнин поморщился.

- Сидорыч! Дай ему с нагана отстреляться!

- Зачем? Это же другой курс подготовки! – недовольно посмотрел на коллегу Квашнин.

- Да любопытно просто!

- Любопытно ему… Ну что, Косов, готов с револьвера показать свои… умения?

В прежней жизни Елизарову доводилось стрелять из револьвера Нагана, но только – один раз. И впечатления были… сложными, мягко говоря. Довольно легкий и прикладистый «ствол», только вот… спуск тугой, да процесс перезарядки – мама не горюй! Ладно там – когда его принимали на вооружение в Русской императорской армии, может он и был хоть как-то – на уровне. Хотя… везде описываемые требования – «чтобы коня на скаку останавливал» - были весьма сомнительны уже тогда! А сейчас… есть же уже Токарев! Да, пусть пистолет не без недостатков, но – явно шаг вперед. А наган… Ладно, у него не спросили, ага!

- Готов, товарищ инструктор!

Лазарев вернулся в комнату, погромыхал там железом и вернулся, держа в руке револьвер и пару колодок с патронами.

- Обращаться умеешь? – протянул оружие и боеприпасы Косову.

- Только… теоретически.

- Ну… это мы уже убедились. Снарядить барабан!

- Есть снарядить барабан!

«Так… освободить окно, повернув шторку… Семь патронов… есть!».

- Курсант Косов к стрельбе готов!

- Курсант! Мишень номер три!

- Курсант Косов, мишень номер три! Цель вижу!

- Огонь!

«Бля… эта дурацкая стойка… стрельба с одной руки!».

Косов, не торопясь, встал в стойку, держа оружие в опущенной правой руке, присмотрелся.

«Дистанция – двадцать пять. Норма! Медленно, не торопясь… Тянем! Руку покрепче! Подводим под обрез мишени!».

Бах!

«Не торопимся! Поправить оружие, вернуть его на линию прицеливания! Вдох-выдох! Тянем!».

Бах!

И так – семь раз!

- Курсант Косов стрельбу закончил!

- Медленно, Косов, медленно! Норматив имеется и по стрельбе на время! Как выполнять его будешь? Ладно! Оружие – к осмотру!

Повернувшись к мишени всем телом, Иван открыл шторку револьвера, левой рукой не торопясь провернул барабан, вытряхивая гильцы из барабана на столик у огневого рубежа, и показывая каморы.

- Осмотрено! Курсант Косов! К мишени!

- Есть!

«Ага! А неплохо так! Семь попаданий в мишень… Так… Шестерка, еще шестерка… девятка… Опля-ля! Три десятки! И восьмерочка еще! Пятьдесят девять! Ай да я! Второй раз держа этот ствол в руках! Хотя… у Фрола же я такой же брал… но выкинул потом!

— Вот ни хрена ж себе! Сидорович! Ты это видел, а? – Лазарев был явно… очень удивлен, - ты раньше стрелял с револьвера?

- Нет, товарищ инструктор! Впервые попробовал!

- А если еще позаниматься с ним, а? Сидорович? На соревнования же можно ставить!

«Вот на хрена попу гармонь?! Мало мне проблем по жизни, так теперь и это?».

Квашнин как-то недоверчиво разглядывал мишень.

- Ты, эта… Вильгельм Тель… Давай на огневой!

- Есть, на огневой рубеж!

- И это… Косов! Ты это брось… вот так – по старорежимному отвечать! «Есть», - протянул Квашнин насмешливо, — еще «слушаюсь» заори!» Или – «никак нет!». «Не могу знать!» — это как вариант!

- Извините, товарищ инструктор! Просто не знаю еще как правильно отвечать…

- Ладно… дуй на огневой, - похоже, что настроение у Квашнина поднялось.

Косов отстрелял еще семь патронов. К сожалению, улучшить, и даже – повторить первый результат не удалось. Всего – пятьдесят шесть!

- Нет… ну если позаниматься! – настаивал Лазарев.

- Подумаем! – кивнул Квашнин, - сам понимаешь, на соревнованиях такие зубры попадаются – семьдесят из семидесяти бьют и стабильно, как в аптеке! Для кружка – пятьдесят девять - результат очень достойный. А вот дальше… не… не пройдет!