'Фантастика 2024-146'. Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов

Я положил толстый тампон на рану и туго примотал бинтом. Жгут пока снимать не стал, пусть немного кровь схватится. Не факт ещё, что тампон сможет её остановить. Бывали случаи, когда и с ними люди вытекали. Всё-таки надёжнее отрезать приток крови, а там будем смотреть по обстоятельствам.

— Здесь оставайтесь, я к пацанам, — оповестил друзей я и, открыв дверь, перебрался сквозь щель в тенте в кузов.

Здесь, недолго думая, я ножом перерезал все удерживающие хлястики и шнурки, чтобы совсем от него избавиться. И пусть Колян потом орёт всё что угодно, но в наших условиях удобство превыше всего. Пацаны уже успели сообразить и закрепили верёвки к вёдрам. Пошла охота за топливом.

Так как находились мы не в самом выгодном положении (не прямо над люком), то и вёдра поднимать удавалось не всегда полными. Резкий запах бензина заполнил пространство, но мы продолжали упорно работать. Первым делом под пробку залили бак «Газели». Этим занимался Серёга, а мы с Мишкой метали вёдра в люки и пытались достать их заполненными хотя бы на треть.

Музыка из салона хоть и сбивала вой бесов, но здесь он слышался гораздо отчётливее, отчего мы пребывали в скверном расположении духа. Ну а излишняя нервозность ещё никого до добра не довела. Вёдра проливались, мы психовали ещё сильнее, но с упорством маньяков продолжали наполнять бочки. Одну бензином, вторую — соляркой. Пока Серёга переливал из одного ведра, в ёмкость летело второе — и так по кругу.

Наконец с бензином было покончено, и я тоже переключился на дизельное топливо. Эта ёмкость располагалась чуть ближе, отчего бочки наполнялись быстрее. И всё равно, как мы ни торопились, на заполнение бочек ушло почти полтора часа.

Дождь и не думал прекращаться. Мы вымокли до трусов, но всё равно были очень довольны собой. Как ни крути, а дело исполнили не последней важности. На какое-то время нам хватит, а дальше можно будет повторить. Главное, чтоб Колян впредь за уровнем тщательно следил.

— Люки закрыть нужно. Воды нальёт — потом сами плеваться будем, — высказал дельную мысль Мишка.

— Я сгоняю, — попытался сорваться пацан, но я вовремя поймал его за шкирку.

— Куда, бля! Жить надоело? Я сам!

На сей раз обошлось без крови и травм. Захлопнуть крышки — дело недолгое, это не замки сшибать. Я отмахнулся от пары псов и ногой поддел лист железа на петлях. Ловко пнул, и крышка с грохотом встала на место. Но прежде чем закрыть следующую, пришлось снова отмахиваться от назойливых тварей.

Как только второй люк с грохотом закрылся, я нырнул в кабину и приказал Коляну сваливать. На сей раз он спорить не стал. Получив порцию пищи, двигатель весело заурчал, и мы плавно тронулись с места, оставляя за спиной нестройный хор бесов. К слову, Алиса исчезла сразу, как только к нам в салон перекочевало мохнатое чудовище. Сейчас кошка спокойно лежала на раненой руке Маркина и громко урчала. И да, я наконец-то вырубил эту дебильную музыку.

* * *

— Плохо дело, — виновато произнёс отец Владимир, склонившись над раной. — Моя сила не действует, разве что слегка замедляет процесс. Я не знаю, что делать в таких случаях.

— Он не может умереть! — покачал головой я.

— Эй, а ничего, что я здесь вообще-то? — возмутился Маркин.

Вика сидела рядом и заботливо кормила Рустама с ложечки. Он был очень плох. Кровь остановить удалось, но чернота расползлась уже по всему предплечью, а мы не имели ни малейшего понятия, как ему помочь.

На завод мы, естественно не поехали, помчались сразу в храм. Отец Владимир без лишних слов принялся над ним колдовать, но, как выяснилось впоследствии, без толку. Даже внутренний сосед Маркина не мог справиться с недугом. А мой, как назло, молчал.

Официальная медицина, само собой, тоже ничего не изменила. Единственный план, которым мы располагали, — это ампутация. Витёк заверил нас, что справится. В общем, знакомая ситуация, хотя Славика нам в прошлый раз отстоять удалось. Сейчас вон, как новенький, даже шрамов не осталось. Но то была обычная травма, человеческая. А сейчас мы и близко не понимали, с чем имеем дело. Одно знаю наверняка: умереть Маркину я точно не позволю. Я ему жизнью обязан, а долг платежом красен.

— Какие варианты? — Я посмотрел в глаза священнику.

— Моих сил пока недостаточно, — развёл он руками.

— Хорошо, давайте перефразируем чуть иначе: чьих достаточно⁈

— Возможно, протоиерей сможет помочь.

— Где его достать?

— В последний раз, когда мы с ним разговаривали, он с приходом в Успенском соборе прятался. С тех пор почти две недели миновало. Не уверен я.

— В любом случае проверить нужно. Где этот собор?

— Дак в историческом центре нашем, я покажу, — оживился Мишка.

— Колян, заводи драндулет, поехали.

— Без стекла? — удивился тот.

— Да, Коль. Шевели батонами, другу помощь нужна.

— Твою же мать, — буркнул он. — Только портки высохли.

— Держись, дружище, — кивнул я Маркину. — Мы постараемся быстро.

— Не торопись, — слабо улыбнулся он. — Смотри, как вокруг меня все прыгают. Когда ещё я так кайфануть смогу?

— Ну, вы идёте там или куда⁈ — прокричал Колька от двери.

— Я с вами, — подорвался с пола Серый.

— Нет, ты здесь останешься, — отмёл его кандидатуру я. — Мы не воевать едем. Лучше ружья пока почисть.

— Ладно, — насупился пацан.

— Прохладно, ёпт! — Я выпучил глаза. — Ты как отвечаешь, боец⁈

— Есть почистить ружья! — вытянулся Серёга.

— Приступай.

Я кивнул отцу Владимиру и направился к выходу. Долбаный день всё никак не желал заканчиваться. Вот ведь жопой чувствовал, что так и будет. Лучше бы мы его спокойно в храме пересидели. В крайнем случае хоть туалет бы соорудили, если уж совсем бы тошно стало.

А на город уже опустилась тьма. Где-то на пределе слышимости раздавалось утробное рычание чёрных псов, но в целом царила гробовая тишина. Подумать только: огромный областной центр, который и ночью-то не смолкал, а теперь даже днём тишина такая, что собственное дыхание слышно. Интересно, мы когда-нибудь сможем вернуться к спокойной жизни? Или теперь так и будем гонять бесов по обветшавшим улицам вот таких вот вымерших городов?

А ещё у меня из головы не шли слова, которые произнёс Баал: «Он, как и я, занял твоё тело, чтобы использовать его в собственных целях. Кучка напыщенных лицемеров. Они лгут тебе, витязь. Все эти ваши ступени посвящения — полная чушь. Нет никакой родовой памяти, на самом деле она принадлежит им». Не знаю почему, но я запомнил каждое слово. Ох, как же хочется пообщаться на эту тему