Фантастика 2025-129 - Денис Старый

— Насколько выражен болевой синдром, по шкале от нуля до десяти? — спросил пациента я.

— Пока что… Три или четыре, — сказал он. — Очень больно, будто он в любой момент может лопнуть. Но пока могу терпеть без приёма болеутоляющих.

— А болеутоляющие принимать приходилось? — уточнил я.

— Пока нет, — помотал головой он.

— А теперь давайте поговорим предельно откровенно, Фуридзуси-сан, — начал я. — Алкоголь или наркотики употребляете? Только честно.

— Нет, Кацураги-сан, что вы! — воскликнул он. — Ну, предположим, пиво или сакэ я позволяю себе выпить в пятницу. Но что-то у других моих коллег штаны колом от этого не выпирают! Хоть они позволяют себе выпить даже больше, чем я.

— Понял вас, Фуридзуси-сан, а что насчёт лекарственных препаратов? — поинтересовался я. — Принимаете что-то на постоянной основе?

— Нет, совсем ничего, — замотал головой он и тут же замер. — Стойте… Вспомнил. Кое-что всё-таки принимаю.

— И что же?

— Ещё в начале лета я обратился к психотерапевту, — объяснил он. — Меня мучила тревожность и подавленное состояние. В общем, как мне объяснил специалист, у меня развилась клиническая депрессия.

— Вам назначили антидепрессант? — уточнил я.

— Да, — кивнул он.

— Готов поклясться, что проблема именно в нём, — заключил я. — Антидепрессанты очень часто, практически в ста процентах случаев вызывают снижение полового интереса. Вы ведь начали разговор именно с этого, верно?

— Да, Кацураги-сан, — кивнул он. — Понимаете, я в отчаянии! Мой брак на грани распада! Мою жену беспокоит, что она меня не привлекает. Но вчера она заметила один из моих… приступов. И решила, что у меня есть любовница, которая присылает мне откровенные фотографии! И ведь не объяснить же ей, что на самом деле проблема в другом. А в чём — я и сам не понимаю.

— Поскольку приступ длится лишь три часа, нам нужно поспешить и купировать его, пока в органе не начались другие нарушения, Фуридзуси-сан, — объяснил я. — Я схожу к хирургу, попрошу, чтобы он посмотрел вас. Прошу, подождите меня в кабинете.

Я спустился на первый этаж и заглянул в кабинет Рэйсэй Масаши, но там его не оказалось. Медсестра хирурга сказала, что он ушёл в кабинет экстренной помощи.

На звонки Рэйсэй отвечал редко, поэтому мне приходилось искать его самостоятельно. Когда я заглянул в кабинет экстренной помощи, то нашёл коллегу рядом с лежащей на каталке пациенткой.

Судя по всему, у неё образовались трофические язвы на ногах и намечалась гангрена. Сахарный диабет и его типичные осложнения… Ужасная картина.

— Рэйсэй-сан, добрый день, я хотел вас попросить помочь мне кое с чем, — сказал я.

— У меня госпитализация, Кацураги-сан, — ответил он. — Что у вас там стряслось?

Я подошёл поближе к коллеге и шёпотом сообщил ему, что у меня случай приапизма.

Рэйсэй Масаши резко развернулся ко мне с таким взглядом, будто в него демон вселился. Хирург схватил меня за плечо и с придыханием произнёс:

— Где этот пациент?

— У меня в кабинете, Рэйсэй-сан, — ответил я.

— Пойдёмте скорее. Это же так красиво! — заявил он.

Я лично ничего красивого в этом заболевании не видел, но у хирургов вкусы сильно отличаются. И хоть я и практиковал хирургию, мне этих специалистов всё равно не понять. Всё же в первую очередь я — диагност и врач общей практики.

— Рэйсэй-сан, а что нам делать? — спросил фельдшер скорой Нода Такео.

Хирург, кажется, даже забыл, что у него ожидает госпитализации пациентка.

— В отделение сердечно-сосудистой хирургии кладите, — сказал он. — Я предупрежу Цубаки-сан, что у него намечается пополнение.

Рэйсэй Масаши поднялся в мой кабинет и начал осматривать пациента.

Вмешательство хирурга было необходимо. Приступ длился уже несколько часов, а это может быть чревато грозными осложнениями. Пока ещё есть возможность отменить антидепрессанты и провести консервативную терапию приапизма — сделать прокол и удалить избыток крови, затем назначить необходимые препараты и отпустить пациента домой.

Хотя я бы на месте хирурга госпитализировал пациента.

Бывают ситуации и страшнее. Иногда лечить консервативно уже слишком поздно, и тогда приходится проводить хирургическое вмешательство — делать дополнительные сообщения между каналами внутри полового члена. А в самом худшем случае, если началась мощная ишемия — перекраивать всё, и в дальнейшем делать специальный протез вместе полового органа.

Но мы успели очень вовремя. Возможно, удастся избежать развития эректильной дисфункции. Дело в том, что у половины пациентов с этим заболеванием, в дальнейшем возникает импотенция. И чем дольше кровообращение в половом органе было нарушено, тем выше шанс, что пациент не сможет оправиться.

— Это — мой клиент, — заключил Рэйсэй Масаши. — Забираю его в хирургию. Позовём урологов и решим, что делать дальше. Пойдёмте, Фуридзуси-сан.

Фуридзуси Ёхио подхватил свою сумку и прикрыл ею пах.

— Спасибо вам, Кацураги-сан, — вздохнул он.

— Не переживайте, скоро всё будет позади. Обязательно проконсультируйтесь с нашим психотерапевтом. Препарат нужно будет заменить. Обязательно.

Пациент кивнул и покинул мой кабинет вместе с хирургом.

Вскоре рабочий день был завершён. Мы с Сакамото Рин договорились встретиться снаружи клиники. Девушка ждала меня у парковки с двумя тяжёлыми сумками. Я ускорил шаг, подскочил к медсестре и выдернул у неё из рук сумки.

— Ну и тяжесть, Рин-тян! — воскликнул я. — И что вы умудрились туда напихать?

— Подарки родителям, Тендо-кун, — пожала плечами она. — Тёплая одежда для подъёма на Фудзи и… В общем — да, я немного переборщила с вещами.

— Ничего, я уже разузнал, как обычно проходит подъём на гору… — начал я. — О, а вот и наше такси. Пойдёмте, Сакамото-сан. Расскажу вам по дороге.

Такси должно было довезти нас до станции, откуда идёт прямая электричка к горе Фудзи. Хотя местные редко называют гору именно таким образом. Для них «гора Фудзи» или «Фудзияма» звучит, скорее, как оскорбление. Чаще всего её именуют Фудзи-сан.

— Фудзи делится на десять уровней, Рин-тян, — объяснил я, когда мы тронулись с места. — Автобус довезёт нас до пятого уровня — приблизительно до середины горы. А оттуда мы уже начнём восхождение на своих двоих.

До горы мы добирались несколько часов. На месте мы должны были оказаться ближе к девяти вечера. Я заранее договорился, что нам разрешат подъём на гору