Космическая шкатулка Ирис - Лариса Кольцова

пытаясь изобразить улыбку! Это была Лота! И даже заколка-ящерица, его подарок, мерцала в её волосах. Он осторожно, но быстро и ловко взял её на руки. Она оказалась совсем лёгкой.

– Быстро, быстро, Ландыш, свяжись с Викой, с Куком, я лечу с нею в медотсек звездолёта. Ты тоже со мной. Поможешь мне активировать аэролёт.

– Кто это? – закричала Ландыш. Она побелела как фон её платья с синими цветами по нему. – Кто её убил?!

– Да какая разница, кто она. И не убили её. Она только ранена.

Ландыш соединилась с Викой, путано объяснила ситуацию, спеша за мужем, несущим на руках свою страдающую ношу. Та уже бессильно обвисла, теряя сознание. Они вошли в ангар. Открыли вход в подземный уровень и спустились туда. Автоматически включилось освещение. Плотные створки сразу захлопнулись за ними. Надо было пройти подземным коридором некоторое расстояние, поскольку сама машина располагалась под поверхностью лесной поляны. Войдя в широкий зал, где и стояла летающая машина, Ландыш нажала пульт на стене, предварительно проверив, что в лесу на поляне никого нет. После этого она запустила режим включения. Они забрались в аэролёт. Женщину положили на заднее сидение. А сами сели впереди. Тотчас же крышка подземного ангара, замаскированная под поляну, открылась, но со стороны никто не увидел бы никакого аэролёта, поскольку он был в зоне невидимости. Поднявшись уже к раскалённой и выцветшей от летней жары синеве, Ландыш взглянула вниз. Поляна была точно такой же, как и до своего открытия. Если бы кто увидел, как она открывалась, то решил бы, что просто перегрелся на солнце. Ландыш сидела, помертвев от страха, боясь повернуться назад и обнаружить, что женщина уже мертва. Она никогда не видела так близко рядом с собою людей, в которых нелюдь вонзает свои страшные ножи. У неё самой было шоковое состояние. У Радослава в машине находились две раненные женские души. Одна физически, другая ментально. Настроив навигатор на необходимый маршрут следования, запустив автопилот, он развернул вращающееся кресло в сторону раненой Лоты. Очень быстро достал экстренную аптечку. Прижал маленькую пластину с кровоостанавливающим и противошоковым препаратом к плечу Лоты, рванув и разодрав её тонкое платье, и прозрачная пластина мгновенно всосалась в её кожу, растворилась.

– Держись, Лота! Только чуть-чуть потерпи…

Уже после этого он приложил уже другую пластину к плечу жены. Бледная Ландыш почти теряла сознание от того, что увидела, к чему не была подготовлена своей матерью, что было и странно. Оказать первую медицинскую помощь умела всякая девушка, даже подросток, а Пелагея, действительно, воспитывала свою дочь в райском резервуаре. Для неведомо какой райской последующей жизни, что ли? Надо было попросить Вику восполнить такой вот обнаружившийся пробел в воспитании взрослой женщины, уже ставшей матерью.

Приходя в себя, Ландыш порозовела, попыталась улыбнуться. – Прости, Радослав. Видишь, какая я негодная помощница тебе в жизни. Мне самой врач нужен.

– Ничего, повзрослеешь, – он нежно сжал её руку. – Ты забрала с улицы саквояж этой женщины? – спросил он, – там могут быть её документы или что-то, для неё ценное.

– Да. Я оставила его в беседке.

– Умница, – похвалил он жену. – Не стоило бы ничего оставлять за пределами нашей ограды. По счастью, там даже крови не было заметно. Она сидела в густой траве и, похоже, рана скользящая и не смертельная.

Они уже зависли над скалами, где их ожидал один из сыновей Кука, дежуривших в звездолёте. Это опять был белёсый Костя. Он стоял на гладкой смотровой площадке, на поверхности скалистого острова, давая понять, что ждёт их. Или ему просто захотелось глотнуть свежего морского воздуха. На сей раз он был чисто выбрит. Без бороды, поскольку тоже не любил бородатых людей, в том числе и себя, если из зеркала на него глазел бородатый тип.

– Наша секретная база превращается в пункт экстренной помощи, – невесело пошутил Костя, заглянув внутрь машины и вспомнив случай с Белой Уточкой. Скалы раскрылись, как недавно и поляна в лесу, явив ярко освещённый зев подземного огромного вместилища для звездолёта и для прилетающих сюда воздушных атмосферных машин землян, живущих на планете Ландыш.

Сворачивание свитка чужих небес

Новый континент для новой жизни, но с утратой прежнего счастья

Арома очнулась в непонятном месте. Вокруг было тихо и умеренно светло. Плохо соображая, где она, но ленясь напрягать память, она какое-то время была совсем одна. Было хорошо от самого состояния полного отсутствия всяких мыслей, от ощущения лёгкого бестелесного блаженства. Поскольку тело тоже ничем себя не проявляло. «Я умерла», – это была её первая мысль без всякого страха. – «Как хорошо жить после смерти».

Тут в светлое и пустое помещение вошла молодая женщина в странном облегающем костюме, похожем на мужской. Она показалась ей как бы знакомой, села в круглое кресло, бесшумно и быстро выехавшее из абсолютно гладкой стены!

– Здравствуй, Лота, – сказала женщина и улыбнулась. – Твоё имя такое длинное. Лотос, распространяющий аромат на всю округу! – женщина заливисто засмеялась. Она говорила на языке белых людей, и сама была белокожая. – Ты помнишь своё имя?

– Помню, – ответила Арома. Поразмыслив, она решила, что Лота лучше Аромы, – имени, данным Капой, бросившим её одну. Память сразу же и вся целиком проявилась в ней при первых же фразах незнакомки. Не помнила она только того, как очутилась тут. Почему? Она шла по зелёному ухоженному посёлку, пришла к дому Радслава… А что было потом? – Где мой сундучок? – спросила Лота тревожно, – там были мои заработанные «ню»!

– Отлично! Всё вспомнила. Надо вызвать Вику, – сказала знакомая незнакомка. – Твои сокровища хранятся в моём доме. Поправишься окончательно и заберёшь их себе. Никто их не возьмёт.

– Я тебя помню, – сказала Лота, – Ты женщина Радслава.

– Откуда ты знаешь это? Откуда знаешь Радослава? – спросила женщина. Лота не отрывала взгляд от её сияющего перстня. Она пощупала свою шею и не обнаружила привычного шнурка со своим драгоценным лотосом, – Где? – спросила она, – где мой лотос и розовый алмаз?

– На тебе не было никакого лотоса и никакого алмаза, – ответила женщина Радослава. – У тебя был перстень? Брошь?

– Нет. Подвеска на шее. Он сорвал. Я вспомнила.

– Ты знаешь того, кто снял с тебя драгоценность? Его лицо зафиксировано камерой слежения. Но ты сама его никогда прежде не видела? Думаешь, он напал, чтобы тебя ограбить?

– Он – телохранитель Сирени.

– Какой Сирени?

– Магини Сирени. Она мать Капы.

– Я уже слышала эти имена, – задумчиво проговорила женщина. – Ты хорошо знала телохранителя Сирени? Дружила с ним? Или же было нечто большее, чем дружба?

– Никогда я с ним