Слово Гермионы - Самат Сейтимбетов

Воспоминание о Колине будит и другие его слова: "Ведь ты девушка Гарри!"

Вздыхаю. Да, девушка, но... хотя ладно, чего лукавить? Соглашаясь на предложение Дамблдора, ведь знал, что так и будет. Слухи, сплетни, шепотки и прочие выдумки. "Слова, слова", как говорил Гамлет. Или не Гамлет, но неважно. Дела и поступки важнее слов, и в таком разрезе Гарри просто друг. Надежный и отважный друг. Но все равно слова о девушке, как будто цепляют спусковой крючок, и в голову приходит шальная и местами эротическая мысль. Непроизвольно оглядываюсь, но коридоры пусты и безжизненны, никто не подсматривает. И тогда, остановившись для полноты ощущений, беру и крепко сжимаю немного подросшие за эти месяцы сиськи. Прикольно.

Всегда приятно подержаться за женскую грудь.

Пусть принесут удачу, ведь для успеха уже сделал все, что мог.

Глава 10

Второй семестр начинается с сообщения, что профессор Кеттлберн попал в медпункт, случайно свалившись с лестницы. За сколько-то там лет это первый случай, когда кто-то упал с лестницы и покалечился. Удивительно, конечно, лестницы тут весьма крутые, ездят туда - сюда, и свалиться можно запросто. Не только с лестницы, но и в пропасть между пролетами, так сказать. Но вот как-то обходилось без травм, даже пьяный Филч ни разу не падал.

Поэтому сообщение немедленно вызывает волну слухов и подозрений.

Наиболее популярна версия, что зверь Слизерина на каникулах вернулся и отомстил профессору. Логика тут простая: Кеттлберн преподает уход за магическими существами, а в Тайной Комнате, несомненно, сидит магическое существо. Вот оно, значит, вылезло, обиделось на Кеттлберна за плохой уход и атаковало. Буквально за полдня все уверили друг друга, что бедняга - профессор лежит окаменевший в медпункте, рядом с Почти Безголовым и миссис Норрис. Поэтому Гарри и Рон, особенно Рон, до сих пор грезивший грудами золота в Тайной Комнате, решают сходить и посмотреть.

Разумеется, меня приглашают, вроде как за компанию, хе-хе. То, что у меня хорошие отношения с мадам Помфри, и она почти наверняка скажет, что же с профессором, молчаливо остается за кадром. Не сопротивляюсь. После приключений на каникулах, какая-то легкая апатия накатила. Надо отвлечься, переключиться, в медпункт сходить, например. Кстати, надо будет нашу целительницу про энергетики расспросить, ведь что-то стимулирующее маги принимают? Так сказать, проверенное временем и Минздравом.

Хотя, после той истории с кофе, мадам Помфри вряд ли что-то расскажет.

После обеда дружной троицей отправляемся в медпункт. Начавшиеся уроки ничуть не портят настроение пацанам, и они весело прикидывают, на что потратят золото из Тайной Комнаты. Стоило бы задать вопрос, мол, как они собираются тамошнюю зверушку побеждать, но зачем портить им настроение? И без того, Рон успел поругаться с Перси в первой половине дня, и Гарри потом долго и тяжело переживал этот момент. Вроде и Префект прав, что нельзя колдовать в коридорах (Рон показывал, как он своей палочкой проткнет Наследника), но и Рон - лучший друг, которого надо поддерживать.

Вот такие вот моральные проблемы, на которые иногда не знаешь, что посоветовать.

При этом, в очередной раз возвращаясь к магическому сообществу, так сказать осознаю новую грань магомира. В целом тут не популярны психиатры и психологи, зато местами полно психов, если смотреть с точки зрения обычного человека. Но с точки зрения магов - эти психи почетные и уважаемые члены общества. Так как в мире магов - напомню, индивидуалистов с ослабленным инстинктом самосохранения - надо уметь справляться со своими проблемами самому. Не справился и сошел с ума? Не беда, первое же заклинание безумца станет и последним, и он тихо-мирно отправится на поля Вечной Охоты. Ты полубезумен и пошел вразнос? Подъедет команда из Министерства и упакует, куда там таких магов упаковывают.

То есть, с одной стороны, сам психотип магов задает предрасположенность к совершению самоубийственных и опасных поступков, а с другой сама магия выпиливает тех, кто переступает грань. В результате чересчур осторожные не постигают магию или, в силу осторожности, застревают на начальной ступени и выходят из игры. Чересчур смелые выходят из игры после первой ошибки, и в массе своей в магомире остаются те, кто застрял посредине.

Способные проявлять осторожность, но в то же время и готовые кинуться в лобовую атаку. Индивидуалисты, живущие в кое-как сформированном обществе. Способные на все ради друга, но неспособные вовремя поддержать в тяжелой душевной ситуации. И так можно продолжать до бесконечности. Среднестатистические маги, какими они видятся сейчас, это сложная и гремучая смесь противоположностей. В их борьбе протекает жизнь мага, и кто знает, не является ли это платой за возможность оперирования энергией окружающего мира?

В любом случае вопрос, почему маги немного того, отпадает.

Мириться с этим не намерен, целенаправленно бороться тоже. Ближайшее окружение, конечно, получит свою порцию мозгоправства, но и все. При всей своей любви к детям, на глобальный альтруизм не хватит ни сил, ни времени, ни желания. Да и нужен ли он тем, кто на таковой альтруизм неспособен? Вот сейчас мы с подачи Рона идем в медпункт. Что, рыжик хочет посочувствовать Кеттлберну или предложить помощь в выносе уток? Ха три раза! Рон почему-то считает, что вид профессора натолкнет на путь в Тайную Комнату.

Очень душевно и сострадательно, не правда ли?

Мадам Помфри встречает нас на пороге медпункта, и она очень рассержена.

-- Если вы скажете, что пришли посмотреть на профессора Кеттлберна, то я буду очень разочарована! - выпалив предложение, целительница поджимает губы.

Уй-уй, похоже, мы даже не сто первые в этой очереди "оригинальной" идеи, что профессор Кеттлберн поможет разыскать Наследника. Рон и Гарри подвисают, да и я как-то растерян. Как говорится, чего бы такого умного спиздануть, чтобы сразу не прибили?

-- Прошу прощения, мадам, хотела поблагодарить вас и получить еще пару консультаций... по женским делам.

-- Тогда что здесь делают мистер Поттер и мистер Уизли?

-- Как лучшие друзья, сопровождают меня. Они все еще немного встревожены после нападения на Почти Безголового Ника.

-- Так ведь прошел месяц! - Помфри настороженна, но уже оттаивает.

-- Прошу прощения, мадам, это моя вина. Я так много твердила им о разумной осторожности, и необходимости быть настороже, что они чересчур глубоко восприняли эту идею.

К счастью за то время, пока плету словесные витиеватости, пацаны успевают сообразить, что к чему, и теперь судорожно кивают, мол, да, да, да, все так и было. Делаю им незаметный жест, и, хвала магистрам, они все понимают. Раскланявшись и заверив, что подождут снаружи, парни выходят. Можно незаметно перевести дух, и сообразить, что именно говорить целительнице. Вспоминая вчерашнее, в голову приходит только одно.