Драконий день (СИ) - Янтарина Танжеринова

Погода вдобавок стояла гнусная, почти каждый день шли дожди вперемешку с размякшей снежной крупой, и всё вокруг было мокрым, осклизлым и стылым. Даже лишайники на сырых потемневших стволах деревьев выглядели какими-то разлезшимися от влаги. От всепроникающей сырости не спасали ни гномьи, ни эльфийские плащи, ни даже заклинания. Впрочем, резерв у Айриэ был почти всё время на низком уровне, и позволить себе такую роскошь, как согреться заклинаниями, она не могла. Лучше уж парочку-другую монстров прикончить, это хотя бы приносило чувство мстительного удовлетворения.

Под конец месяца задул резкий северный ветер, ударили морозы и лёг снег — пока неглубокий, но надёжно замаскировавший грязь раскисших дорог. За несколько дней до наступления зимы Айриэ увела своих измотанных людей в ближайший городок, где имелся филиал гномьего банка. Магесса, не скупясь, расплатилась с соратниками и распустила отряд, напоследок посоветовав заняться охотой на прорвавшихся за границу Дилиании монстров. По слухам, нападения тварей уже случались и в Юнгироде, и в Сайгаре, и в Эстиссе, что лежала на юг от Дилиании.

Айриэ предчувствовала, что в ближайшие сто лет ей будет, чем заняться… корррявое Равновесие!.. Придётся создавать отряды охотников и посылать их истреблять тварей. Впрочем, уже сейчас Драконий Орден объявил весомую награду за убитых монстров — при предъявлении ушей, рогов или иных частей тела, разумеется. Имелось одно довольно простое заклинание, которое позволяло безошибочно определить выходца из Нижних миров, так что мошенники могли не надеяться поживиться за счёт Ордена. Впрочем, дураков обманывать могущественных магов и не нашлось бы, особенно теперь.

В Канун Зимы разыгралась метель, исхлеставшая ветром и колючим снегом всех редких безумцев, отважившихся высунуть нос на улицу. Айриэ благоразумно осталась в своём номере на захудалом постоялом дворе, велев принести побольше дров и подогретого вина с пахучими чесночными колбасками. Больше ей ничего не было нужно, только бы день прошёл поскорее.

После полуночи Айриэ собиралась открыть портал в Болотный Край, до того места, куда она добралась в прошлый раз и вынуждена была повернуть, удирая от преследовавших её тварей. Однако в миг, когда её сила проснулась, позволяя дышать свободно и стать собой, в комнату из взвихрившейся пустоты портала шагнул Саэдрэ.

Назад

1234

Вперед

Назад

1234

Вперед

Поджарый, узкобёдрый, гибкий, стройный, опасный; порывистый и умеющий выжидать, вспыльчивый и терпеливый, противоречивый и свободолюбивый — как все драконы. Торсаэдраннир, лучший друг и терпеливый наставник, взявший когда-то под свою опеку юную драконну, прожившую свой первый год и отметившую начало взрослой жизни. Драконы приходят в мир полностью разумными, в своём истинном облике. У них нет периода детства в понимании остальных рас, но первый год жизни родившийся дракон проводит с родителями, почти не расставаясь с ними, перенимая опыт и память предыдущих поколений, обучаясь летать и владеть своей магией. После кто-то из взрослых драконов принимал под своё крылышко неопытного юнца и увозил его в путешествие по иным мирам, обучая и тренируя. А родители, отдавшие два года жизни и почти все силы, отправлялись отдыхать и приходить в себя.

Драконы рождаются трудно, долго, но и завораживающе прекрасно… если смотреть со стороны. Пара, решившаяся обзавестись потомством, целый год без перерыва танцует так называемый Танец Жизни. Им не требуется еда или время на сон, пара находится в магической оболочке Драконниара, вытанцовывая — иначе и не скажешь — нового дракона. Двое в своей крылатой ипостаси кружатся среди вспыхивающих силовых нитей, сплетают тела и энергию, смешивают свои сути — чтобы в мир пришёл молодой дракон. Родители создают сферу, состоящую из взвихряющихся и сталкивающихся поток энергии — защитный кокон, внутри которого спит будущий дракон. Сфера раскрывается через год, выпуская в мир новорождённого.

Айриэ всегда будет признательна Саэдрэ за терпение и чуткость, с какими он пестовал неопытную девчонку, едва научившуюся летать — в прямом и переносном смысле. Саэдран — друг, брат, наставник, первый мужчина, и вообще, пожалуй, самый близкий во всех мирах. Но…

Он молча обнял, а она с благодарностью прижалась и стала передавать свои воспоминания и частично эмоции, не раскрываясь, впрочем, до конца. Даже Саэдрану не стоит открываться полностью, потому что драконы, в общем-то, одиночки и редко впускают в свою душу кого-то другого. Не настолько близко, не настолько тесно… иначе становится трудно дышать и жить.

Поделившись воспоминаниями, Айриэ чуть отстранилась и принялась рассматривать друга. Похудел больше обычного, щёки ввалились, и явно чем-то расстроен, хотя старательно это скрывает. Не знаешь — не заметишь, но она-то изучила Саэдрэ достаточно хорошо. Когда он счастлив, улыбается совсем по-другому. И глаза… У него светлеют от радости, а когда они такие тёмные, сине-зелёные, как море — Саэдрэ чем-то глубоко задет.

Не сговариваясь, оба одновременно установили «полог тишины», и дракон вопросительно приподнял брови, пытливо глядя на подругу.

— Ты расстроена, Риэни.

— Ты тоже. — Она с наслаждением перешла на родной язык, отдыхая душой и телом от чужого мира и чужой жизни.

— Сначала ты расскажи, — предложил он, сочувственно улыбнувшись краешком губ.

— У меня друг погиб.

Айриэ поделилась ещё кусочком воспоминаний, и Саэдрэ накрыл её руку своей, молча сопереживая.

— Я не ожидала, что ты придёшь сюда.

— Мог ли я не прийти, Риэни?

— Услышав о сделанной мной глупости? — усмехнулась она.

— Глупости ты делаешь редко. И не в этот раз, Риэни. Не слишком счастливое стечение обстоятельств, и ты попалась в ловушку. Тут никто не виноват. Я бы тоже сделал так… если тебя это утешит.

— Ладно, пускай нечаянная ловушка, плевать, я уже свыклась. Почти, Саэ.

— Я останусь с тобой, — предложил дракон, глядя ей в глаза, и сердце Айриэ сначала радостно трепыхнулось… а потом отозвалось тоскливым беззвучным стоном.

Иметь рядом близкого, сородича, друга — равного во всех отношениях, того, кто понимает тебя едва ли не лучше, чем ты сама. Заманчиво, очень. Мир выдержит двоих драконов, но…

Не выйдет из этого ничего хорошего. Саэдран не заслужил такого. Потому что он на редкость привязчив для дракона. Потому что хочет постоянно быть рядом и делить с ней жизнь, а ей, Айриэ, подобное — хуже удавки. Она привыкла летать свободно, и даже замечательный во всех отношениях Саэдран станет её стеснять. На расстоянии Айриэ любила его больше, чем когда он всё время был рядом. Без него дышалось легче, чем с ним, вот и вся правда.