Гарри Поттер и Наследники Слизерина - Fidelia

— Снегг, может быть, и не хвалит, но и претензий ко мне не имеет. Высший балл я у него имею, – Джинни застенчиво улыбнулась и отошла.

— Нет, Гарри, ты это слышал? Высший балл у неё по зельям! С ума Снегг сошёл, что ли? Я на удовлетворительно никогда наскрести не мог, а она мне со спокойным видом сообщает, что у неё высший балл. Что‑то тут не то…

— Говорил я тебе, что вам её в роддоме подменили на великанскую дочку! Вот отчего у неё и суперпамять! Да ладно тебе, Рон. Просто она усердно занимается и её мордашка не раздражает Снегга, как наши с тобой физиономии. Вот, в чём секрет её успеха. Оставь сестру в покое. Она просто хорошо и прилежно учится. Неужели тебе было бы приятнее, если бы Джинни была тупицей?

— Нет, конечно. Но лучше бы она была нормальной. Чересчур заумных в нашей семье никогда не было. Нет, что‑то здесь не чисто.

— Забудь. Ты лучше к Трансфигурации тщательнее готовься, тебе завтра меня в щенка превращать, только, чур не в таксу, у неё ножки слишком короткие.

— Фокстерьером стать хочешь? Самая милая псина. А вообще‑то неохота мне заниматься… Весна на улице… Гулять хочется… Это только Гермиона, вон, не замечает…

Гермиона как всегда уже начала готовиться к экзаменам, почти за два месяца до их нача–ла. Она, наоборот, не могла думать ни о чём ином, кроме подготовки, чем изрядно выводила Рона из себя. Все вечера она проводила на свидании с учебниками, совсем не уделяя ему времени.

— Зануда, зубрила, угораздило же меня в неё… Как будто других девчонок не нашлось! – бубнил он себе под нос, и уже громче добавил:

— На звание самой умной девушки года, что ли, претендуешь? Может, ты ещё и на Орден Мерлина Третьей степени рассчитываешь? Пошли погуляем, смотри, какая погодка стоит… Самое то для романтического свидания… До девяти ещё есть время. Всех книг всё равно не перечитаешь! Ну Гермио–о-она!

— Не мешай, Рон, отойди. Ты не даёшь мне сосредоточиться, – невозмутимо ответила Гермиона, не поднимая головы от справочника по нумерологии с весьма противоречивым названием Мрак Познания.

— Гарри! – возопил Рон. – Ну хоть ты ей скажи, что столько заниматься вредно! Это грозит разжижением мозгов и вытеканием их через нос!

— Правда, Гермиона! Сейчас ведь только начало апреля! Пойди проветрись. У тебя мозги ещё не закипели?

— Нет. И не успеете вы оглянуться, как будет конец мая, а там июнь, а там экзамены… К тому же у меня скоро третий этап конкурса. Так как раз будут проверять общие теоретические знания. Я твёрдо намерена дойти до финала, и вы не соблазните меня никакими романтическими прогулками! Я поставила цель, и я её добьюсь. Идите отсюда, не мешайте!

— Гарри, по–моему, она нас выгоняет! Нас здесь не хотят! Всё, считайте, что я обиделся. Пошли отсюда!

— Пошли! Счастливо оставаться, зубрила! Рон, пошли поиграем в Солнечных Зайчиков.

— Идём. Какое заклинание отражать будем?

— Оскула Даре… – без тени улыбки бросила Гермиона им вслед и стала торопливо выписывать что‑то из справочника по не–совсем–людям, шелестя страницами.

Они остановились на заклинании щекотки – Риктусемпра.

Совместив Зеркаление с каким‑нибудь неопасным заклинанием, получалась игра Солнечный Зайчик – что‑то вроде маггловского тенниса, только вместо мячика было заклинание, а вместо ракетки – отзеркаливающая палочка. Счёт шёл на очки. Не успевший отзеркалить заклинание и попавший под его действие получал штрафное очко. Игра шла до девяти очков.

Партия была в самом разгаре, счёт – 8 : 5 в пользу Гарри, как вдруг он неловко отбил подачу Рона, послав заклинание чуть вбок. Оно попало в Драко, входящего в Дуэльный зал в этот самый момент. Того сразу же скрутило от хохота – ведь с каждой отражённой подачей заклинание набирало силу и становилось мощнее. Малфой извивался в судорогах на полу, задыхаясь от смеха и не в силах произнести ни слова или достать палочку.

Гарри и Рон не спешили избавлять его от мук щекотки, раз уж им представилась возможность посмотреть на совершенно беспомощного Драко. Но тут в зал вошла МакГонагалл, сняла с Драко щекотный сглаз и строго сказала:

— Между прочим, джентльмены, с помощью невинной на первый взгляд Риктусемпра можно убить, защекотав до смерти. Триста лет назад Бреднус Скиффинс убил таким хитроумным способом своего соперника Альмодеуса Дригга. Имейте это в виду! По десять очков с каждого!

Малфой просиял.

— Теперь вся школа узнает, что ты пытался меня убить, Поттер! – издеваясь, проговорил он. – Ты это специально сделал, я знаю. Чтобы не опозориться на завтрашних гонках на гиппокампусах! Ты же даже плавать не умеешь!

— Что‑то дёшево стоит твоя жизнь, Малфой! Всего‑то двадцать очков штрафа! – не остался в долгу Рон. – Смотри, не упади завтра в воду, а то ещё скажешь, что Гарри пытался тебя утопить!

— Кстати, давно ты перестал заикаться? – желчно осведомился Гарри. – Недоповешенный ты наш!

— Поттер! Уизли! Ещё минус десять очков каждому за пререкания и травлю вашего однокурсника! – МакГонагалл совершенно неожиданно вступилась за Драко.

— За что, профессор МакГонагалл?! – возмутился Гарри. – Это несправедливо. Малфой первым начал дразниться! И вообще, это же была Риктусемпра, а не какая‑нибудь Авада Кедавра! – с чувством выкрикнул он, махнув палочкой в сторону довольного Драко.

И тут произошло невероятное. Из палочки Гарри вырвался сноп зелёных искр, сформировавших на лету молнию, и раздался звук как от кнута, со свистом рассекающего воздух. Зелёная молния ударила в стену чуть правее Драко, подпалив при этом красивый гобелен. Осознав, что только произошло, Драко упал в обморок. Ведь он и правда был на волосок от смерти.

Гарри застыл на месте, выронив палочку из дрожащих рук. У МакГонагалл очки прыгали на носу от потрясения и изумления. Рон потерял дар речи.

— Не ожидала от вас, Поттер… – первой пришла в себя МакГонагалл. – Как вы умудрились овладеть этим заклинанием? Когда? Зачем? Им владеет мало кто из взрослых волшебников… Это… Это нужно лишь сильным тёмным магам…

— Я… Я… Я…н–не знаю… – пролепетал Гарри. – Я никогда его не учил… Я же просто так сказал… Я сильно разозлился, понимаете? У меня и в мыслях не было… Я ЖЕ ЕГО ЧУТЬ НЕ УБИЛ… – Гарри потрясённо сполз по стеночке, закрывая лицо руками и тяжело дыша.

— Гарри, ты же терпеть не можешь Малфоя. Но я не знал, что до такой степени… – округлив глаза, прошептал Рон.

— Поттер, я думаю, что с этим должен разобраться директор. Дамблдор сам решит, что было у вас в мыслях, и чего не было, – сухо сказала она. – Следуйте за мной.

Гарри отёр холодный пот со лба. Похоже, ему было противопоказано выходить из себя, если он не хотел кого‑нибудь ненароком убить, конечно.