Имперское наследство. Забытый осколок - Константин Федоров

151-190

151

— Стив! Завтра вылетаем! Готов? — Гарт, чье лицо возникло на экране коммуникатора, прищурившись, внимательно смотрел на старого знакомого.

— Да, Гарт, готов!

— Наш договор не забыл? — Гарт, ухмыляясь, задал пустой вопрос.

— Нет, не забыл. Помню, — Стиву было неприятно, но он боялся собеседника, и отключиться было выше его сил.

— Тогда жду перевод денег! У тебя пять минут! До вылета шесть часов. Третий стыковочный дек, — коротко бросил Гарт, отключаясь.

— Сволочь! Сволочь!! Какая же ты сволочь!!! — в бешенстве проорал Стив, но деньги все же перевел.

 

152

— …ты все понял? Только долетишь до точки, сбросишь дроидов, и сразу вернешься! — уже пятнадцать минут Кис инструктировал поглупевшего Кота.

— Ну, это я понял! Я не понял, почему сразу возвращаться?

— Потому, что Эндрю с тобой не летит, штурмана у тебя нет! Маршрут проложен Профом, загружен в навигатор твоего бота. Придерживайся курса, и все будет в порядке. — ИскИн был терпелив, как тысяча ангелов.

— Да что вы меня гоняете… как такси! Лети туда, лети сюда! Я, может быть, с Эндрю хочу!

— Эндрю занят с орудийными системами и с блок-базой беспилотников. Ты сам знаешь, что мы нашли уже два исправных беспилотника, у которых закончилась энергия! Их надо протестировать, настроить, зарядить и пополнить боезапас.

— Не, ну что, кроме него это сделать некому, что ли?

— Некому. В настоящий момент Эндрю единственный, кто умеет обращаться с подобными системами. Остальные эти базы даже не изучали. Кот, не кипятись! У тебя вылет через десять минут!

— Не хочу я один!

— Больше некому. Тим же отказался летать. Сказал, что хватит с него приключений. Второй пилот занят на первой гравияме — расталкивает пустую породу, подбирается к найденному вами богатому астероиду.

— И че? Я крайний, что ли?

— Кот, осталось восемь минут. Полетная карта и план полета готовы. Не упрямься. Надо слетать.

— Не, Кис, что вы меня гоняете туда-сюда? Я чувствую, что тут что-то не так!

— Кот, мы пытаемся помочь тебе прийти в норму. Похоже, что когда ты занимаешься тем же самым делом, при котором произошел твой «сброс», восстановление идет гораздо быстрее. В этот раз ты перенапрягся, управляя ботом… Кроме того, твои показатели нейроактивности выросли. И управление у тебя получается все лучше и лучше!

— Да? Действительно? Это что, я скоро асом стану? — Кот растаял от похвалы.

— Нет, до аса тебе далеко! Но твердую «хорошо» по управлению малым внутрисистемником ты уже получил, — охладил его ИскИн.

— Ладно… уговорил. Слетаю еще раз!

— До вылета пять минут. Советую тебе поторопиться!

— Да? Пять минут? Ничего, успею!

Несмотря на бравые слова, Кот почти бегом отправился в ангар. Если идти быстрым шагом, то как раз получалось около пяти минут, а опаздывать он не любил.

 

153

— До точки перехода две минуты! — мелодичный голос ИскИна разорвал царившую на мостике тишину.

Офицеры управления молча исполняли свои обязанности, не отвлекаясь на такие мелочи. Гарт, следивший за всеми с высоты командного мостика, только ухмыльнулся. На его «Мародере» царили военные порядки. Недовольных он выгонял сразу, и хорошо еще, если делал это на станции. Некоторые бузотеры выходили через открытый шлюз... без скафандра.

Обернувшийся штурман молча посмотрел на Гарта.

— Продолжаем движение! Переход по графику. Всем постам — готовность номер один!

— Пост связи, подтверждаю! Готовность один! …Штурманский пост, готовность один! …БЧ-6, готовы! …Огневые системы, готовы! …Десант, готовность один! — посыпались доклады.

— Что за «БЧ-6»? — рявкнул Гарт.

— Виноват, сэр! Истребители и БИПы к вылету готовы!

Офицер, осуществлявший координацию и управление базировавшихся на летной палубе пяти истребителей, совсем недавно был уволен из армии, но до сих пор докладывал строго по-военному. Иногда даже чересчур по-военному.

— То-то же! — проворчал Гарт, поудобней устраиваясь в капитанском кресле.

— До перехода три… два… один… Переход! — ИскИн «Мародера» выполнял свои обязанности, не отвлекаясь и обращая никакого внимания на происходящее в командном центре.

Обычный прыжок, осуществляемый с помощью прыжкового двигателя, мог длиться днями, однако «нырок» в червоточину почти мгновенно выбрасывал корабль в другую точку пространства. В точку, зачастую находящуюся в десятках, если не тысячах дней пути от системы, в которой находилась точка входа.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍