Демон (СИ) - Артем Петров

Старик, тем временем, воспользовался ситуацией и, позабыв об устройстве, брошенным «Квазимодой», скрылся за одним из тайных проходов. Таким же, который открыл Хэммет в предыдущих древних коридорах. Больше ничто не удерживало телохранителей от того, чтобы разнести всех на куски.

Франкенштейн выстрелил в очередной раз по существу, но стало ясно по тому, что в них обоих что-то щелкало, взрыва не избежать.

— В портал! — неожиданно позвал за собой остальных доктор и с необычайной прытью помчался вперед.

Путешественники не стали ждать второго приглашения и побежали следом. Несмотря на ранение, Хэммет даже не хромал и игнорировал кровотечение.

Стоило убегающим пересечь портал, как позади раздался мощный взрыв. С той стороны посыпались камни, делая невозможным переход обратно.

Впрочем, позади путешественников больше ничего не ждало.

Немного придя в себя от такого каскада событий, Уильям резко бросился на технонекроманта. Тот не успел выставить руку и оказался повален на пепельную землю. Мощные кулаки собирались размозжить голову доктору, равно как и «медсестре» получасом ранее.

Но тут в его затылок уперлось дуло револьвера Хэммета, заставляя мгновенно замереть.

— Отпустите его… — тихо потребовал профессор.

— Хэммет… что… ты делаешь?! — Салим опасался подходить ближе.

Катерина же просто скрестила руки, будто ее ничуть не смущало происходящее.

— Он… — начал было бывший крестоносец.

Виктор же воспользовался моментом и сбросил себя солдата сильной пришитой рукой.

— Никакого цивилизованного подхода. А еще англичанин, — сплевывая кровь в сторону, Франкенштейн поднялся на ноги. — Благодарю вас, профессор. Но уверен, что ваша благосклонность весьма временна…

— В зависимости от разных обстоятельств, — опустив оружие, ответил тот.

— Понимаю. Мне не стоит вас злить, иначе вы натравите на меня своего ручного отступника, — солдат хотел было броситься вновь, но его остановил Салим, что-то прошептав на ухо.

И тот вдруг успокоился. Но это не осталось без внимания Франкенштейна.

— В остальном я буду чаще оглядываться, — подытожил доктор, оценивающим посмотрев на парочку.

— Вы помогли нам сбежать, хоть и могли оставить под камнями, — объяснил свое решение профессор. — Теперь мы в этом мире, и вы единственный знаете. где находится портал обратно…

Неожиданно Виктор улыбнулся:

— Приятно иметь дело с прагматичным человеком. Именно поэтому я окружил себя своими творениями, потому что по-настоящему прагматичных и умных людей в нашем мире слишком мало.

— Не пытайтесь мне льстить…

— О, это не лесть, сэр…

— Профессор Михаил Хэммет.

— Полагаю, мой учитель знал вас под другим именем, — предположил Франкенштейн.

— Другое имя ушло далеко в прошлое, — мрачно констатировал демонолог.

— Неважно… дело в том, что мы не можем пойти в портал, откуда пришел мой учитель. Даже если найдем где-то мощное оружие. Ибо он ведет в его крепость, которая защищена гораздо лучше, чем моя собственная. Скорее, стоит нам войти, как окажемся под огнем со всех сторон…

Новость не слишком порадовала путешественников. Но, как ни крути, здесь гораздо лучше, чем в том царстве боли и смерти, окруженном со всех сторон холодными землями.

Вокруг же была равнина, в этот раз без пепла, покрытая желтоватой выцветшей травой. Скорее всего, от недостатка нормального солнца. Небо здесь казалось краснее, чем раньше. И только где-то далеко впереди можно было разглядеть пепельные равнины.

— И что же тогда делать? — с подозрением поинтересовалась Катерина.

Отчасти ей не верилось, что доктор говорит правду про логово своего учителя. Но даже если он врет, лезть в очередную цитадель тьмы никому из них не хотелось. В таком случае, желательно обойтись без помощи Виктора, точнее, избавиться от него как можно скорее. Мало кому этот человек после увиденного был приятен.

Впрочем, подобный факт самого доктора, кажется, ничуть не смущал.

— Искать другой портал. Я в свое время исследовал окрестности и пытался даже составить карту порталов. Большинство из них не постоянны, — Франкенштейн потер пришитой рукой подбородок, придерживая ее второй за локоть.

— Я не пойду с этим сумасшедшим! — резко заявил Уильям.

— Так ищите выход сами, — с чувством собственного достоинства ответил Виктор. — Я ни к кому не навязываюсь, мои навыки выживания ничуть не слабее ваших.

— Вот и катись… подальше! — в свою очередь потребовал Салим.

Профессор же всерьез раздумывал над предложением доктора, чем вызвал настороженность у спутников.

— Хэммет, мы не можем! — едва не взмолился бывший крестоносец, зная, что Михаил часто бывает непоколебимым в своих решениях.

Сначала они связались с Робертсом, а теперь это? Но у пирата были хоть какие-то моральные правила, постепенно располагающие к себе. А с этим палачом невинных людей никто из присутствующих никакого дела иметь не хотел.

Но и просто так уйти в случае чего, бесцельно бродить по здешней пустоши, вряд ли получится. Нужно держаться вместе, и это понимал каждый.

— Мы объединим усилия, — решил Хэммет. — Пока что…

И, оглядевшись, направился вперед, куда подсказывала интуиция. Виктор не окликнул его, а просто двинулся следом, словно соглашаясь с выбранным направлением. Путешественники некоторое время помялись, прежде чем идти дальше.

— К черту их… — неуверенно заявил солдат. — Сами, без них справимся.

— Желаю вам удачи, — не став присоединяться к дуэту, не желающему идти даже на временный компромисс, заведомая считая это делом проигравших, рыжеволосая двинулась следом.

Лучше некромант, чем неизвестность. Некроманта всегда можно убить, а вот неизвестность, скорее всего, убьет тебя.

Салим и Уильям, коротко переглянувшись, также понуро пошли следом. Сейчас, без оружия, потерянные в этом странном мире, они все просто ничто. И все предыдущие конфликты и противоречия стали совершенно не существенными.

Пребывание в этом странном мире было сродни путешествию в загробный мир. Не зря Хэммет как-то обмолвился, что эта земля напоминает чистилище. Время, звуки, все застыло. Даже находясь на открытом воздухе, не исчезало ощущение, что небо всего лишь потолок. Что там, дальше, пробившись каким-то образом, можно попасть на свободу. Или хотя бы вернуться обратно, в родные земли.

— Я и забыл это ощущение, — мечтательно сказал Франкенштейн, вызвав косые взгляды всех, кроме Хэммета и Катерины.

Женщина сосредоточенно смотрела вперед, думая о чем-то своем. А сам профессор, похоже, не испытывал никаких негативных чувств относительно доктора. Уильям думал про себя, что это лишь из-за того, что Михаилу не приходилось видеть того, что видел он. Но, потом, вспоминая, что шедший впереди остальных мужчина пережил и не такое, отбрасывал столь глупую и наивную мысль.