Демон Жадности. Тетралогия - Юрий Розин

что вы чего-то стоите… может быть, когда-нибудь, вы снова возьмете в руки оружие. Но это будет наше оружие. Понятно?

В ответ повисло гробовое, унизительное молчание.

И тут, как по сигналу, вперед выступил Киогар. Его грудь была колесом, на лице сияла ухмылка победителя.

— Ну, раз уж на то пошло… — он подошел к Яране и остановился перед ней, оценивающе оглядев ее с ног до головы. — Для тебя, красавица, я могу сделать исключение. Не обещаю, что будет легко, но… будешь моей личной помощницей. При мне. Будешь документы вести, распоряжения разносить… Со мной тебе будет куда комфортнее, чем с этим отребьем на тяжелых работах. Как скажешь?

Он протянул ей руку, как будто предлагая не должность, а корону. Все смотрели на нее. Мои ребята — с затаенной надеждой на более скорое завершение миссии благодаря инсайдерству девушки. Его — с похабными усмешками.

Ярана стояла неподвижно. Потом ее взгляд медленно поднялся от его руки к его лицу. Затем кивнула, один раз, коротко и резко.

— Хорошо. Я согласна.

Глава 8

Киогар сиял. Его план сработал. Он получил свой трофей. А мы получили своего человека в самом сердце вражеской иерархии.

Я наблюдал, как Ярана делает шаг к Киогару, ее лицо — маска покорности, но в глазах — сталь. И в этот момент я снова включил свой спектакль. Это был рискованный ход, но необходимый.

Слишком быстрая, слишком спокойная покорность могла бы показаться подозрительной. Им нужно было видеть униженного, отчаянного зверя, цепляющегося за последнее, что у него осталось.

— НЕТ! — мой крик, полный гнева, животной ярости, разорвал напряженную тишину. Я рванулся вперед, словно пытаясь броситься на Киогара, но мои ноги будто подкосились от недавнего унижения. — Ярана, стой! Не смей идти с ним! Это ловушка! Он тебя… он тебя использует!

Я повернулся к Киогару, тряся сжатыми кулаками, изображая беспомощный гнев.

— Ты тронешь ее — я тебя убью! Клянусь! Я найду способ! Я…

Я не успел договорить. Киогар даже не удостоил меня ответом. Он не стал спорить, угрожать или кричать. Он сделал один резкий, взрывной шаг, сократив дистанцию между нами до нуля. Его кулак в кожаной перчатке с металлическими нашивками врезался мне в солнечное сплетение со всей дури.

Воздух с громким хрипом вырвался из моих легких. Я согнулся пополам, беззвучно открывая рот, и отлетел назад, тяжело шмякнувшись спиной о каменные плиты причала.

Чтобы сыграть правдоподобно, я не использовал артефактные татуировки, так что боль была настоящей, огненной и тошнотворной. Я лежал, задыхаясь, смотря снизу вверх на его презрительную физиономию.

— Слушай сюда, «Болтун», — его голос был спокоен, но в нем звенела холодная сталь. — Твои угрозы меня уже достали. Ты здесь никто. Ты — ноль. — Он плюнул мне под ноги. — А насчет девушки… успокой свою ревнивую тупую башку. У меня на нее нет никаких «предосудительных планов». — Он соврал так гладко и уверенно, что, казалось, сам в это поверил. — Я просто предлагаю ей работу. Шанс. А ты здесь только мешаешь. Так что заткнись и не отсвечивай. Понял?

Он повернулся к Яране, уже с деланной галантностью.

— Прости за эту сцену, красавица. Мужчины иногда бывают такими… примитивными. Пойдем, я покажу тебе, где ты будешь работать.

Я сделал вид, что его слова и удар достигли цели. Я перестал рычать. Просто лежал, потирая ушибленный живот, смотря на них потерянным, сломленным взглядом.

Я видел, как Ярана, не глядя на меня, кивнула Киогару и пошла за ним, ее спина была прямой, но плечи напряжены. Мой последний «бунт» достиг цели — он окончательно убедил всех, что я побежден и жалок.

Пираты вокруг громко захохотали, отпуская похабные шуточки в мой адрес. Гирм, наблюдавший за этим, молча развернулся и пошел прочь — инцидент был исчерпан. Лемиан тоже с усмешкой отвернулся и начал отдавать приказы подчиненным.

Для них началась обычная работа — грабительские команды с новым азартом кинулись обшаривать наши корабли, вынося ящики с нашим же добром.

Я медленно, со стонами, поднялся на ноги. Мои ребята смотрели на меня — в их глазах читалась не только злость на пиратов, но и тень разочарования. Даже если они понимали, что все происходящее — часть плана, им было непросто видеть того, кто обещал им защиту и поддержку, валяющимся на земле.

— Встать, — скомандовал я хрипло, но достаточно громко, чтобы меня услышали все мои люди и команда Яраны. — Строиться. Все за мной.

Они повиновались молча, выстроившись в несколько колонн. Мы представляли собой жалкое зрелище: избитые, оборванные, без оружия, проигравшие.

— Куда мы, капи… — начал было кто-то.

— Куда скажут! — я рявкнул на него, играя роль озлобленного неудачника. — Ищем, где нас возьмут. Как нам и велели. Идем!

И я повел их. Прочь от доков, прочь от наших ограбленных кораблей, вглубь этого лабиринта из камня и ржавого металла. Мы уходили, оставляя позади все наши ресурсы, нашу силу, нашу гордость.

Голый край Руин встретил нас ледяным ветром, гуляющим по безжизненным скальным выступам. Внизу, под самым обрезом каменной плиты, расстилалась бескрайняя, пустая синева Неба.

Здесь не было ни домов, ни укрытий, лишь грубые каменные глыбы да вездесущая пыль древности. Идеальное место для тех, кого не хотят видеть в городе.

Я остановился, обернулся к своей жалкой колонне. Сто тридцать человек. Мой взвод — пятьдесят три закаленных бойца, и семьдесят семь человек вспомогательного состава — механики, штурманы, связисты с наших кораблей.

— Стой, — скомандовал я, и мой голос, сорванный и хриплый, прозвучал громко в звенящей тишине. — Здесь. Остаемся здесь.

По рядам прошел недоуменный ропот. Кто-то беспомощно огляделся вокруг, на голые камни, на пронизывающий ветер.

— Но, капитан… здесь же ничего нет! Ни укрытия, ни воды…

— Здесь есть то, что нам нужно сейчас, — перебил я его, вкладывая в голос всю остаточную твердость, на какую был способен. — Невмешательство. Нас здесь не будут искать. Не будут трогать. — Я обвел их всех взглядом. — В ближайшие два дня никто не пытается уйти в город. Никто не ищет контактов с пиратами. Никто не пытается что-то украсть или выпросить. Вы — тень. Вы — камни. Вы терпите. Голод, холод, жажду. Когда начнется основной замес, я должен буду забрать вас всех и сразу, иначе буду беспокоиться об оставленных и это может отразиться на моих действиях и решениях. Понятно?

Они молчали, но было видно, что после моих слов они вновь воспряли духом, увидев того Мака Мариона, что на протяжении нескольких дней прятался под личиной Седрика Белого